Обернувшись, она признательно улыбнулась полковнику и тут же поймала озорной взгляд Даффилда, адресованный Торпу. Эти пройдохи все спланировали заранее!
Последние сомнения Джейн исчезли, когда она услышала:
— С вас гинея, Торп!
Торп восторженно потряс головой:
— Я преклоняюсь перед вами! Ума не приложу, как вам удалось этого добиться.
Даффилд взглянул на Джейн и смущенно признался:
— Мы поспорили, что я уговорю вас присоединиться к нам. Торп уверял, что вас никакими силами не оторвать от Фредди Уэйнгрова, поскольку вы намерены выйти за него замуж. Я же в ответ справедливо заметил, что милорд — всего лишь безмозглый, ничего не понимающий в женщинах идиот.
Джейн перевела взгляд с Торпа на Даффилда.
— Мерзавцы! — с негодованием протянула она.
Не дожидаясь, пока джентльмены начнут изворачиваться, ища объяснений и оправданий, она пришпорила жеребца, прикрикнула на него и промчалась мимо Торпа быстрее, чем тот смог что-либо понять.
Джейн проскакала несколько миль по дуге, огибая Уинди-Ноул. Кружевные перчатки расползлись в клочья, но это ее не беспокоило. Туфли разошлись по швам — ну и ладно, все равно они были ей тесноваты. Хуже, что юбки и чулки до самых коленей были забрызганы грязью — по пути она пересекла несколько ручейков.
Когда показалась дорога, ведущая к Чедфилду, окруженная пшеничными полями, Джейн начала чувствовать усталость. Она слегка придержала жеребца, и вскоре ее нагнали Торп и полковник.
— Торп был прав — вы прекрасная наездница, миссис Амбергейт, — заявил Даффилд, тоже пуская своего коня шагом.
— Спасибо, полковник… И за то, что уговорили меня поехать с вами, тоже благодарю.
Даффилд усмехнулся и добродушно заметил:
— Да вы не больно-то и сопротивлялись, дорогая моя.
— Я думаю, что во всем виноват Торп, — Джейн оглянулась на виконта и улыбнулась ему. — Он проскакал мимо с таким довольным видом и с такой жалостью посмотрел на меня, бедняжку, лишенную этого удовольствия… Ну что мне еще оставалось делать? Пришлось принять его вызов!
— Очень похоже на Торпа. — Полковник, прищурившись, взглянул на виконта через голову Джейн. — Он все время кого-нибудь поддразнивает и заводит.
Приятное утомление от долгой езды начало медленно растекаться по жилам Джейн. Она чувствовала себя расслабленной и спокойной. Хорошая скачка — именно то, в чем она больше всего нуждалась после занудного разговора с Фредди.
Вспоминая, как он осуждал ее за поведение на маскараде, Джейн вздохнула и нахмурилась. Это воспоминание холодным душем обрушилось на нее, и она тщетно пыталась вернуть себе прежнее расположение духа.
«О, Боже! — думала Джейн. — На что будет похож Фредди Уэйнгров в роли моего мужа?!» Эта горькая мысль была нестерпима. Она пустила жеребца в галоп и снова понеслась по дороге.
— Джейн! — донесся сзади голос полковника. — Мы же не догоним вас!
Она засмеялась, еще сильней пришпорила своего черного дьявола, и они долго еще мчались по пустынной дороге.
Вернувшись домой, Джейн сразу прошла к себе в спальню — ей было необходимо отдохнуть. Предстоящий обед, светские разговоры, не говоря уж о работе над виньеткой, потребуют от нее напряжения всех сил, а она очень устала. Кроме того, ей хотелось еще раз подумать о сегодняшнем разговоре с Фредди, разобраться в своих чувствах, решить для себя проблему, возникшую в связи с его жесткими требованиями к ее поведению.
