желание прямо сейчас подойти, открыть дверь, вывалить правду на неё, и пусть переваривает, пока я в отъезде. Но какой-то внутренний барьер не даёт мне этого сделать.
Нет!
Пусть ещё побудет в блаженном неведении. Пусть наше ничем не омрачённое счастье проживёт ещё несколько дней.
А потом я вернусь и всё разрушу собственными руками.
Чтобы построить вновь.
Но на этот раз без тайн, откровенной лжи и всепоглощающего чувства вины.
Кинув последний взгляд на размытый силуэт, я стремительно покинул спальню.
Спустя несколько томительных и в то же время тревожных часов, мы с Ромой врываемся в больницу, где нас уже ожидают. Как я и предполагал, мы опоздали. Наспех надев какие-то тканевые мешки на ноги, безразмерный халат и дурацкую шапочку, я проследовал за медработником, который проводил нас к врачу.
Впившись ошалевшим взглядом в седовласого, морщинистого мужчину, я нетерпеливо рявкнул:
— Где она?
Тот понимающе улыбнулся.
— Пройдёмте.
Безошибочно определив, кого именно я ищу, он повёл меня к двери в палату.
Когда я зашёл в просторную светлую комнату, моё сердце сжалось от любви и нежности.
Красавица моя!
— Ну привет! — Тихонько прошептал и слегка коснулся губами нежной кожи.
За двое суток я спал всего пару часов. Когда эмоции по поводу рождения ребёнка поулеглись, а формальности были позади, я набрал номер Амалии и с удивлением обнаружил, что её телефон недоступен.
Набрал ещё раз, и опять без результата.
Сообщение, которое я отправил, как только мы приземлились в Москве, не доставлено.
Снова набрал её номер, и снова недоступен.
Тревога опустилась неподъёмным грузом на мою грудную клетку, лишая меня возможности сделать глубокий вдох. Что-то явно стряслось.
Я набрал Костю.
— Да. — Ледяной тон друга детства мне сразу не понравился, но я решил не обращать внимания на недружелюбное приветствие.
— Я не могу дозвониться до Амалии… — Забыв о приветствии, начал было я, но меня бесцеремонно перебили.
— И не дозвонишься. Забудь о ней! — Сказал, как сплюнул яд с языка.
У меня перед глазами пошли красные круги. Какого хера он мне указывает?
— А с хера это ты мне указываешь? Это мне решать…
— Поздравляю с рождением ребёнка. — Тут уж и не понятно то ли поздравил, то ли на хер послал.
Но откуда он знает? От догадки меня тряхнуло, сердце застучало где-то в районе горла, в ушах нарастает гул.
— Амалия тоже в курсе? — Севшим голосом спросил я.
— А ты как думаешь?
Теперь всё стало на свои места. Я вспомнил, как она избежала моего касания, натянутая улыбка, недоставленные сообщения.
Уже тогда она была в курсе, только виду не подала. А я слепой придурок не заметил её странного поведения. Сначала витал в облаках, затем паничку словил.
Я должен был заметить. И должен был подойти к ней в душе, как хотел. Должен был объяснить всё...
А теперь слишком поздно. Наверняка она уже накрутила себя так, что никакие слова не пробьют её броню.
Нервно выдохнул сквозь стиснутые зубы.
Чего бы мне это не стоило, я поговорю со своей злючкой, и в итоге она поймёт меня, я уверен.
— Я скоро приеду. — Рявкнул в трубку.
— Ну давай, «друг»! Мы с Максом ждём тебя с нетерпением. — И отключился.
Похоже теперь, чтобы поговорить с Амалией, мне придётся для начала убедить её церберов.
— Рома! — Рыкнул в сторону своего начбеза. — Летим обратно.
Глава 43
Амалия
Вынырнув из полудрёмы, куда я провалилась после потрясающего массажа, лежу и наслаждаюсь шумом волн, даже не открывая глаз. Ариана пригласила трёх смазливых и плечистых массажистов в попытке поднять нам всем троим настроение.
Но её план потерпел фиаско. Ни одна из нас так и не обратили внимания на красавцев, каждая погружённая в свои проблемы.
У Агаты все мысли о работе — её прессует конкурент и по совместительству бывший парень. Ариана снова сохнет по моему брату, но гордость и ворох старых обид не дают ей снова с ним сблизиться.
За два дня, что мы отдыхаем, мы уже обсудили всё, что могли, и теперь чаще просто молчим, наслаждаясь расслабляющей атмосферой этого волшебного места.
Можно было и не заморачиваться с поиском массажистов мужского пола и обязательно с определённой внешностью. С таким же успехом размять нас могли и дряхлые старушки, мы бы этого даже и не заметили.
А вот сам массаж действительно был восхитительным. К накаченным мышцам прилагался талант и опыт искусного массажиста. Каждая клеточка моего тела дышала и пела от расслабления.
Только вот душа нестерпимо ныла от поселившейся в ней пустоты. Ну что тут сказать, Егор крепко засел в моей душе и надёжно окопался в ней. И теперь на том месте, где раньше был Егор, зияла огромная дыра. Сама даже не ожидала, что он станет настолько дорог мне за столь короткий срок.
Но ничего, со временем эта пустота затянется и на её месте останется лишь корявый почти неприметный шрам, глядя на который я буду думать: «Вот и хорошо! Бог отвёл!»
Такое со мной бывало. Так что, как говорится, плавали, знаем. Правда это было о-о-очень давно, ещё до Кости. Да и не настолько серьёзные отношения у меня были до него.
А значит, забыть Егора будет намного труднее, чем смазливых школьников из моей юности. И времени потребуется в разы больше на этот раз.
Обречённо вздохнула.
С трудом открыв глаза, я перевернулась на спину, натягивая полотенце на оголённую грудь. Привстала, осмотрелась и с удивлением обнаружила, что в патио, да и в принципе на пляже, куда оно выходит, я одна. Девчонки куда-то смылись, а кроме них никого здесь и не должно быть.
Этот отель принадлежит начальнице Арианы, с которой у неё просто замечательные отношения.
Точнее, я бы сказала, что это целый отельный комплекс, состоящий из большого, основного, здания с множеством номеров, бассейнов и частным пляжем, и нескольких уединённых вилл, разбросанных в некоторой отдалённости от основного здания.
В одну из этих вилл и заселились мы с девчонками. Неописуемый кайф, когда на пляже нет посторонних. Для черноморского побережья это большая редкость.
Этот отель открылся недавно, поэтому я здесь впервые. Но, кажется, он теперь у меня в любимчиках.
Я помотала головой, рыская взглядом по лежакам в поисках лифа от купальника. Он нашёлся почему-то на деревянном полу, рядом с моими ногами. Хорошо хоть здесь мелкая галька, а не вездесущий песок.
Слегка встряхнув лиф, я отбросила полотенце, натянула крошечный кусок ткани и начала застёгивать его в районе лопаток, вывернув
