зовя при этом отца.
— Что?
— Ты жабку собираешься забирать?
— Точно! Неси!
Эззн быстро поднялся по ступеням и принял в руки своего питомца. Параллельно передавая аквариум, Лиза спросила:
— Ты же хотел его отвести к бабушке, что передумал?
— Хотел. Плюс, я хотел, чтобы она и следила за ним. Но у неё бронхит, ей не до этого. Конечно, слава богу, бабушка уже выздоравливает, — Клим, слушая это, резко задумался и опустил глаза, Лиза краем заметила это и притихла, погасив в себе весь энтузиазм, что вселил в неё её отец, который продолжал рассказывать дальше, — Никогда не забуду этот случай, — с ухмылкой добавил он, — Ой! А Клим же не в курсе! — Эззн смеясь вскрикнул, чем заставил поднять на себя его глаза, — Наша бабушка, живущая на первом этаже, переносит бронхит. Врач ей посоветовал для укрепления здоровья прогулки в сосновом лесу. До леса, как выяснилось, идти далеко и она вынесла нам мозг по этому поводу. Она хотела, чтобы мы, ей посадили под окном сосну. Мы сначала думали, что это шутка. Но, нет. Ладно, купил дерево, посадил на клумбе. И на следующий день, к нам, пришла бабушка, живущая на третьем этаже. И потребовала пересадить сосну, так как дерево вырастит и ей будет темно, а окулист, ей запретил читать и смотреть телевизор в темноте. И можно подумать, ну и фиг с ним, можно пересадить, да? Только вот загвоздочка… обеим бабушкам по восемьдесят три года! — договорив, отец семейства засмеялся.
Клим же ели-ели выдавил из себя лишь улыбку, но достаточную, чтобы Эззн не засомневался в её искренности. Но не для Лизы, она это заметила и постаралась, как можно быстрее закончить этот разговор. Получилось. Лиза и Клим, через минуту, уже были за запертой дверью её комнаты, а Эззн остался, с интересом, разглядывать свой аквариум и понемногу спускаться по лестнице.
— С каких пор ты так любишь стимпанк?
Лиза грустно посмотрела на Клима и не собираясь отвечать, задала свой вопрос: — Когда это случилось? Вера Владимировна…
Смотря в пол, Клим выдавил из себя: — Её не стало меньше двух месяцев назад… — осела умиротворительная тишина, во время которой, Клим так и остался, молча стоять, а Лиза по-тихому села на кровать.
— … ты был там?
— Где?
— … на похоронах?
— Нет… не захотел…
— Боялся, что не выдержишь?
— Чего? Бабушкиного мёртвого тела? Нееет… да и к тому же, если ты забыла, я агностик в этом деле и прощаться или упокоевать чью-то душу, мне не нужно. Я по-своему с ней простился… — весь ответ он проговаривал максимально сдержано и кропотливо.
— Хм, всегда удивлялась тому, как глубоко религиозная бабушка, воспитала агностика.
— Так здесь нет ничего странного, если у тебя родители атеисты, то ты в любом случае начнешь критически мыслить в этой области.
И в этот момент должно было снова начаться, словесное затишье, но Лиза не захотела этого и внезапно, задала неожиданный вопрос для Клима: — А помнишь, как ты купил себе арбалет? — Клим удивлённо посмотрел на неё, — На местной какой-то барахолке, вместе с двумя стальными болтами в подарок. Нам тогда было, по двенадцать и тринадцать лет. И мы решили их опробывать, — договорив, они оба улыбнулись, предвкушая вместе им известную концовку, — Нашли какой-то старый, прогневавший, уличный, деревянный туалет. Стоящий поблизости и никому не принадлежавший, по территории. Ты первый спустил на него курок. Болт прошёл насквозь и застрял в дереве, растущим за ним. Потом дверь со скрипом открылась и мы увидели соседа, со спущенными штанами. А над головой у него, огромная дыра, на задней стенке туалета. Проходит секунда и дед бросается на тебя, чтобы отобрать арбалет. Он же был ветераном, да и ещё, как рассказывала Вера Владимировна, немного маразматик, вот и подумал, что его «заказали». Минут двадцать, он за нами гонялся, — Клим, на этом моменте ухмыльнулся, вспоминая какие увороты крутил, на том огороде, — Мы убежали конечно, но на следующий день, он написал на нас заявление…
— Угу, — угрюмо прокомментировал Клим.
— И вот я никогда не забуду, как она нас защищала… И лично к нему, просить за нас прощение ходила и в отделение ездила раз двадцать. Хотя мы действительно были виноваты, она ни слова нам не сказала. Только лишь в конце, когда всё закончилось, попросила нас, больше таким не заниматься.
Клим легко кивнул головой и несколько секунд помолчав, подхватил: — А помнишь, как мы ночью, смотрели ужастики? После чего, ты не могла всю ночь уснуть. Поднялась на второй этаж и от страха, в темноте коридора, запустила в бабушку палкой колбасы.
— Помню, — Лиза улыбнулась, — Но это не смешно. Ты даже не представляешь, на сколько я тогда перепугалась, — она задумалась и с ехидной улыбкой, заговорила, — Ммм… ровно настолько, на сколько ты перепугался, когда в стиральную машинку, залил не то средство, — Клим закатил глаза от стыда, — В тот день, в доме, пены не было разве что, на втором этаже.
— Ну я же не хотел, плюс ко всему купил тебе новый ноутбук.
— Так, а я на тебя не злюсь и тогда не злилась, — спокойно закончила она.
Сова же всё это время, тихо сидела на столе, пытаясь уснуть.
Клим успокоился и тихонько всматриваясь в её глаза, вспомнил одну непримечательную историю: — А помнишь, как на новый год, ты решила нам с бабушкой приготовить подарок и накупила шоколадок?
— Помню, мне тогда было одиннадцать.
— Хэх, да. Ты их завернула в разноцветный картон и заклеила герметично. И чтобы клей побыстрее высох, ты… — они оба уже начинали смеяться, поэтому Клим договаривал перебивками, — … решила… взять фен… и им, помочь клею… и когда мы, уже в новогоднюю ночь распаковали это, там остались лишь напоминания о шоколаде, в виде коричневых луж на дне. Ты сильно расстроилась и бабушка приняла решение, тут же ехать, покупать новые подарки, от твоего имени. Какие же вы радостные вернулись с пакетами… накупили всем… и моим родителям и твоим… — и снова Клим, задумчиво опустил голову, вспоминая ещё интересные случаи, связанные с бабушкой.
Лиза была тронута такими подробностями. Ведь даже она сама, смутно это помнила. Она не могла смотреть на него таким. Поэтому умеренно поднялась с кровати, настырно положила свои руки, на его шею и молча поцеловала. Клим сначала ощутил шершавое прикосновение от заживающей раны на её ладони, а потом подхватил её инициативу и обнял её. Продлился поцелуй недолго, внезапно она же, после десятисекундной продолжительности, разорвала его: — Подожди… — запыхаясь и с отдышкой, вызванной в следствии обильного количества эндорфинов, прошептала
