Глава 2. Здоровые проявления мазохизма
Существует понятие здорового мазохизма, и он заложен в нас природой. Возьмем, к примеру, материнский мазохизм. Хелен Дойч (1944) высказала мысль, что мазохизм является неотъемлемой частью материнства. Большинство млекопитающих действительно ставят благополучие своих детенышей выше собственного выживания. Сами роды по своей природе очень болезненный процесс, ребенок достается женщине через прохождение родовой боли. Ежемесячно на протяжении многих лет у женщины идет менструация, которая также может быть болезненной, сопровождаться ухудшением общего самочувствия.
Особенно сильно материнский мазохизм будет проявляться, когда только появляется ребенок и женщине приходится отказываться от своей привычной жизни, иногда даже потребностей и интересов ради удовлетворения потребностей ребенка, руководствуясь его интересами.
Но чем старше становится ребенок, тем меньше он нуждается в постоянном присутствии мамы. Его начинает интересовать мир вокруг, появляется интерес к сверстникам. И как раз нездоровым проявлением материнского мазохизма будет отказ замечать это и продолжать по инерции давать ребенку то, в чем он уже не нуждается, с вербальной и невербальной трансляцией: «Смотри, сколько я для тебя сделала, а ты…», «Посмотри, скольким я ради тебя жертвую…» Такой мазохизм, наоборот, нагружает детей чувством вины.
Здоровым проявлением мазохизма будет позиция: «Я сама выбрала быть родителем, я сама выбрала эту роль и добровольно взяла эту ответственность. Я делаю это потому, что хочу быть родителем».
Нездоровый мазохизм: «Я выбрала быть родителем, отказалась от своей жизни, принесла ее в жертву. Теперь я жду, что ребенок вернет мне все, что я в него вложила».
Здоровый мазохизм может проявляться в героизме, альтруизме, а также в способности выдерживать фрустрацию, когда мы отказываемся от чего-то ради будущего блага, переводим деньги на лечение больного ребенка, спасаем тонущего человека, помогаем приюту бездомных животных, начинаем новое дело – и нам требуется преодолевать себя, выходя из зоны комфорта.
Каким образом мазохизм может помочь нам в жизни?
• Мы не избегаем тех чувств, которые нам неприятны, мы учимся их проживать и отпускать.
• В течение жизни мы проходим через множество кризисов, которые нередко сопровождаются душевными страданиями.
• В любом деле есть то, что нам может не совсем нравиться. Мы учимся договариваться с собой и идем вперед маленькими шагами.
• Мы можем оказываться в ситуации, где выступаем в роли подчиненных. Мы не всегда можем проявлять свою волю, но вольны выбирать тех, кому нам будет приятно подчиниться.
Глава 3. Психотерапия мазохиста
Мазохисты редко сами обращаются за помощью к психологам, ведь признание факта, что им нужна помощь, делает их обычными людьми. Поводом для обращения могут стать тяжелая болезнь, развод, смерть близкого человека. Иногда мазохисты обращаются за помощью с запросом на изменение другого человека. Условно этот запрос звучит так: «Помогите мне донести до моего близкого, что он живет неправильно». Разумеется, мазохист будет хотеть как лучше.
Психотерапия мазохистов движется медленно и тяжело. На первых порах психологу придется, скорее всего, постоянно доносить до своего клиента мысль, что работать будут именно с ним, с его отношением к жизни, а не с теми, кого он хочет переделать.
