Читаем без скачивания Мокруха.exe - Руди Рюкер

Женщина смотрела на него сквозь некое подобие лорнета, длинную ручку которого она держала в руке. Твист-бокс.

Улыбнувшись незнакомке, Бубба помахал ей рукой. Широкие, прекрасно очерченные губы негритянки улыбнулись ему из-под лорнета. Бубба поднялся и подошел к ней.

– Привет, меня зовут Бубба Андерсон.

Начав разговор, он сразу взял самый уверенный тон. Ничего не ответив, темнокожая женщина склонила голову к плечу, продолжая смотреть на него через твист-бокс.

– Я один, – улыбаясь, продолжил Бубба. – Вы не хотите поужинать со мной? Поговорить о том о сем?

Негритянка наконец отняла твист-бокс от глаз и взглянула на него в упор. Ее глаза были большими, с приятного оттенка белками и необычайно расширенными зрачками, вокруг которых почти не оставалось радужки. Насмотревшись на Буббу, негритянка одарила его новой улыбкой.

– Кимми, – проговорила она низким голосом и протянула ему руку ладонью вниз.

Осторожно взяв руку чернокожей незнакомки, Бубба наклонился и легко прикоснулся к ее пальцам губами.

– Какое чудесное имя. Вы разрешите мне посмотреть в ваш твист-бокс?

– Прошу вас.

Усевшись в соседнее кресло, Бубба взял ручку лорнета, поданного ему негритянкой. Из рукоятки твист-бокса тянулся тонкий гибкий провод и исчезал в полу. Бубба приложил Окуляры твист-бокса к глазам и посмотрел на Кимми.

Лицо, которое он увидел перед собой, словно сошло с экрана мультипликационного фильма. Струящиеся по волосам Кимми бусины мягкого цвета обтекали ее обнаженные плечи, кружились около щек и стремились к губам. Он опустил твист-бокс ниже вдоль лилейного изгиба ее шеи к груди, вздымающейся под низким лифом розового шелкового вечернего платья без бретелек. Внезапно шелк платья растаял, открыв великолепие форм Кимми, и Бубба почувствовал, как отчаянно у него забилось сердце. Его взгляд скользнул еще ниже, по мягкому темному всхолмию живота к покрытому крутыми завитками таинству лона. Он смотрел на нее и Знал.

Период Кимми соответствовал наилучшему моменту для зачатия. Член Буббы напрягся.

– Хорошенького понемножку, дорогой Бубба, – проворковала Кимми и выхватила из его пальцев ручку твист-бокса, – Тебе еще рано засматриваться на сладенькое. Признайся, ты пришел сюда со старшим братом?

Кимми говорила почти в точности как Джиджи.

– Нет, – ответил Бубба. – Я тут впервые, – добавил он неуверенно. – Сегодня на улице так холодно, не правда ли?

Холод и ветер ужасный.

– Ну что ж, прежде чем наступит лето, всегда бывает зима;

Итак, ты приглашаешь меня на ужин?

– Да.

– Я согласна. Но каждый платит за себя, чтобы потом не было проблем. Сдается мне, что я могу купить тебя и продать, Бубба-душка.

– Хорошо, как скажешь, Кимми. Ты уже смотрела новую пленку Вилли Тэйза? Говорят, там есть что-то про Мэнчайла;

Кимми улыбнулась и вместо ответа сама задала ему вопрос.

– Ты интересуешься Мэнчайлом, Бубба? Как, по-твоему, его правильно убили?

– Сам я его ни разу не видел. Но думаю, что в том, что он говорил, есть смысл. Бопперы хотят жить вместе с людьми, и они имеют на это право.

Кимми сухо улыбнулась.

– Но кто даст нам гарантию, что роботы не испортят наши гены настолько, что раса человека просто вымрет? Может быть, именно этого они и хотят. Мне симпатичен тот новый эгалитаризм, который проповедовал Мэнчайл, но мужчина, за неделю оплодотворяющий десять женщин, вызывает у меня сомнения. И эти дети Мэнчайла, появляющиеся на свет через девять дней, все это настораживает.

Кимми внимательно посмотрела на Буббу. Неужели она догадалась, что он человекобоп? Кто она такая – агент Гимми? В животе у Буббы снова сильно заурчало. Чтобы скрыть смущение, он взял, не глядя, одну из цефакассет, вложил ее в плейер цефаскопа и надел на голову троды, представляющие собой эластичную ленту с металлическими контактами. Как только троды оказались у Буббы на голове, плейер включился сам собой.

Бубба ощутил во всем теле в разных местах покалывание, словно цефаскоп знакомился с его нервной системой и проверял ее активность. Затем последовали серии разрозненных звуков и цветовых пятен, после чего комната внезапно исчезла, словно разлетелась на куски. Перед ним появился симпатичный располагающий к себе мужчина и заговорил с заметным южным акцентом:

– В своей жизни я встречался с разными людьми, с черными и желтыми, но у всех них я видел одно и то же – любой человек желает своему ребенку добра. Как это просто, то, что поддерживает жизнь в расе, эта забота о своем ребенке. И у бопперов, которых вы ненавидите, все это тоже есть, все то же самое!

