— Я уже послала мальчишку.
— Мальчишку? — изумился Слав. — Одного? Ночью?
— Он доберется, — твердо произнесла девушка, и Слав поверил ей.
Только сейчас он огляделся, и глаз с ужасом отмечал то, чего не замечал в пылу схватки: исколотые ножами, окровавленные тела нападавших и защищавшихся женщин и детей. Да, бродяги убивали даже детей, и на сердце Слава накатила волна гнева: это и есть варвары, настоящие варвары, которых надо уничтожать! Отец ошибался, говоря, что все они такие.
Тела убитых уложили рядком: двое мужчин, три женщины и один ребенок. Убитых бродяг было столько же. Их просто стащили в ров. Слав заметил: тех, кого он только лишил сознания, женщины закололи ножами. Что ж, кровь за кровь. Таков закон пустыни. Не ему его менять.
Женщины собрались вокруг убитых и запели–заголосили древнюю песню. Слав не слушал их — он не мог прийти в себя и сосредоточиться на чем‑нибудь одном. Ему случалось воевать, он видел смерть, он стрелял в людей, но смириться с убийством детей и женщин разум не мог. Это не война, это… Слав не мог дать этому названия. И сейчас, стоя среди выживших, он почувствовал и понял то, чего долго не мог понять, живя среди этих людей. Незримый стержень, живущий в душе каждого из клана, вдруг стал видим, и Слав понял: единство и правда — вот его название.
Детей уложили спать, насколько возможно уложить спать после такого нападения, и женщины собрались вокруг Слава.
— Спасибо, гмор, — сказала одна. — Ты помог нам, и мы этого не забудем!
— Он наштояшший мушчина! — шамкая беззубым ртом, сказала старуха с глазами навыкате. Ее рука была в крови, но она не замечала этого.
— Спасибо тебе, Слав, — Ангела взяла юношу за руку, и он едва не покраснел.
— Любой бы так сделал.
— Любой из клана Север, — поправила Ангела, — но не любой гмор!
Слав не любил, когда его называли гмором, но в данном случае это звучало как похвала. Среди выживших кого‑то не хватало. А где же Прич?
Предчувствуя беду, Слав бросился в дом старика. Вбежал внутрь и увидел распростертое на полу тело.
— Прич! — старик не отзывался. Слав приподнял безвольное тело и увидел залитую кровью голову. Без сомнения, Прич был мертв. Старику проломили череп. Юноша поднял тело и вышел наружу. Увидя еще одну страшную ношу, женщины заголосили. Слав опустил тело Прича рядом с убитыми. Семеро. Страшный удар для клана, в котором нет и тридцати человек…
Мужчины явились под утро, усталые, но готовые к бою. Видно было, что они бежали изо всех сил. Ангела бросилась их встречать. Не сомкнувший глаз этой ночью Слав остался у «дежурного» столба.
— Рассказывай! — угрюмо велел Мих. Выслушав рассказ девушки, Мих подошел к Славу.
— Спасибо, гмор. Мне сказали, ты убил троих. Ты воин?
— Нет, — смутился Слав. — Но кое‑что могу.
— Он спас всех нас! — вмешалась раненая старуха. Она сунула замотанную окровавленными тряпками руку в лицо вожаку. — Смотри! Нас всех едва не убили! И Прич мертв!
Мих стиснул зубы.
— Надо догнать их, Мих! — крикнул Москаль, потрясая тесаком. Охотники поддержали его яростными криками.
— Если дать им уйти, они придут еще, — кивнул Мих. — Идем!
Четверо мужчин и Мих ушли в погоню.
— Найдите их и убейте! — кричала им вслед старуха, прижимая спасенного Славом мальчишку. — Найдите и убейте!
Погоня долго не возвращалась. Все это время Слав занимался усовершенствованием своей сигнализации. Он сделал четыре независимые друг от друга системы, ориентированные на каждую из сторон света. Теперь при прорыве периметра на сигнальном столбе загоралась определенная лампочка, указывая в сторону прорыва. На исходе второго дня мужчины вернулись, усталые, но довольные.
— Догнали, — сказал Москаль, швырнув наземь чьи‑то окровавленные сапоги. — Хочешь сапоги, гмор?
Слав не понял, шутит варвар или и впрямь предлагает снятый с трупа трофей, но на всякий случай помотал головой. Ему не надо.
— Как хочешь…
Вернувшиеся мужчины швыряли на землю отнятые у бродяг ножи, ремни, сапоги и куртки. Все это можно обменять на еду или использовать самим. Глядя на этот убогий, вымазанный в человеческой крови хлам, Слав испытывал презрительную жалость. Тоже мне, трофеи! И в то же время понимал: даже эти мелочи способны спасти жизнь. Хороший нож защитит от пустынного зверя, а куртка не даст замерзнуть холодными ночами. Это в гмороде полно ненужных книг, которые никто не читает, ненужной одежды, которую не носят. В Пойме нет ненужных вещей.
Глава 25. Волод. Зачистка плато Краба.
Сквозь густой туман Волод всматривался в белеющий берег. Устройство, сквозь которое он смотрел, умело здорово приближать далекие предметы, стоило лишь нажать на кнопку. Держишь кнопку долго — увеличивает так, что видна каждая песчинка и каждая ракушка на бело–рыжих полосатых скалах. Был бы у меня в клане такой прибор, восхищенно думал варвар, водя окулярами по пустынному побережью. Кажется, никого.
— Я же говорил: в это время они не ждут нападения, — тихо сказал адъютант, наблюдая за командующим. В руках он держал настоящее чудо: плоский матовый лист, на котором изображалось селение варваров и плавучие платформы, медленно двигавшиеся к берегу. Волод уже знал, что изображение на карту передается с крошечных летающих аппаратов. Нам бы такие, охотиться на прыгунов или зубинов, думал юноша, наблюдая, как очередной дискообразный аппарат стремительно взмывает в небо.
— Да. На берегу никого не видно.
— И нас не видно, — подсказал адъютант. — Туман, господин. Отличное время для высадки. Прикажете начинать?
— Да, — проговорил Волод. — Начинайте. Первыми пойдут варвары…
Чтобы придать словам больший вес, он добавил:
— Так велел Изагер.
Помощник резко кивнул и передал приказ сидевшим на корме командирам. Те почти синхронно поднесли ко рту перстни с встроенными передатчиками: отдавали приказ подразделениям. Плавучие платформы с готовым к бою десантом медленно приближались к берегу. Чтобы не услышал противник, двигатели работали на самую малую, издавая еле слышимый рокот, почти сливавшийся с шумом прибоя.
Володу не было страшно, напротив, сердце горело радостной яростью. Только подумать: все эти люди сейчас, по одному его приказу, ринутся в бой! Он, Волод Север, безвестный мальчишка из глухого уголка Поймы, командует сотней вооруженных до зубов гморов! Еще одну луну назад Волод даже не мечтал об этом, но он знал, знал, что рожден править, что станет тем, кем стал!
Ему не было жаль варваров. Каждый клан сам за себя — это закон Поймы. И если у них проблемы с гморами, это его не волнует. Если бы гморы напали на клан Север, эти люди не пришли бы на помощь. Теперь Волод — гмор, и они для него никто…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
