Читаем без скачивания Бред Тьюринга - Эдмундо Пас Сольдан

Рамирес-Грэм подходит к аквариуму и несколько раз стучит по стеклу, словно пытаясь привлечь внимание скалярий. Он только что вспомнил, что не покормил их, и делает это, одновременно продолжая говорить:

– Тогда Альберт возражает, что у правительства нет ничего, похожего на АНБ, агентства, цель которого – распознавание и перехват электронных сигналов и закодированной информации любого рода, чтобы держать правительство в курсе планов оппозиционеров. Наступают времена, которые делают необходимость создания такой организации безотлагательной. Следует также принять в расчет распространение в Южной Америке коммунистических идей; государство должно использовать все методы борьбы с советским и кубинским финансированием политических партий и воинственных марксистских группировок. Министр сказал, что Альберт не работал в АНБ. Тот ответил, что некоторое время осуществлял связь между ФБР и АНБ, и поэтому знает, о чем говорит. Министр заметил в облике и поведении Альберта некое несоответствие: к примеру, его акцент совершенно не был похож на акцент американца, говорящего по-испански. По его словам, акцент походил на произношение немца, который выучил сначала английский, а потом и испанский язык. Но тем не менее Альберт очаровал его.

– Все это мне известно, – нетерпеливо говорит Тьюринг.

– Подождите. Подождите немного. Тому, что я скажу дальше, нет неопровержимых доказательств. Существует информация, которую можно прочесть между строк, она подобна легкому шепоту. Но я отвлекаюсь. Тогда, как я говорил, министру в голову пришла одна из тех мыслей, из-за которых он считается самым умным из всех членов Военного совета. Принять предложение Альберта и рационализировать его.

Пауза. Рамирес-Грэм делает глоток кофе.

– Время от времени было необходимо уничтожать оппозиционеров, а некоторые военные с отвращением возражали против этого. Нельзя было ставить под угрозу престиж армии. Эти военные образовали группу "Достоинство". Помимо прочего, они просили объяснять причины так называемого политического уничтожения, то есть ареста кого-либо из оппозиции, высылки из страны и тому подобного. Они возражали против арестов тех, чья вина не была полностью доказана.

Рамирес-Грэм трогает стекло, за которым находится машина "Энигма". Как можно было использовать такие? Как можно было создавать криптографические системы без программного обеспечения?

– Министр посчитал, что лучше переборщить, чем допустить небрежность, какую допустили правительства Чили и Аргентины. Лучше прослыть вероломным тираном, чем оставить в живых потенциального коммунистического лидера. Грязная война не терпит рук в белых перчатках. Военные из группы "Достоинство" посчитали такой аргумент недостаточным. Но они допускали возможность уничтожения людей при условии существования убедительных доказательств их участия в конспиративных действиях. И в этом случае можно было использовать Альберта.

– Использовать?

– Можно было придумывать секретные сообщения и распоряжаться ими по своему усмотрению. Министр попросил Альберта прийти еще раз. Посоветовался с президентом. За неделю был разработан план создания секретной Тайной палаты – организма, подчиняющегося ФБР; Альберт должен был полуофициально заведовать организацией.

– Ложь. Альберта никогда и никто не использовал.

– В первые месяцы 1975 года Альберта использовало правительство Монтенегро. Однако до конца года это держали в тайне. Альберт понял, что его используют; снача ла он ничего не сказал; затем намекнул, что ему известна суть происходящего, но он намерен продолжать свою работу. Возможно, у него не было другого выхода: он слишком много знал и, подав в отставку, подписал бы себе смертный приговор.

Взгляд Тьюринга начинает выражать беспокойство. Рамирес-Грэм замечает обиженное выражение его лица но чувствует, что не должен останавливаться. Он допивает свой кофе.

– Потребовалась некоторая фальсификация; нужно было придумывать якобы перехваченную информацию. Например, в прессе помещались рекламные объявления, содержащие секретные сообщения; затем они будто бы обнаруживались, и в их публикации обвиняли ту или иную группу оппозиционеров. Так погибли члены группы гражданских и военных, подозреваемые в организации плана свержения правительства под названием "Тарапака". У правительства не было неопровержимых доказательств для того, чтобы разделаться с ними. И тогда были придуманы секретные сообщения, подтверждающие их вину, представленные на суд группы "Достоинство".

– А какова моя роль во всем этом?

