ничего такого, но ты же сама знаешь, что даже если бы и накопал, то особо не стал бы распространяться. — Виновато развёл руками дед.
— Знаю, деда, знаю, — рассмеялась девушка, обнимая и целуя деда.
* * *
Бледный Земеля лежал под тёплым одеялом на разложенном и застеленном диване в своей комнате. На его раненое плечо была наложена свежая повязка. В тот самый день Карабанов, отъехав подальше от кафе, где они попали в засаду, наскоро обработал его рану и наложил на неё повязку. Земеле сильно повезло, что пистолетная пуля, выпущенная в него нападавшим почти в упор, прошла навылет. Во время перевязки Земеля скрипел зубами, сильно ругался и обещал выпустить кишки: и Самвэлу Нахичиванскому, и Ашоту, и вообще всей их армянской породе.
Когда они через пару часов вернулись к себе на базу, Иван помог ослабевшему товартщу выйти из машины и доковылять до крыльца, а там уже его подхватили близнецы и побледневшая Инга. Раненого сразу положили в его комнату. Карабанов помог Инге раздеть Земелю, потом снял наспех наложенную в машине повязку и ещё раз внимательно осмотрел входное и выходное отверстие раны. Иван немного понимал в ранах, и на первый взгляд, ничего страшного там не было. Инга принесла таз с тёплой водой и мокрым полотенцем обтёрла все тело раненого. В это время Иван растёр в тарелке несколько таблеток стрептоцида, и когда девушка закончила, он, присыпав раны получившимся порошком, наложил на плечо новую повязку.
Однако этим же вечером раненому стало хуже, и у него начался сильный жар. По хорошему, ему был нужен настоящий врач-хирург, но обращаться в больницы было нельзя, ведь любой врач, со стопроцентной вероятностью, сразу же позвонит в милицию об огнестреле. Поэтому, немного посовещавшись, Иван с Ингой решили, что будут справляться собственными силами.
Теперь, по прошествии трёх дней, Земеле стало лучше, и его мысли потекли в привычном русле. Вынужденное бездействие сильно тяготило его. Он тщательно обдумывал предстоящее дело с ограблением завода и понимал, что он сейчас точно не сможет участвовать в этом мероприятии. Он пока слишком слаб для активных действий. Все эти дни у него был сильный жар, и он метался в своей постели в полубреду. По совету Карабанова, Инга давала ему сильные антибиотики, а сам Иван делал ему перевязки, каждый раз щедро присыпая раны толчёным стрептоцидом.
— Какой сегодня день? — Тихим голосом спросил Земеля Ингу, которая, встав в интересное положение, мыла руками пол в комнате.
— Сегодня среда, двадцать шестое декабря, — немедленно отозвалась та, разгибаясь и отирая тыльной стороной ладони пот со лба.
— В пятницу будет зарплата на заводе — бесцветно сказал Земеля. — К Новому году им кроме обычного оклада дадут ещё и премию.
— Должны, — кивнула Инга, кинув тряпку в ведро. — Мне дохляк инженеришка с завода обещался с получки новое пальто с меховым воротником купить, хвастал, что ему сразу дадут и премию, и тринадцатую зарплату.
— Значит, бухгалтерша с заводским водилой будут перевозить денег гораздо больше обычного? — Задумчиво сказал Земеля.
— Будут-то, будут, вот только нам-то что от этого? — Зло сказала Инга. — Куда тебе такому сейчас?
— Мне некуда, — скрипнул зубами Земеля. — Амбал и Антоха сами, без меня, точно завалят дело. А вот Десантура, если вместо меня за старшего пойдёт, сможет с ними управиться и сделает всё как надо.
— Думаешь, он потянет? — Задумалась Инга. — Десантура ведь без году неделю с нами, и у него с Амбалом самого начала неприязнь взаимная. Как бы в процессе у них между собой опять свара не вышла.
— Десантура и не такое потянет. Там в кафе он себя очень хорошо показал. Башка у него хорошо работает, и воевал он опять же. А с Амбалом я сам поговорю, чтобы он не дурковал. Дело есть дело, и мне его нервы здесь на хер не нужны. Сделаем так, возьми Десантуру, пусть с тобой в машине сегодня проедет по всему маршруту и сделает прикидку, что да как делать. Да, и Воблу с собой прихватите, если что разнюхать нужно, лучше его нет.
— Ну, раз ты так решил, поедем. — Кивнула Инга. — Но только давай я всех сейчас позову, и ты сам им обо всём скажешь.
— Хорошо, зови, — сказал Земеля и устало прикрыл глаза.
* * *
Карабанов напряжённо вёл машину по Горьковскому шоссе в сторону МКАД. Рядом, на переднем пассажирском сиденье сидела Инга и загадочно улыбалась. Сзади ёрзал на сидении дёрганый как всегда Вобла. С того момента, как раненый Земеля собрал всех членов банды у себя в комнате, загадочная полуулыбка не сходила с губ девушки.
Когда все были в сборе, Земеля сообщил им, что дело с заводом не отменяется и всё должно быть сделано уже в эту пятницу, то есть через два дня. На дело они поедут на двух машинах, в первой будут близнецы, во второй: Десантура с Воблой. Старшим будет Десантура, и его указания нужно выполнять всем беспрекословно. Толян при этих словах было вскинулся, но сразу упершись в жесткий взгляд главаря, быстро потух и промолчал.
Не встретив возражений, Земеля велел Карабанову вместе с Воблой и Ингой ещё раз проехать по маршруту от сберкассы до завода, чтобы оценить риски и окончательно выбрать подходящее место для нападения. Предварительная рекогносцировка местности проводилась неделю назад, без Карабанова, и теперь нужно было ввести его в курс дела. Для близнецов у него было другое задание, им нужно было помотаться по прилегающим к месту ограбления просёлочным дорогам, на предмет определения их проходимости после недавнего снегопада и ещё раз осмотреть перед делом пути отступления.
Ивану, с того памятного момента в сарае, больше не удавалось остаться наедине с Ингой. Когда они встречались, рядом постоянно находился кто-нибудь из банды. Ни он, ни девушка не подавали виду, что между ними что-то есть. Они оба вели себя как обычно: Иван холодно и отстранённо, а Инга с постоянной ехидной улыбочкой и тонкими шпильками в его адрес. У Карабанова внутри моментами бушевали целые бури, особенно когда он вместе с Ингой ухаживал за раненым Земелей. Близость сильно манящей его девушки, случайные касания их рук, её возбуждающий запах — всё это просто кружило голову Ивана, но внешне он выглядел
