подумала она. — Грёбаная политика. А как же я? Значу ли я для него хоть что-нибудь? Или он рассматривает меня исключительно как механизм для достижения своей цели? План внутри других планов… Люди и средства ничто, главное результат».
Она отвернулась, чтобы Гай не видел выражения досады на её лице и закипевшие в глазах слёзы. Понимала: если высказать ему всё, что на душе, он, как и раньше, отнесётся к этому не серьёзнее, чем к лепету ребёнка. Они находятся на разных плоскостях.
На языке сам собой завертелся вопрос: был ли ты на похоронах Магды?
Но Мира и об этом спрашивать не стала, боясь ответа, после которого не сможет относиться к Гаю иначе как к машине: расчётливой и не способной на простые человеческие слабости и чувства. Ей была невыносима мысль, что она влюблена в такого человека. Лучше обманывать себя и рисовать образ душевного, мужественного мужчины.
Внезапно вокруг потемнело, будто небо заслонила туча. У Миры слегка закружилась голова, и тут же перед глазами возникла картинка: освещённая свечами комната, на полу на толстой подстилке из сложенных одеял лежит Хадар. Рядом с ним склонилась Дарина. Дрожащий свет свечи освещает одну её щеку, вторая остаётся в тени, словно обратная сторона Луны. Она подносит к губам Хадара чашу, он пьёт неровными глотками, захлёбываясь. Дарина убирает чашу, и на её лице замирает выражение напряжённого ожидания. Внезапно тело Старшего агента сотрясает страшная конвульсия, ноги дергаются, скрюченные пальцы впиваются в руку девушки. Ту, в которой она до сих пор держит пустую чашу. Хадар широко открывывает рот, пытается что-то сказать, но из горла вырывается только хриплый рык. Он изгибается дугой, затем падает на лавку и замирает закатив глаза так, что видны бельмы. Пальцы медленно разжимаются, оставив на смуглой руке Дарины кровоподтёки. Несколько секунд она смотрит на Старшего агента, но убедившись, что всё кончено, тихо смеётся. Жутко, радостно.
…
Мира открыла глаза, в недоумении огляделась вокруг. Она лежала на камнях, головой на коленях у Гая. Он смотрел на неё с тревогой и даже испугом. Мира села, машинально поправила на груди платье. Спросила у Гая:
— Что случилось?
— Ты потеряла сознание.
Он продолжал ощупывать внимательным взглядом её лицо.
Мира вновь осмотрелась по сторонам: звери были метрах в пяти от них и слизывали фиолетовыми языками грибы с камней. Похоже, эта еда им подходходила.
— Я видела… Нам срочно нужно к Дарине, — пробормотала МИра и, придерживаясь за руку Гая, встала. Голова была тяжёлой, словно кто-то залил в лоб свинец.
— Что ты видела? — спросил он, не выпуская её руку.
— Как Дарина отравила Хадара, — она покачала головой. Тяжесть перекатилась из затылка в правый висок и отозвалась тупой болью: — Я видела его смерть. Ты прав, она появилась среди нас неслучайно… Но, может быть, мы ещё успеем.
Вырвав руку из пальцев Гая и не дожидаясь его, Мира, как могла быстро, направилась к шатру, куда унесли Хадара. Перед глазами вновь и вновь, будто кадры из кинофильма, прокручивались фрагменты видения. И толкалась мысль: «Лишь бы успеть, лишь бы успеть!»
Впереди показался шатёр. Вокруг него стояли вооружённые люди. При виде Миры, они обменялись быстрыми взглядами. Она в испуге и надежде всмотрелась в их лица: неужели опоздала?! С запинкой спросила:
— Где… Хадар?
За всех ответил один мужчина:
— В шатре.
— А Дарина?
— Тоже…
Мира ворвалась в шатёр. Здесь всё было точно так, как в видении: сложенные слоями одеяла, на которых неподвижно лежал Хадар, склонившаяся над ним Дарина.
— Стой! Не двигайся! — закричала Мира.
Магиня резко обернулась, так, что взметнулись блестящие чёрные волосы. На Миру взглянули огромные от испуга глаза девушки. В руках Дарина держала чашу, почти до краёв наполненную тёмно-зелёной жидкостью. От резкого движения зелье расплескалось.
«Чаша полная, значит я успела вовремя!» — подумала Мира.
— Пей! — приказала она сиплым голосом.
— Что? — пролепетала Дарина.
— Пей первая. Потом ему дашь.
Мире казалось, будто душа у неё окаменела. Не осталось сомнений и жалости, только холодная ярость: Дарину подослали, чтобы убить Хадара.
Руки магини дрожали так сильно, что зелье стекало по пальцам и капало на платье.
— Мне позвать стражу, чтобы тебе помогли? — холодно спросила Мира.
— Если я вы-выпью, чем буду ле-чить господи-дина? — спросила девушка, заикаясь.
— Ещё приготовишь. Пей, кому говорю!
В шатёр заглянул агент с копьём.
— Ну! — прикрикнула Мира.
Бросив на агента испуганный взгляд, Дарина залпом выпила.
Глава 13.1
Мире показалось, будто время остановилось. Даже пыль повисла в воздухе — и замерло пламя свечи. Мира напряжённо вглядывалась в лицо Дарины, подмечая каждую мелочь: бисеринки пота на лбу, неглубокую морщину между бровями, подрагивающие ресницы, с которых срывались слезинки; расширенные от испуга глаза, трепещущие крылья носа. Шли минуты, но ничего не происходило. Дарина не падал на пол, не корчилась в агонии, как Хадар в видении Миры.
«Я ошиблась, Дарина не хотела убить Хадара,» — подумала она, испытывая одновременно облегчение и стыд за свою истерику.
Переведя взгляд на руки Дарины, Мира увидела, что девушка по-прежнему сжимает чашу. Её подрагивающие пальцы были перепачканы зелёным зельем.
«Она действительно пыталась его вылечить, — подумала Мира. — А я дура и истеричка».
Она пригладила волосы, заметила, что руки трясутся, как у алкоголички, и торопливо спрятала их за спину.
— Что случилось-то? — спросил стоящий у входа страж, переводя недоумённый взгляд с одной девушки на другую.
— Ничего, — нервно передёрнула плечами Мира. Она чувствовала, как лицо и шею заливают жар поражения.
Дарина молча взяла со стоящего у стены сундука тряпицу, вытерла перепачканные в зелье пальцы.
— Мне понадобятся ещё порошки. Они остались на ладье, — произнесла она, избегая смотреть на Миру. Явный страх с её лица ушёл, и теперь на нём проступило раздражение.
«Она считает меня истеричкой, — подумала Мира. — Я проявила слабость, не смогла держать себя в руках».
Ей хотелось убежать из шатра, спрятаться от всех и побыть одной.
— Помоги ей, — сказала она стражу. — Принеси с ладьи всё, что нужно.
Полог откинулся, и в шатёр вошёл Гай. Вот уж кого Мире хотелось видеть меньше всего! Она почувствовала, как к горлу подкатил комок слёз. Не хватает ещё разрыдаться! Очень достойное поведение для новоявленной Старшей магини.
— Что у вас тут? — спросил Гай, переводя взгляд с Миры на Дарину, с той на Хадара, с него на стража.
— Ничего, — буркнула Мира и прошмыгнув под его рукой, всё-таки выбежала из шатра.
Стоявшие неподалёку кучкой и что-то бурно обсуждавшие агенты при её появлении разом замолчали. Мира подумала, что
