— Эй, гмор.
Слав обернулся. За ним стояла Ангела с тарелкой каши.
— Ты говорил о еде. Я принесла тебе поесть. Ты работаешь уже долго.
— Спасибо, — Слав подошел и взял тарелку. Он уже пробовал эту жуткую кашу: мелко нарубленные и вываренные стебли какого‑то растения. На вкус кислая и голод заглушает плохо, но сейчас последние дни перед полнолунием, скоро прилив, и еды в клане мало. Когда охотники вернутся, будут и рыба, и мясо.
— Меня зовут Слав.
— Я знаю.
— Откуда? — удивился он.
— Старик Прич сказал.
Запах каши терзал желудок, но Слав не мог есть. Он смотрел на Ангелу. Красивая девушка, подумал он, ей бы платье, что носят у нас в городе… Ей не было бы равных.
— Что же ты не ешь? — спросила она.
— Да, да.
Он взял грубую, выструганную из пластика, ложку и стал есть. Ангела наблюдала за ним.
— Как же ты похож на Волода, — сказала она.
— Ты уже говорила это, — сказал Слав.
— И еще скажу. Потому что это чудо. Был… один человек. Стал другой. Лицо одно, но… какие вы разные!
— Это понятно. Я ведь вырос не здесь.
— Расскажи мне о гмороде, — вдруг попросила она. Слав отложил тарелку.
— Что ты хочешь узнать?
— Все. Как гморы там живут? Какую одежду носят? Что едят и что пьют?
— Говорят, гморы пьют кровь! — встрял подслушивающий мальчишка, и Ангела зло шикнула на него:
— А ну, бегом отсюда, хвост!
Мальчишка хихикнул и отбежал в сторону. Слав заметил, что Ангелу они побаивались.
— Я мог бы рассказать тебе, но это займет очень много времени, а у меня работа… — Слав взглянул ей в глаза. — Главное: гморы — такие же люди, и ничем не отличаются от вас. Ну, не такие загорелые разве что. И еще у нас нет стариков.
— Как так? — удивилась девушка. — А куда они деваются?
— Никуда. Просто мы можем омолаживать организм до бесконечности, в специальных камерах. Больной человек ложится в нее, там происходят сложные биологические процессы, и встает он уже совсем другим, здоровым и молодым. Биологически молодым.
Слав объяснял и чувствовал стыд за то, что эти люди лишены как самого элементарного, так и возможности не болеть и жить вечно. Каждый день они борются со смертью, калечатся и погибают, тогда как капсула регенерации способна излечить самые страшные раны.
— А у тебя есть семья?
— Есть, — вопрос Ангелы застал слава врасплох. Зачем она спрашивает? — У меня есть отец.
— А мать?
— Конечно, есть. У каждого есть мать.
— Ты скучаешь по ним?
Слав задумался. Это казалось странным, но он почти отвык от удобств города, от вездесущей электроники, машин и удобств. И от людей. Конечно, отец ищет его, наверняка ищет. И тот спасательный катер посылал он. Но лица всех знакомых истерлись и истаяли в памяти. Он многих забыл, да и нужны ли они ему здесь?
— По отцу скучаю, хотя мы с ним редко видимся.
— А по матери?
— Мы не знаем своих матерей.
— Как? — ахнула Ангела. — Как можно не знать своей матери?!
— Наши женщины занимают важную часть общества Дирна: они воспроизводят население, рожая новых граждан, и удовлетворяют потребности мужчин, которые управляют городом.
Слав был горд, что почти дословно повторил написанное в учебнике. Все‑таки хорошая у него память! Но Ангела нахмурилась:
— Не знать своей матери! И вы еще считаете нас дикарями!
Слав пожал плечами. Так заведено Основателями. Хотя, признаться, что‑то подобное зависти шевельнулось в душе Слава, когда он увидел, как матери клана заботятся о своих детях, кормят, латают одежду, просто гладят по голове…
— О чем это вы говорите? — к ним подошел Москаль.