Мазохисту все время кажется, что он очень старается, прикладывает много усилий, он очень исполнительный и все делает правильно. Но при этом может возникать ощущение, что становится только хуже. Как раз здесь срабатывает негативная реакция на успех, о которой говорилось ранее. Ведь при этом сразу же появляется бессознательный страх быть наказанным за удовольствие и за то, что его жизнь стала лучше. В этом суть мазохизма. По сути, человек не хочет менять ситуацию, не хочет, чтобы ему помогли, он хочет сочувствия и утешения. И это то, что мешает самой психотерапии. Именно так проявляется сопротивление мазохиста.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Формы, которые может носить это сопротивление:
• внезапно заканчиваются деньги на психотерапию. Мазохисту трудно тратить деньги на себя. Гораздо привычнее для него тратить эти деньги на других. При нарастании сопротивления деньги на психотерапию внезапным образом будут заканчиваться;
• нет времени на психотерапию. Становится больше работы, болеют дети, нужно помогать другим людям, нужно ехать сажать картошку, помогать родителям. То есть заниматься всем, кроме самого себя;
• появляются обстоятельства, которые требуют незамедлительного участия мазохиста. Внезапно муж запрещает жене ходить к психологу. Или именно в это время случается командировка. Или авария. Болезнь. Может быть все что угодно, лишь бы не продолжать эту экзекуцию под названием «психотерапия». Все вышеперечисленное дает мазохисту право опять начать страдать.
На что должна быть направлена работа с мазохистами? На снижение невротического поиска любви через страдание. Важно разорвать шаблон «любовь – это страдание» или «любовь можно получить только через страдание». В результате терапии у мазохиста разрушается убеждение, что наградой за его страдание будет любовь. На это место придет понимание, что страдание порождает только страдание. В этом нет любви.
Также терапия направлена на более зрелую оценку значимых людей в жизни мазохиста. К нему приходит осознание, что то, что он всю жизнь принимал за любовь от самых близких людей – прежде всего от родителей, не имеет к любви никакого отношения. Жестокое обращение – это не любовь.
Равнодушное обращение – это не любовь.
Наказание – это не любовь.
Игнорирование – это не любовь.
Человеку-ребенку очень сложно признать и принять тот факт, что его никогда не любили. И его не любили не потому, что с ним что-то не в порядке, он какой-то не такой, а потому, что такой взрослый.
В терапии будет постоянно идти конфронтация с этими мазохистическими проявлениями. Мазохистичный клиент постоянно втягивает психолога в привычный для него сценарий, где он страдает, а психолог изо всех сил пытается ему помочь. При этом транслируя: «Только попробуй мне помочь, мне станет еще хуже». Психолог может чувствовать себя спасателем, от которого полностью зависит благополучие его клиента, или, наоборот, агрессором, который виноват в том, что причиняет так много страданий своему клиенту.
Устойчивость психолога к втягиванию в такого рода отношения будет решающей в терапии.
Психолог должен помочь клиенту увидеть, что можно получать удовольствие, можно получать любовь без страданий. Важна собственная устойчивость терапевта.
Огромное значение в психотерапии мазохистических личностей имеет обнаружение злости. Открытое проявление злости со стороны мазохиста будет сигналом к тому, что терапия идет в правильном направлении. Важно, чтобы психолог относился к этому с терапевтическим принятием и интересом, ведь для мазохиста это огромный шаг вперед. Он хорошо знает, что люди принимают его, когда он ведет себя как хорошая девочка или мальчик. Теперь мазохисту важно получить опыт принятия его в злости. «Меня с этой злостью принимают, меня с этой злостью не отвергают, не бросают, со мной продолжают сохранять отношения, то есть меня могут любить с теми чувствами, которые я сам в себе не принимаю».
Психотерапевту при работе с мазохистическими клиентами важно:
1. Делать больше акцент на отношения с клиентом и то, что происходит между вами, чем на интерпретации и анализ.
2. Быть примером того, как можно относиться к себе лучше.
3. В обязательном порядке нужно проработать собственный садизм и мазохизм и исключить их проявление в ваших отношениях с клиентом. Важно понимать, как этот процесс выглядит изнутри, и прочувствовать на себе, как работают психологические защиты.
4. Также важно научиться отслеживать в себе все три роли из треугольника Карпмана – жертву, преследователя и спасателя, – так как мазохист непременно попытается втянуть вас в эту игру.
