за сёла и деревушки до титулярных секретарей, следящих за состоянием дорог и более мелких управляющих, которые отвечают за порт, мануфактуры, рынки и многое другое.
И маленькая я на вершине этой пирамиды из должностей и титулов.
Вот только моя пирамида совсем не устойчива. По всему выходит, что дела в герцогстве совсем не так хороши, как я наивно надеялась. Казна ничтожно мала и судя по выпискам, действительно истрачена на мои хотелки. А точнее: на ткани, платья, украшения, какие-то немыслимые предметы интерьера и непонятную ерунду, названия которой мне вообще ни о чём не говорят… А ещё на пиршества: на свои именины, судя по записям, я истратила годовой бюджет одного маленьких маленьких прибрежных городков…
А в конце года нужно платить налог… и сумма там какая-то совсем не гуманная. Выходит, прошлый налог я ещё выплачивала из остатков в казне герцогства, а все сборы, точнее, дань за последние полтора года, благополучно “спускала”.
И на что я надеялась? Влезть в казну графа? Или я вообще об этом не думала?
— Малия, объясни мне, пожалуйста, как платье может стоить больше, чем собрано дани за целый год с целой деревни?
— Так, большинство простых граждан живут на один салер целый месяц. А что такое один салер для благородных дэй?
— Не понимаю. То есть платье столько стоило лишь потому, что его приобрела я? В смысле, для благородной дэи одни расценки, а для остальных и за салер бы могли сделать?
Малия по-доброму смеётся, но быстро осекается, прикрыв рот ладонью.
— Нет, госпожа. Кто ж это будет редкие ткани простолюдинам продавать, да за такое и высечь могут! То, что предназначено для господ, не может быть у простых людей. Оттого и цена такая. Да там и ткани дорогие очень, что правда, заморские, редчайшие. У нас такие не делают.
— Да? То есть всё дело в эксклюзивности? — по напряжённому лицу девушки понимаю, что слово “эксклюзив” прозвучало для неё как название тайного алхимического элемента. — Я хотела сказать, что дело в уникальности и необычности, верно?
— Непросто в уникальности… а в недоступности.
Какое интересное ценообразование у нас оказывается. И что мне даёт эта информация?
Если я хочу быстро пополнить казну, нужно думать, чего бы такого продать благородным дэям или дио. Рядовые граждане довольствуются малым и экономят: еда, да самая простая одежда “лишь бы прикрыться”.
— А как же средний класс? Я имею в виду тех, кто между простыми гражданами и аристократией? Купцы, мастера и мастерицы, лекари, те кто держат лавки… да хоть те же алхимики?
— О… ну они что-то покупают, конечно… где-то. Но мне кажется, всё больше заказывают разные вещи под свои нужды у мастеров из простых.
— А ты, как швея, хорошо зарабатывала?
— Конечно, госпожа, по три, а то и четыре салера в месяц. Это очень хорошая оплата!
— И это притом, что платье стоит до нескольких сотен оксалеров[2]…
— Ну там же ткани, каменья драгоценные…
— Ладно. Это ещё нужно осмыслить.
— Ваша светлость, — в комнаты возвращается дио Хэмис с очередной пиалой чего-то полезно-травяного. — Как вы себя чувствуете?
— Если вы имеете ввиду моё здоровье, то отлично, если не считать сонливости. А в остальном… как бы так сказать помягче… — мысленно морщусь, думая о предстоящей встрече с монархом и понимая, что мне срочно требуется хоть какой-то план.
— Ах, вы о том, что прочли в письмах управляющих? — с ходу догадывается наставник.
Киваю и жестом предлагаю дио присесть в кресло:
— Присоединяйтесь к чаепитию, виконт. И ты Малия. Мне нужен совет.
Сегодня во Фрэй Дау меня снова “балуют” разнообразием угощений к чаю. С радостью бы надела эту прелесть на голову одному сиятельству, но он, как чувствует и не появляется в радиусе полёта золочёного подноса. Ну не пропадать же добру? Дио не приходится уговаривать, он с удовольствием перекладывает щипчиками закуски на свою тарелку и делает большой глоток чая. Малия робко, но с предвкушением берёт с хрустальной подставки милое маленькое пирожное.
— Итак, мне нужен ваш совет. Я бы хотела распродать часть своего гардероба. Как мне лучше поступить и с чего начать?
Виконт резко закашливается, поперхнувшись чаем, а Малия так и замирает с открытым ртом, не донеся до него нечто, украшенное взбитым кремом.
— Таак… чувствую, и здесь просто не будет.
— О, это будет… несколько скандально. Злые языки не преминут превратить это в насмешки! — постукивая себя в грудь и едва прокашлявшись, отвечает дио Хэмис. — Заранее простите мне эти слова, но: “герцогиня, промотавшая состояние целого герцогства, вынуждена предлагать к продаже благородным дэям личные вещи, чтобы не разориться окончательно”. Вот то, что вас ждёт!
Глава 35. День девятый
Новый день начался прекрасно.
Во-первых, я проснулась в постели, а не очнулась непонятно где.
Во-вторых, меня никто не беспокоил. Малия принесла на завтрак мою кашу и чай. К каше теперь подавалась пиала со свежими сочными ягодами и отдельные миниатюрные милые пиалы с разными орешками.
В-третьих, я осознала, что завтра распрощаюсь с этим местом и вернусь домой, в свой роскошный особняк, где меня ждёт Миа и… ну ладно, больше никто не ждёт. Главное, что уже завтра меня здесь не будет.
Даю указание Малии начинать готовить мои вещи. После завтрака ко мне заходит дио Зейн-Малик и уточняет некоторые детали вчерашней ночи, а также задаёт отдельные вопросы про разные, казалось бы, незначительные события. На свежую голову думается и вспоминается легче.
В прекрасном расположении духа сижу с бумагами, пытаясь накидать примерный план разговора с Его Величеством. А заодно тренируюсь более-менее сносно писать неудобной тонкой пишущей палочкой. Вот только, прочитав написанное, осознаю, что снова использовала странный… иностранный… язык. Нет, мне-то всё понятно, но вот почему на нём писать легче, чем на родном… загадка. Хотя, почему загадка? Я уверена, что всё это связано с моими виде́ниями о другой жизни. Нужно посмотреть этому факту в глаза и проанализировать, а не продолжать прятать голову в песок, убеждая себя, что со мной всё нормально… обязательно так и сделаю… потом.
Снова прокручиваю в голове вчерашний разговор с Малией и дио Хэмисом. На его замечание про сплетни о “герцогине, промотавшей состояние целого герцогства” я ответила, что моё имя и без того склоняют, как только это возможно и продолжила настаивать на том, что продавать платья придётся. Это ж целое состояние! В итоге узнала от Малии, что швейные салоны могут взять платья только по цене камней и тканей, причём по заниженной цене. Потому