– Альберт подумал, что об этих вымышленных посланиях должно знать как можно меньшее число криптоаналитиков, и большинство из них занимались анализом настоящих сообщений. А у Альберта имелся любимый криптолог; он и расшифровывал всю вымышленную информацию. Он выбрал его за равнодушие к переменам политического курса, неспособность задумываться о последствиях своей работы или испытывать угрызения с вести. Выбрал человека, живущего так, будто находи вне истории.

Впервые за все время разговора Тьюринг поднимает глаза.

– Я сожалею, сеньор Саэнс. Все сообщения, которые вы расшифровывали, Альберт брал из учебника по истории криптоанализа. Это нетрудно проверить. Раздел первый, код моноалфавитной замены. Раздел второй, код полиалфавитной замены… В действительности ваша работа и работа всей Тайной палаты сводится к одному: сокрытию того, насколько вероломной могла быть диктатура в отношении своих врагов. Инертность помешала вам самому разобраться в этом. Поверьте, сеньор Саэнс, я понимаю, насколько вам тяжело сейчас. Поймите, для меня это тоже нелегко. Вы представляете, как я буду работать здесь, зная обо всем этом?

Глава 4

В свете красных неоновых ламп служащий Золотого Дома, сидящий на рецепции, заходит в Плейграунд со своего компьютера. Его аватар входит в бордель, где встречается с проститутками, смоделированными под самых известных порнозвезд. Он только что договорился с одной из них – женщиной в сапогах до колен, с обнаженной грудью. Она берет аватара за руку и ведет к шелковым занавескам, за которыми виден коридор, по обе стороны которого расположены комнаты за красными дверьми. Ты хочешь завязать со служащим разговор, и это возвращает тебя к повседневности.

– Брайана Бэнкс 23. – Ты впервые слышишь его голос, такой слабый, будто голосовые связки не в состоянии напрячься настолько, чтобы произнести звук нормальной наполненности. – Те, кто зарегистрирован в сети официально, платят за нее большие деньги. Но в Плейграунде есть более семидесяти ее копий.

Он нажимает на клавишу паузы, и изображение на экране застывает. Ты восхищаешься Брайаной: ее ягодицами, обтянутыми серебристыми шортами, длинными ногами, замечательной красоты грудью и тонкой талией – она кажется тебе совершенным цифровым созданием. Должно быть, дизайнер, сотворивший ее, провел не одну ночь листая порнокаталоги, желая переплюнуть всех моделей. Возможность встретить подобных девушек в реальном мире кажется тебе невероятной. А ведь они есть, и их много, говоришь ты себе.

Человек с рецепции дает тебе золотистый ключ от номера. "Снова к Карле, – говорит он с улыбочкой, – самое лучшее для нас – это постоянные клиенты". Ты опускаешь глаза, чувствуя, как кровь приливает к щекам, и ретируешься, нетвердыми шагами направляясь к лифту. Жить нелегко. Всегда было нелегко. И особенно – сейчас.

Один. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Ты внимательно смотришь на белые цифры на черных кнопках. Перед тем как нажать кнопку, ты спрашиваешь себя, не содержится ли здесь некое секретное послание. В этом можно не сомневаться: даже в самых незаметных местах можно найти структуру и смысл. И ты можешь расшифровать практически любую информацию. Даже если бы на ее сокрытие ушла вся сила мира.

Тебе хотелось бы оставаться в этом металлическом склепе с зеркальными дверями. Чтобы этот подъем не прекращался. Ты откроешь дверь и попадешь в такое место, где все будет незнакомым и где не будет старости, которая одолевает тебя сейчас. Потому что сейчас тебя будто засасывает трясина. Руки женщины твоей мечты исчерчены следами уколов. Вся твоя работа оказалась не более чем старым анекдотом для малолеток. Дело всей твоей жизни, твое непрерывное служение нации – прикрытием для преступников. Итак, большая часть твоей жизни – просто ложь.

Ты выходишь из лифта в знакомый коридор. С кем встретишься ты за дверью, к которой направляешься? С девицей из Калифорнии или с настоящей Карлой? И что она подумает, узнав, как глупо завершается твоя жизнь? Или все эти события – часть какого-то загадочного плана, о котором ты можешь лишь догадываться? Есть ли секретный замысел в твоих действиях, или его существование – просто твоя навязчивая идея?