А ещё светодиодные фонарики, компактные радиостанции, и многое другое. Заодно внутренним распоряжением запретили использовать солдат на хозяйственных работах вне войсковой части, и дали задание военным прокурорам и комендантам территориальных образований, пресекать подобные факты и привлекать виновных к ответственности. И по совету Николаева, установили премию в двести рублей для солдат, чья информация о злоупотреблениях в армии подтвердится, и негласное разъяснение для высшего комсостава, что те, кто подадут на увольнение, к уголовной ответственности привлекаться не будут.
Куликов выразил сомнение в том, что эта мера будет иметь какое-то значение. Но как только были заведены уголовные дела на нескольких генералов в разных частях страны, то внезапно в строевых частях[29] случился аншлаг и очереди из крупных военачальников, резко пожелавших удалиться на пенсию, хотя до этого никого из них и под угрозой расстрела было не вытолкнуть из армии.
Главной задачей всей акции и было очистка кадров от совершенно аномального количества генералов и маршалов, число которых было больше чем во всех европейских армиях вместе взятых.
Таким способом и некоторыми другими, удалось прилично почистить верхушку вооружённых сил от начальников заслуженных, но порой сильно зажравшихся и охреневших от беззакония. Преследовать их и сажать не было никакого экономического смысла, да и видеть героев войны на скамье подсудимых, не полезно для морального здоровья нации. Так что их отпускали на пенсию, и всё. Но пенсия, даже генеральская, не шла ни в какое сравнение с содержанием действующего высшего офицера, и только от этой операции, армия выиграла миллиарды рублей. Ну и кроме того, все увидели, к чему приводят игры в большого барина.
Но никто не отменял армейскую аксиому, что солдат должен быть постоянно замученным как конь на песчаном карьере. И лишённые радости бесплатного труда на стройке генеральских домов и командирских дач, бойцы стали больше бегать, стрелять, и вообще заниматься своей прямой работой — военной учёбой.
Виктору вообще нравились такие ходы, когда без затрат, и эффективно сдвигалась какая-то застарелая проблема, а она в свою очередь тащила за собой решение других вопросов.
Проблему можно решить десятками способов и самый тупой — пригнать толпу прокуроров, затем притащить специалистов, чтобы те на обломках и пепелище который остался после гулянки правоохранителей, построили что-то осмысленное, и после ещё сто раз пытаться перестроить это, в соответствии с требованиями, которые непременно будут изменяться. Это всё равно что привезти в горы несколько сот тонн камней, и скинуть вниз для получения лавины.
А можно и просто найти слабый камень, и толкнуть его в нужное время в нужном направлении, и лавина сделает всё остальное. Разумеется, в жизни всё куда как тоньше, но вместе с тем, Виктор каждый раз искал именно такие решения. Максимально не затратные, но предельно эффективные, и к тому же решающие сразу несколько проблем. Например, создание персональной ЭВМ, с прикладной программой — рабочее место бухгалтера или учётчика, породило сразу желание создать сети передачи данных наверх, затем адаптировать программу под нужды учёта войсковой части, и вот уже в полку и выше, вместо кипы учётных книг — скромная персоналка, с печатающим устройством, которая раз в неделю отправляет все данные наверх, в дивизию, а те выше, пока всё не замыкалось на ВЦ Минобороны. А такой громадный рынок потребления, сразу потянул за собой большие серии, и как следствие удешевление самих машин, отработку технологии производства, и даже выпуск специализированных столов, где можно было закрыть клавиатуру и экран на ключ. А следом за Минобороны, потянулось Министерство путей сообщения, которым тоже позарез нужна была сквозная система передачи данных о билетах, загрузке вагонов и так далее.
И когда цена на персоналку упала до каких-то внятных денег, и их стали ставить даже в гостиницах и школах, вопрос развития сети уже никому не казался странным. А зачем ещё нужен вычислитель если он не подключён к сети? А в сети уже был первый браузер, созданный студентами МАИ «Невод», и поисковая система «Ведун». Да, графика была совсем никакая, но текстовые простыни народ набивал, только треск клавиш стоял. Но всё равно люди уже пытались сделать какие-то мультики, пересылать картинки, и, да. Разумеется, сиськи и котиков.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А в небе уже летали спутники космической разведки с полностью цифровыми камерами, сенсорами высокого разрешения, и передачей данных в реальном времени, на наземный пункт управления.
Поскольку была реальная возможность подзарядить спутник топливом или вообще взять его на буксир и поднять выше, то орбиты были низкими. Всего двести километров. А с такой высоты, очень многое можно разглядеть. Американские разведывательные спутники Key Hole[30] летали на высоте около трёхсот километров, но пока по-старинке сбрасывали капсулы с плёнкой на землю.
Кроме спутников наблюдения, СССР не торопясь, готовил проект большой станции, но не из отсеков-кораблей, поднимаемых на орбиту поочерёдно, а из отдельных узлов — сегментов, которые будут собираться на орбите. Все агрегаты станции должны легко ремонтироваться или быть заменены, а у самой станции было несколько спасательных капсул для экстренных случаев. Таким образом появлялась возможность сделать станцию долгоживущей, безопасной и удобной для проживания.
Главным назначением станции, было поддержание работы космических лабораторий, обсерватории, и причала для отправки спутников — экспедиций к другим планетам, и ремонта космических аппаратов, с которыми не справлялись команды Спиралей.
Только на ремонте космических аппаратов, СССР экономил сотни миллионов рублей, а в перспективе выигрыш был ещё больше, так как инженеры могли заглянуть в нерабочие аппараты и собирать статистику по отказам.
Таким образом выстраивался механизм не «космос для понтов» а «космос для народного хозяйства», что вначале очень огорчало ряд генеральных конструкторов, но в итоге они признали целесообразность этой модели, и даже её преимущество, поскольку в условиях экономии, появились свободные средства, и даже подняли старый проект Солнечного зеркала, когда спутник, направлял свет солнца на те участки земли, которые требовалось подсветить. Зеркало из тонкой металлизированной плёнки, диаметром в сто метров раскрывалось подобно зонтику. Первый запуск «Светлячка», чуть не провалился, так как зеркало не раскрылось, но космические ремонтники на «Спирали» подлетели ближе, устранили поломку, и над Салехардом вспыхнула ярчайшая звезда по светимости равная примерно, тридцати полных лун, и даже плотная облачность над городом, не помешала городу полностью отключить уличное освещение, так как на улицах и без того было всё прекрасно видно.
Развивалась и спутниковая навигация. Над Землёй летало больше тридцати аппаратов навигационной службы, и продажи навигаторов для самолётов, судов, и наземного транспорта, составили очень существенную долю прибыли в валюте. Кроме того, лицензию на выпуск навигаторов купил Блаупункт, Сименс, и ряд других компаний, но и они все не обеспечивали стремительно расширяющийся рынок. Конечно, даже привязанные к изображению карты, координаты, были с изрядной долей погрешности, но для самолёта, корабля или грузовика это не имело большого значения. И тем более погрешность в двадцать-тридцать метров не имела никакого значения для беспилотных аппаратов снабжения, которые взлетали с узлового аэродрома, долетали в автоматическом режиме до точки сброса, там отделали груз на парашютной системе, и возвращались назад.
Так доставляли ежедневную почту и посылки в мелкие удалённые поселения, и снабжали оторванные от снабжения группы. Старатели, геологи, всякие учёные, и даже туристы, могли с помощью спутниковой связи запросить помощь, и получали её в короткое время, так как радиус действия беспилотных доставщиков дальнего радиуса был больше двух тысяч километров.
