– Да. Я думала об этом весь день, обсудила все с Аркином. Мы договорились, что он приведет тебя сюда, а я скажу Джаану и Гарсу, что мне надо поработать.
Дерк встал с дивана и почувствовал, как сотни крошечных иголочек вонзились в онемевшую плоть. Он встал с готовым решением.
– Значит, ты и так собиралась это сделать? Дело не только в дуэли?
Она покачала головой.
– Тогда бежим. Когда можно улететь с Уорлорна?
– Через две недели и три дня, – отозвался Руарк. – Раньше кораблей не будет.
– Сначала придется спрятаться, – сказала Гвен. – Мы все обсудили – это единственный безопасный путь. Днем я раздумывала, сказать ли мне Джаану, или просто скрыться. Я решила, что нам вместе надо поговорить с ним. Но дуэль все расставила по местам. Теперь тебе не позволят уйти.
Руарк слез со своего стула.
– Тогда бегите, – сказал он. – Я останусь, буду наблюдать, вы можете позвонить, и я скажу вам, что происходит. Для меня нет никакой опасности, если Гарси и Джаантони не проиграют дуэль. Тогда я сразу сбегу и присоединюсь к вам, да?
Дерк взял Гвен за руки.
– Я люблю тебя, – сказал он. – Все еще люблю.
Она печально улыбнулась.
– Да, я рада, Дерк. Может быть, у нас что-то получится. Но мы должны скорее вырваться на свободу. С этого момента все кавалаанцы опасны.
– Хорошо, – согласился он. – Что надо делать?
– Иди к себе и собери вещи. Понадобится теплая одежда. Встретимся на крыше. Мы поднимемся в воздух на аэромобиле, а потом решим, куда лететь.
Дерк кивнул и поцеловал ее.
Они летели над темными реками и округлыми холмами Общественного Парка, когда первые проблески рассвета окрасили небо темно-красным сиянием. Вскоре взошло первое желтое солнце, и темнота внизу превратилась в серый утренний туман, который быстро рассеивался. Машина-скат была, как всегда, открыта, а Гвен вела ее на предельной скорости, поэтому вокруг ревел холодный ветер, заглушая голоса. Дерк спал на сиденье рядом с ней, завернувшись в широкое коричневое пальто, которое ему дал Руарк перед вылетом.
Когда впереди появилась сияющая игла Челленджа, Гвен разбудила Дерка, легонько толкнув в плечо. Он спал чутким поверхностным сном, поэтому сразу выпрямился и зевнул.
– Вот мы и прибыли, – произнес он.
Гвен не ответила. Машина замедляла ход по мере приближения к эмерельскому городу.
Дерк посмотрел в сторону рассвета.
– Уже два солнца взошли, – сказал он. – Посмотри, показался Толстый Черт. Наверное, они уже знают, что мы сбежали.
Он вспомнил Викари и Джанасека, которые сейчас, наверное, ждали его вместе с брейтами в квадрате смерти, нарисованном мелом на мостовой улицы. Бретан наверняка нетерпеливо шагает взад и вперед, затем издает свой странный хрип. Утром его глаз потух, утратив жуткое ночное свечение. А может быть, он уже мертв… или Джаан… или Гарс Джанасек… Дерка обдало жаркой волной стыда. Он придвинулся к Гвен и положил руку ей на плечо.
Челлендж приближался, вырастая перед их глазами. Гвен направила машину круто вниз сквозь тонкий слой белых облаков. Черная утроба посадочной площадки осветилась при их приближении, и Дерк увидел цифры. Огромная посадочная площадка пятьсот двадцатого уровня была совершенно пустынной и безупречно чистой.
– Добро пожаловать, – приветствовал их знакомый голос, когда «скат», зависнув, плавно опустился на плиты площадки.
– Я – Голос Челленджа. Могу я оказать вам гостеприимство?
Гвен выключила двигатель и вылезла из машины через крыло.
– Мы хотим временно поселиться здесь.
– Стоимость проживания вполне умеренная, – ответил Голос.
– Тогда проводи нас в номер.
Стена раздвинулась, и им навстречу выехала такая же тележка на колесах с толстыми шинами, какую они видели прежде. Если не считать цвета, она была точной копией той, которая возила их в прошлый раз. Гвен села в тележку, а Дерк начал перегружать в нее багаж с заднего сиденья аэромобиля. Комплект датчиков, который взяла с собой Гвен, три сумки, набитые одеждой, сумка с походным снаряжением. Пара воздушных скутеров лежала на дне между сиденьями. Дерк их не взял.
Тележка поехала, а Голос начал рассказывать о номерах, которые были оборудованы и декорированы в различных стилях, чтобы инопланетяне могли себя чувствовать как дома, хотя, в основном, в Челлендже, конечно, преобладал дух Эмерела.
– Что-нибудь простое и дешевое, – сказал Дерк. – Лишь бы была двойная кровать, водяной душ и приспособления для приготовления пищи.
Голос предоставил им небольшую комнатку со светло-голубыми стенами двумя уровнями выше. В ней оказалась двойная кровать, которая занимала почти все пространство комнаты, кухонька, встроенная в стену, и огромный цветной экран, занимавший три четверти противоположной входу стены.
– Подлинно эмерельское великолепие, – съязвила Гвен, войдя в комнату.
Она поставила на пол комплект датчиков, сумку с одеждой и с наслаждением растянулась на кровати. Дерк сунул сумки за раздвижную дверцу стенного шкафа, сел на край кровати в ногах Гвен и посмотрел на экран.
– Библиотека может предоставить вам для просмотра большой выбор видеозаписей, – произнес Голос. – С глубоким сожалением должен вам сообщить, что все регулярные фестивальные программы отключены.
– Вы оставите когда-нибудь нас в покое? – возмущенно воскликнул Дерк.
– Основные наблюдательные функции осуществляются непрерывно для вашей безопасности, но, если вы желаете, служба может быть временно прекращена. Некоторые клиенты предпочитают обходиться без меня.
– Я в их числе, – сказал Дерк. – Исчезни.
– Если вы передумаете или вам потребуются какие-нибудь услуги, то нажмите кнопку со звездочкой у любого настенного экрана, и я снова буду в вашем распоряжении. – Голос замолк.
Дерк, немного подождав, спросил:
– Голос?
Ответа не последовало. Он удовлетворенно кивнул и снова обратил взгляд к экрану. За его спиной Гвен уже спала, свернувшись клубочком на боку и подложив руки под щеку.
Ему очень хотелось связаться с Руарком и выяснить, что случилось на дуэли, кто остался жив, а кто умер, но он понимал, что это опасно.
Кавалаанцы могли находиться с Руарком в его квартире и в его рабочей комнате, так что сигнал вызова мог выдать их местонахождение.
Лучше было подождать. Прощаясь, кимдиссец дал ему номер пустой квартиры двумя этажами выше и посоветовал Дерку звонить только после наступления темноты. Он обещал находиться там, если не будет опасности, и ответить на вызов Дерка. В случае опасности он не ответит. Как бы там ни было, Руарк не знал, где укрылись беглецы, поэтому кавалаанцы не могли силой вырвать у него информацию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
