карете лежат чистые тряпицы, чтобы останавливать кровь, и перед началом боя я настоятельно прошу снять верхнюю одежду. Если рапира проткнет мышцу, я не допущу, чтобы вместе с ней в рану попала грязная ткань. Дуэлянтки расстегивают свои английские блузки, развязывают корсажи и остаются в сорочках и юбках; литые корсеты валяются на траве, жутковатые, словно скелеты китов. Теперь все, что осталось на их чудесных ребрах, – это красные полосы в тех местах, где они были стянуты.
Они глубоко вдыхают – просто потому, что это приятно. Жмут руки. Ходят с важным видом. Говорят. Все это бравада, готовые фразы, которые мы читали в романах и видели в театре. Мужчины же так разговаривают? Как вы смеете. Вы слишком много себе позволяете. Вы кровью заплатите за свою дерзость. Причиной их дуэли стало несогласие по поводу составления букетов – кто кому подражал, – и проще простого было бы назвать такие разногласия нелепыми. Но я этого не сделаю. Цветы никогда не бывают просто цветами, а слова – просто словами. Как будто мужчины дерутся на дуэлях по более важным поводам, стреляя друг в друга из-за воображаемых цветков, которые мы прячем между ног. Женщины расходятся на три шага. Теперь, когда все и правда начинается, одна из них слегка бледнеет; она смотрит в сторону, будто ищет глазами кого-нибудь, кто их остановит. Они поднимают шпаги вверх. Кто скажет en garde?[28]
Лезвие, проходящее сквозь плоть, ничуть не похоже на иглу, уколовшую палец. Когда я впервые препарировала труп, я думала, что разреза будет достаточно, чтобы грудь разошлась и тело открылось, как шкаф. Но нужно приложить силу, чтобы проломить грудину, и волю, чтобы залезть внутрь.
Дуэль кончается быстро. Бледная женщина режет нос противнице резким, испуганным движением. Она потрясена тем, что сделала. Ее противница ухмыляется, на ее зубах кровь, она подтанцовывает поближе и ловким взмахом лезвия ранит бледной женщине руку. Одна пролила первую кровь, у другой был лучше удар. Обе выглядят довольными, когда я кричу, что все кончено. Женщины трогают свои раны и лижут соленые пальцы, одна из секунданток падает в обморок, но не из-за крови – хотя именно так напишут в газете, – нет, она теряет сознание от вида полнейшего удовольствия на лицах дуэлянток, от их пышущих жаром грудей, от силы их рук, от жажды самой раздеться и присоединиться к ним.
Чтобы не остаться в дураках, вторая секундантка притворяется, что тоже потеряла сознание из-за крови. Но она уже испытывала вожделение, видела пятна крови на тряпицах во время месячных и поток, что вылился из ее сестры, когда та умирала в родах. Им пришлось сжечь матрас, так глубоко въелось пятно. Она лежит на траве, я проверяю ей пульс, и, когда она заглядывает мне в глаза, мне кажется, что ей за себя стыдно.
«Сатисфакция получена!» – говорю я, и остальные женщины кивают. Пока я перебинтовываю руку и туго затягиваю корсет, я думаю, что, случись мне устраивать дуэль, я бы не подражала мужчинам. Как приближает к истине владение шпагой или пистолетом? Почему половина из нас обязательно должна проиграть? Посадите двоих дуэлянтов в соседние комнаты. Дайте им заскучать. И не позволяйте заниматься ничем, кроме шитья, и пить ничего, кроме чая. Посмотрите, как скоро они начнут шептаться через стену, благодарные звуку чужого голоса, готовые признать, что оба были неправы, признать что угодно, только бы их освободили.
Как поменять плитку в ванной всего за шесть шагов!
1. Планируйте ремонт заранее. Помните, что не сможете пользоваться ванной в течение нескольких дней.
Крепко зажми отвертку в руке и загоняй ее под плитку, надавливая, пока не услышишь характерный треск, пока плитка не переломится пополам, обнажив острый, как бритва, край. Конечно, ты не порежешься. Ничего из ряда вон не происходит. Твои пальцы в желтых резиновых перчатках сильны, руки тверды, разум ясен. Ты готова. Победа над сраной мерзкой плиткой – лишь начало твоих великих свершений. Ты разделаешься и с предательской ванной, и с вычурной раковиной в виде ракушечной створки, и со лживым рисунком яхты, который висит над унитазом. Ты ненавидишь этот рисунок. Ты ненавидишь вообще любые морские украшения в ванной и саму идею, что туалет якобы порождает ассоциации с океаном. Ты уверена, что именно из-за этой идеи твои дети пытались отпустить рыбку на свободу, смыв ее в унитаз.
Сделай глубокий вдох. Встань и утри пот со лба. Сними рисунок со стены и брось его в коридор в кучу остального мусора. Скажи: «Готово». Призрак рисунка остается на стене упрямым квадратом более насыщенного зеленого цвета. Не волнуйся. Ты перекрасишь стену. Давно пора было это сделать, а значит, ты готова. Это ведь почти одно и то же.
2. Купите нужные материалы.
Полиэтиленовая пленка. Малярная лента. Канцелярский нож. Стамеска. Молоток. Где-то должен валяться молоток, но не ищи его в гараже. Тебе нужен твой собственный молоток. Разметочный шнур. Цемент. Распорки. Уровень. Болгарка. Клещи для плитки. Резак для плитки. Водостойкий герметик.
Не иди за ними в магазин. Не для того ты вынашивала детей, чтобы ходить в магазин самой. Твой младший сын тусит в комнате со своей девушкой, которая оставалась на ночь. Притворись, что не в курсе, чем они там занимаются. Притворись, что отправляешь в магазин старшего только потому, что он доедает завтрак в гостиной и явно не занят, а не потому, что младший может отказаться. Твой старший сын будет жаловаться, что так нечестно. Он прав. А еще нечестно, что твой муж променял тебя на ортодонтку. Это нечестно, что он не бросил тебя много лет назад, когда у тебя еще было много знакомых, с которыми тебе хотелось секса, и много бонусных миль на счету. Нечестно, что ты так и не научилась ходить на каблуках, и нечестно, что, возможно, теперь тебе придется этому научиться. Нечестно, что ты получила тройку за тот арт-проект в университете и перестала рисовать, и нечестно, что твоя коллега случайно услышала, как ты назвала ее сукой, и нечестно, что белым медведям некуда деваться с тающих льдин, и нечестно, что комары разносят малярию, это совершенно нечестно, и твой сын увидит это по твоему выражению лица и не захочет знать, о чем ты думаешь. Он тихо уйдет в магазин. Ты веришь, что не нужно посвящать детей в свои неприятности. Молодец, ты все сдержала в себе. Ты хорошая мать. А когда ты превратишь эту ванную в