Ангела не удостоила его ответом. Слав тоже промолчал.
— Тебя спрашивают, гмор! — Москаль толкнул Слава в плечо, тот, как учил Юр, мигом уклонился, так что Москаль, промахнувшись, едва не упал. Ангела засмеялась:
— Что, не по зубам тебе гмор, Москаль?
— Забыл, как я тебя разделал? — прошипел тот, сжимая кулаки. — Еще повторить?
Слав отступил на шаг, следя за движениями пустынника.
— Эй, Москаль! — на пороге дома показался Мих. — Ты что там делаешь?
— Ничего, — сказал варвар. Его глаза остановились на Славе. — С тобой я еще поговорю. Думаешь, стал одним из нас, гмор? Ты здесь никто! Ты хуже тухлой рыбы!
— Москаль, отправляйся чинить сеть! — прикрикнул Мих. — Ангела, иди сюда.
Девушка подчинилась. Слав проводил взглядом ее стройную фигурку в чуть мешковатых кожаных штанах и видавшей виды рубашке с длинными рукавами. Даже в такой одежде Ангела была красива, так красива, как ни одна девушка.
— Ангела, нам надо поговорить.
— Что случилось, Мих?
— Пойдем, — вожак вошел в дом. Девушка последовала за ним.
Жестом он показал ей на кровать. Ангела опустилась на жесткий матрас. Мих сел напротив.
— Скоро прилив, — сказал он.
— Да, — ответила она, не понимая, куда клонит вожак. — И что?
— После охоты мы пойдем к Красноголовым, — Мих говорил медленно, подбирая каждое слово. — Мы должны им десятую часть улова.
— Я знаю.
— Ты пойдешь с нами.
— Зачем? — удивилась Ангела.
— У нас уговор. Каждые пять лет мы обязаны отдать им девушку.
— Что? Ты хочешь отдать им меня? — Ангела вскочила. Мих все так же сидел, спокойно глядя на девушку.
— Я должен.
— Я не забыла, как вы отдали мою сестру! Я не хочу к Красноголовым! Ты не можешь отдать меня!
— У нас нет выбора, — сказал Мих, вставая. — И ты пойдешь туда, хочешь ты этого или нет. Это моя воля.
— Мне плевать на твою волю! — воскликнула Ангела и упала от оглушительной пощечины.
— Моя воля — это воля рода и клана, — размеренно сказал Мих. — Это нужно не мне. Это нужно для Севера. Иначе Красноголовые запретят нам приходить в Пойму. Ты понимаешь, что это значит.
Ангела понимала. Но сердце вопило от ярости, и даже полученная пощечина не могла ее унять. Стать рабыней Красноголовых, женой какого‑нибудь старика, пусть даже не старика, но человека, которого она никогда не видела и не знает! На всю жизнь! Ради какого‑то дурацкого уговора, заключенного лет двести назад!
— Подожди, Мих, — сказала она, чувствуя, как к глазам подступают слезы. — У меня ведь есть жених…
— Был, — поправил Мих. — Волод исчез, думаю, мы его больше не увидим. Он был единственным спасением для тебя. Красноголовые давно ждут, а кроме тебя, ты знаешь, в клане нет зрелых нерожавших девушек. Ты пойдешь с нами!
— Нет! — воскликнула Ангела и выбежала на улицу.
— Пойдешь, — бросил вослед Мих.
Глава 23. Волод. Знакомство.
Целую неделю Волод бездельничал. Ел, пил и спал, не переставая восхищаться удобными технологиями гморов. Живут же, гады! Конечно, ко многому приходилось привыкать, например, к ранним подъемам, когда неизвестно откуда раздавался пронзительный звонок, трезвонивший до тех пор, пока Волод не вставал с постели. Варвар догадался, что будильник спрятан где‑то в кровати, устроил обыск, нашел подозрительную панель с экраном и кнопками и раздавил ударом пятки. Больше будильник не звонил, а Волод ходил и ухмылялся: вот оно, превосходство силы над технологиями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