Изображение сменилось возбужденно гомонящей толпой.

Бубба почувствовал движение, происходящее помимо его воли, и вдруг понял, что присутствует в бурлящей толпе сам и из нее смотрит на сцену, где стоит Мэнчайл. Позади Мэнчайла в воздухе парили два боппера, тела которых блестели в лучах прожекторов, – одним из них был дядя Кобб! Толпа перед Буббой начала расступаться, растворяясь в розовом свете, который исходил из змеящихся в поле зрения линий, похожих на сетку глазных капилляров. Перед ним появилась и. куда-то шустро юркнула рыба. Откуда-то спереди доносился глухой рокот прибоя. Бубба понял, что он лежит лицом вниз на досках плота, качающегося на волнах. Довольно скоро волны выбросили его плот на песчаный пляж, невыносимо ослепительный под ярким солнцем. Из джунглей, начинающихся сразу за пляжем, к нему выскочила стая возбужденно гомонящих обезьян. Окружив Буббу, обезьяны принялись теребить его за одежду, скаля крупные желтые зубы. Чтобы прогнать зверей, он махнул на них рукой и угрожающе закричал.

Но обезьян вокруг него уже не было, вокруг него уже кружились люди, он смотрел на них глазами Мэнчайла. Один из мужчин в толпе поднял бластер и направил на него. Ослепительный раскаленный луч ударил его в грудь и он погрузился в черное небытие. В непроглядной тьме появились несколько шустрых белых сперматозоидных головастиков и некоторое время сновали туда-сюда. Но вот один из головастиков разделился на две части, с другими произошло то же самое, новые части тоже начали делиться и постепенно из них сложилась некая конструкция, напоминающая логическую диаграмму древа выбора. По ту сторону решетки диаграммы снова появились обезьяны; он был пленником, а древо выбора – его клеткой. Монотонный мужской голос принялся диктовать ему на ухо какие-то цифры, и руки Буббы, послушные этим цифрам, без его участия стали двигаться взад и вперед, совершая движения, как при вязании спицами. Пока руки трудились, его взгляд не переставал метаться по разветвлениям прутьев клетки-древа – где-то здесь должен был быть выход, но он никак не мог его отыскать… В Буббе зародилось странное ощущение, что происходящее перед его глазами имеет какое-то отношение к нему, и только к нему, словно бы за всем этим мельканием скрывался какой-то удивительный зашифрованный смысл, адресованное ему послание, но ухватить этот смысл он не успел, потому что изображение начало таять и дробиться, как на экране виззи. Когда перед ним появилось лицо женщины-диктора, он даже вздрогнул от неожиданности.

– Предлагаем вашему вниманию обзор важнейших событий, случившихся к вечеру сегодняшнего дня, 9 февраля 2031 года. Главное событие дня: полчаса назад известные преступники, скрывающиеся от правосудия, Кобб Андерсен и Киеко Ливайс, были убиты в Кентукки в районе шоссе 176 в кровавой перестрелке с силами поискового армейского подразделения. При задержании преступников несколько солдат были ранены и двое из них сейчас находятся в критическом состоянии.

Бубба потряс головой и крепко закрыл и открыл глаза. Не картинка виззи не исчезла. Худощавая дикторша продолжала быстро говорить, словно строчила из пулемета, а на экране тем временем появились фотографии Киеко и дяди Коббз.

– Останки петафлоп-боппера, носителя софт-системы Кобба Андерсона, были отправлены на Луну в Эйнштейн, где в лаборатории ОСЦС намечено произвести их обследование я демонтаж. Тело Киеко Ливайс перевезено на аутопсию в госпиталь Хьюмана, где имеются средства биологического обеззараживания. Совсем недавно поступило заявление от владельца автосалона в Луисвилле, мистера Кусса Бэкингема, который утверждает, что видел сегодня сына мисс Ливайс, последнего из оставшихся в живых девятидневных детей Мэнчайла. По описанию мистера Бэкингема, сыну мисс Ливайс на вид лет шестнадцать-семнадцать, у него темные волосы, рост пять футов шесть дюймов, он представляется как Буффорд Киеко Андерсон. По мнению властей, беглец скорее всего вооружен и очень опасен. Представитель корпорации ОСЦС предложил сто пятьдесят тысяч долларов тому, кто доставит им тело сына Мэнчайла, в то время как силы Гимми получили приказ стрелять без предупреждения. Я передаю слово Брэду Куртову, который ведет прямой репортаж с места кровавой стычки на шоссе 176 в сорока милях к северу от Луисвилля.