— Куда вы, командир? — всполошился адъютант.
— Оставайтесь здесь, — махнул рукой Волод, не оборачиваясь. Он, Волод, не трус и не станет отсиживаться за оцеплением. Кто‑то догнал его:
— Там может быть опасно, господин!
Орк, кто же еще! Волод посмотрел на клона:
— Вот именно: господин. Что хочу — то и делаю! — он решительно зашагал в разоренное селение. Огромный, состоящий из одних мускулов, орк неотступно следовал за юношей. С такой охраной нечего опасаться, но Волод желал опасности, хотел встретиться с ней лицом к лицу! Именно этого ему не хватало в гмороде: риска и схватки!
Орк не отставал. Волод остановился:
— Останься здесь!
— Не могу оставить вас, господин, — ответствовал орк, встав смирно и выкатив белесые зенки. — Это приказ.
— Мой приказ: останься здесь!
— Приказ правителя, — ответил орк. — Главный приоритет.
— Чего? — не понял Волод. — Пошел ты…
Рядом раздался крик. Юноша огляделся, поднял энерган и сунул ствол под нос орку:
— Вали, или пристрелю!
Орк стоял смирно. Ни одна черта не дрогнула на лице клона, и изумленный Волод понял, что тот совершенно не боится смерти. Вот так солдаты у гморов!
— Ладно, провались ты сквозь землю! — шум сражения затихал, и Волод понял, что бой подошел к концу. Он пробежал между полуразрушенными домами, перескакивая через куски песчаника и обломки пластика. Еще издалека над одним из домов он увидел высокий шест с приделанным к нему куском железа. Знак клана. Юноша решил идти туда.
Мимо пробежал человек с мечом. Обнаженный клинок сверкнул на один лишь миг. Юноша вскинул энерган и едва не выстрелил, вовремя заметив мерцающий огоньками обруч: свой, наемник. Волод прошел дальше.
Распахнутая дверь и тяжелый запах крови. Волод остановился на пороге, разглядывая раскиданные по полу тела. Здесь все мертвы. Он увидел разрубленного напополам ребенка, и внезапный спазм вывернул наизнанку. Волод хрипел и кашлял, орк невозмутимо стоял рядом.
— Забудь о том, что здесь видел, понял? — вытирая губы, приказал Волод.
— Нет. Что именно я должен забыть?
Тупица клонированная! Испытывая небольшую слабость, Волод вышел на воздух. Там стало легче. Вытирая губы, Волод посмотрел на бесстрастную физиономию телохранителя. Нет, этот ничего никому не скажет.
Они прошли пустынными улицами, на которых повсюду лежали трупы. Ложась спать, эти люди не думали, что завтра для них уже не будет… Волод гнал такие мысли, но они возвращались вновь. Я не должен их жалеть, они — никто, я должен выполнить приказ Изагера, повторял про себя юноша, стараясь не смотреть на трупы, которых было очень, слишком много. Все равно они не отдали бы эти земли, потому что идти им некуда. Все равно погибли бы. Юноша понимал это лучше, чем любой из гморов, но легче от этого не становилось.
Волод вышел на небольшую площадь. По–видимому, центр селения находился здесь, и сюда сбегались мужчины, чтобы биться с захватчиками. Убитых здесь было еще больше, и среди них немало наемников. Волод видел, что здесь дрались до последнего вздоха, понимая, что обречены. Ему стало не хватать воздуха. Волод снял шлем и огляделся.
Наемники бродили меж трупов, нагибаясь и подбирая трофеи. В глубине улиц показались первые солдаты. Оцепление сняли, потому что бежать отсюда было некому. Операция по зачистке закончилась.
Волод сделал несколько шагов и почувствовал, как кто‑то схватил его за ногу. Юноша вырвался. Орк вскинул энерган, но Волод успел отстранить ствол:
— Не стрелять.
Раненый смотрел снизу вверх. Лицо варвара было настолько залито кровью, что юноша не мог понять, кто перед ним: молодой или старик.
— За что? Зачем вы убиваете нас? — прохрипел раненый, повернув окровавленное лицо к Володу. Чья‑то тень упала на него сверху, Волод поднял голову и, ослепленный солнцем, не успел помешать наемнику. Удар шипастой дубины проломил раненому голову. Рослый наемник с гривой зачесанных назад волос осклабился Володу, встряхнув дубинкой, и капельки крови прочертили дорожку к ногам командующего.
Волод сжал зубы, с трудом сдерживая очередной тошнотворный спазм.
— Командующий, где вы? — раздалось из шлема.
— Здесь, — ответил Волод. — На площади.
— Ваши приказания?
Волод поднес шлем к губам:
— Операция закончилась. Вызывайте корабли.
Глава 26. Слав. Сделка.
Чья‑то тень заслонила дверной проем, украв остатки света. Слав повернул голову.
— Слав, ты пойдешь со мной! — в дверях стоял Мих. Слав отложил недоделанный блок–прерыватель, который пытался собрать из хлама, что нашел в доме погибшего Прича.
— Что случилось?
— Собирайся, мы идем к Красноголовым.
Вновь стало светло. Слав вытер пот со лба. Красноголовые… Зачем ему идти к ним? Но все равно здорово: кроме Лабората, ему не разрешалось никуда уходить, а теперь зовут в другой клан. Все меняется, и это хорошо!
Слав быстро собрался. Впрочем, собирать было нечего: кроме одежды, он не имел ничего, не считая фляги для воды, подаренной Ангелой. Оружие Славу носить не дозволялось, кроме ножа с лезвием длиной в полпальца.
У подъемного моста стояли Мих и Москаль. Слав подошел к ним:
— Что мы будем там делать?
Москаль поглядел на Миха, усмехнулся, но ничего не сказал.
— Им нужен человек, разбирающийся в… — запнувшись, проговорил вожак. — Неважно, там узнаешь. Ты готов? Идем.
Путь был неблизкий. Путники долго пересекали выжженную солнцем пустыню, укрывая лица от горячего ветра. Слав знал, что в это время хищники предпочитают укрываться в тени, и потому путь относительно безопасен. Вот только жуткая жара…
Фляга с водой стремительно и пугающе пустела. В ботинки набился песок. Слав чувствовал, как натирает ноги, но ничего не говорил Миху: не хотелось прослыть слабаком. По рассказам Юра он помнил, что в Пойме отношение к мужчине складывается из того, как он переносит трудности и боль.
К вечеру, когда ноги превратились в ничего не чувствующие и плохо смазанные механизмы, впереди показались несколько скал, у подножия которых располагались строения. Поселок Красноголовых состоял из двух десятков домов, собранных, как и в клане Севера, из всего, что можно было найти в пустошах и развалинах: камней, кусков пластика и ржавого, уже никуда не годного железа. Крыши застелены соломой, тщательно скрепленной проволокой, чтобы не унес ветер. Где не хватало соломы, висели выгоревшие на солнце шкуры животных и тряпье. И все же в строениях Красноголовых присутствовала некая основательность, они казались более крепкими и надежными, самый маленький дом их превосходил дом Миха по площади вдвое.
Слав с интересом оглядывался. В отличие от глухих домов Севера, здесь почти в каждом были окна, причем с целыми стеклами, что лишний раз подтверждало относительное благополучие клана.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