Ленч Джейн пропустила, но не жалела об этом. Она приняла горячую ванну и около часа провела за книгой. Леди Сомеркоут предложила ей очень любопытный роман под названием «Гордость и предубеждение», и Джейн находила для себя в нем то, в чем больше всего сейчас нуждалась: надежду на будущее. К тому времени, когда пришла пора переодеваться к обеду, она гораздо лучше представляла себе, что должна делать дальше.
Усевшись перед зеркалом, Джейн отдала себя в руки горничной. С помощью разогретых на углях щипцов Вэнджи уложила каштановые локоны хозяйки во множество мелких завитков, стекавших до середины спины. Затем она осторожно зачесала их наверх, уложив на манер короны. Лицо Джейн оказалось обрамленным массой воздушных мелких локонов, в которых плавно колыхались три белоснежных страусовых пера. Джейн очень понравилась новая прическа, хотя у нее тут же мелькнула мысль, что Фредди едва ли придет от нее в восторг.
Вспомнив о Фредди, Джейн поймала себя на том, что ее отношение к нему стало меняться. За последние недели — а особенно за последние дни — она узнала его гораздо лучше и убедилась в том, что это и в самом деле незаурядная личность. Конечно, Фредди был склонен к безудержным полетам фантазии и беспричинным страхам, терзавшим его бедное сердце. Но по сложности душевной организации он мог соперничать с миссис Беннет — героиней новеллы, которую Джейн только что читала.
Когда она впервые познакомилась с Фредериком Уэйнгровом, она увидела в нем лишь высокого, красивого молодого человека, очень воспитанного и поэтически одаренного. Поначалу она ничем не выделяла его среди своих многочисленных поклонников, пока не узнала, что он очень богат, и не решила, что он может стать подходящим мужем и отцом ее будущих детей. И Фредди, в свою очередь, стал искать встреч с нею повсюду: на балах, в гостиных, на приемах. Некоторые из друзей даже поспешили поздравить Джейн с удачной партией. Леди Сомеркоут благословила ее выбор. Казалось бы, ну чего еще желать?
«Ничего, кроме уважения и любви», — подумала Джейн, в то время как Вэнджи поправляла, одергивала, осматривала ее платье — шелковое, в светло-зеленую и розовую полоску, с небольшим шлейфом сзади. На груди — пряжка, а вокруг глубокого декольте — легкая кружевная оборка. Немного подумав, Джейн надела изумрудное ожерелье и такие же серьги — тяжеловато, конечно, зато красиво. Длинные шелковые перчатки цвета слоновой кости и воздушная шаль из брюссельских кружев завершали наряд. В соответствии с последней лондонской модой, он был пышным и царственным.
«Уважение и любовь…» — еще раз подумала Джейн, внимательно разглядывая свое отражение в длинном зеркале. Она раскрыла веер из белых перьев и прикрыла им лицо так, что остались видны лишь глаза.
Нет, при всех своих прекрасных качествах Фредди не мог быть ей парой. А Торп — мог! Торп разделял ее вкусы, например, тягу ко всему дорогому: тканям, фасонам, украшениям. Фредди же нравилась простота во всем. По его мнению, белое муслиновое платье годилось для любой, даже самой изысканной гостиной. Торп, как и она, любил азарт, авантюры, приключения; тогда как Фредди…
Что же ей делать?!
Джейн взглянула на часы, стоящие на камине, и с удивлением обнаружила, что до обеда остается еще целый час. Она вспомнила, что в это время в библиотеке накрыт аперитив для всех желающих пропустить перед обедом стаканчик шерри. В преддверии того, что ей предстояло сегодня вечером, Джейн решила посетить библиотеку. Спускаясь по ступенькам, она чувствовала, как тревожно бьется сердце. Ей не хотелось бы сейчас встретиться с Фредди, не хотелось говорить с ним о сложностях, возникших между ними. Джейн не хотелось приближать разрыв — тем более что у нее не было более подходящего варианта. Она прекрасно знала, что самое лучшее в ее положении — стать его женой.
