Зашел, а там картина Репина «Приплыли»: Налиэль в «сетях» барахтается, и матерится похлеще, чем мать моя. Трое агентов тайного сыска тоже в «сетях», но не матерятся, пыхтят обиженно. И Шеоннель с шипящей Кошкой на плече в одеяло заворачивается. Судя по помятой физиономии, он уже спал, когда все это произошло.
— Налиэль что-то сделать хотел, я не понял что. Лин, я боюсь, — пожаловался полуэльф.
— Ты только что одного мага и трех бойцов влегкую обезвредил и боишься, — поддел я.
— Я боюсь, что борэль успел на меня наложить что-нибудь наподобие «палача», и я опять пойду убивать.
— Трусливый щенок! — подал голос эльф, который вроде как притих и что-то бормотал, пытаясь избавиться от сетей, — ты у меня пойдешь, я тебя…
Вот тут я и решил на всякий случай Наливая заткнуть, пока он что-нибудь не ляпнул и не включил Шеону нашему какую-нибудь установку на убийство. Признаться честно, я хотел просто челюсти ему парализовать, чтобы рот раскрыть не мог, но вдруг вспомнил, как мама много лет назад словесника Журеса обезвреживала, сменил направление жеста и вот — получилось то, что получилось. У Налиэля не стало рта. Надеюсь, что назад возвращать не придется. Ведь обычно, когда словесник после пыток готов правду открыть, он делает это в письменной форме.
Потом Шеон агентов Каро освободил, и они вприпрыжку кинулись докладывать своему кривоногому начальству о поимке эльфа. Каро появился очень быстро. Вместе с Вальдором. Король окинул Налиэля ехидным взглядом, особенно его порадовало отсутствие рта на эльфийской физиономии.
— Прямо как в старые добрые времена, — с ухмылкой пробормотал Валь, — Шеон, ты как?
— Я… я… пусть меня кто-нибудь из архимагов посмотрит! Уйди, Вальдор, я боюсь!
Вальдор перестал ухмыляться. Да уж. Если мне на перепуганного Шеона грустно смотреть, представляю что Валь чувствует! Кажется, сегодня приснится Налиэлю мандоса трындец большой и страшный.
— Лин, приведи Кардагола или Мерлина… хотя нет, Мерлин, наверное, уже пьян, — король подошел к лежащему на полу эльфу, вежливо ткнул его носком сапога в бок и не менее вежливо сказал, — борэль, я даю Вам шанс избежать пыток. Вы готовы рассказать с какой целью проникли в спальню моего сына, а так же подробности Вашего участия в покушении на мою дочь?
Налиэль бросил на короля злой взгляд и отважно затряс головой — мол, нет, не готов, буду молчать как рыба об лед.
— К Сурику его, — с ласковым оскалом распорядился Вальдор, — я утром зайду взглянуть, как успехи… Лин, ты еще здесь?
Я поспешно телепортировался на этаж фрейлин и, не мудрствуя, заорал:
— Кардагол, выходи!
Ну да, откуда мне знать, у которой из прелестниц сегодня ночует этот универсал озабоченный?
— Кардагол, растудыть тебя в тудыть, покажись!
— В чем дело, зайчик, сцену ревности решил устроить? — раздался позади меня ехидный голос Повелителя времени.
— А то! Еще какую! — прорычал я, одарил зверским взглядом высунувшихся на мои вопли, любопытных фрейлин, схватил этого «котика» за руку и телепортировал к Шеону.
— Вот, проверяй быстрее, тут с ним Наливай колдовать пытался, — объяснил я.
Кстати, в спальне уже никого, кроме Шеоннеля, забившегося в кресло с Кошкой в обнимку, не было.
«Все в порядке с ним, — проурчала Кошка, — я ему говорю, но он не верит!»
— Это ты, Шеон, зря, — упрекнул Кардагол, — надо доверять своему магическому животному. Молодец, Кошка, ты его хорошо защищала. Она ведь мурлыкала, когда здесь Налиэль появился?
— Да, и очень громко, — подтвердил Шеоннель, — а потом я почувствовал, что в спальне кто-то есть.
«Ну да, этот лопоухий дядька стоял тут и что-то бормотал, только мой эльфенок его не услышал потому, что я ему свою песенку петь стала» — гордо поведала Кошка.
Шеоннель удивленно распахнул глаза. Похоже, не ожидал он, что эта маленькая вредина окажется действительно полезным приобретением.
«Что вытаращился? — осведомилась Кошка и сунула морду полуэльфу под ладонь, — погладь меня скорее. А вы, мальчики, брысь отсюда!»
— Да, идите, — поспешно поддержал Кошку Шеоннель, — спасибо вам. У меня теперь все хорошо будет.
— Не хочешь посмотреть, как Сурик работает? — без всякой надежды спросил я.
— Нет! Конечно, нет! — ужаснулся Шеоннель.
— Нашел, что эмпату предложить, — похихикивая, поддел Кардагол, — меня, кстати, можешь не приглашать, мне на пытки неинтересно смотреть. Насмотрелся в свое время. Пошли, что встал?
Он вывел меня из спальни полуэльфа, прикрыв за собой дверь. Я не удержался и поддел:
— Наверно, у тебя, в отличие от твоего сынка, в прошлом классные палачи были, вот и насмотрелся?
— У меня нет. У Совета были. Я, знаешь ли, зайчик, со стороны жертвы с работой палачей знакомился, — объяснил Кардагол и ухмыльнулся, — пойду я. Меня там дама ждет.
— Подожди.
— Что? Ах, да! Ты же обещал мне сцену ревности. Ну, давай, начинай.
— Очень смешно! Я спросить хотел — правда, что с Шеоном все в порядке? Ты можешь гарантировать, что больше на нем нет заклинаний замедленного действия?
Кардагол перестал ухмыляться и серьезно отвечал:
— Таких гарантий я дать не могу. Но я бы не рекомендовал пугать эльфенка правдой. Пусть думает, что все в порядке. Кошка присмотрит за ним и вовремя среагирует на попытку активировать заклинание.
Ну, если он считает, что присутствия магического животного достаточно для того, чтобы Шеоннель не представлял опасность для окружающих, то ладно. Ему виднее.
Кардагол поспешно попрощался и исчез. Интересно, он очень обрадуется, если я сейчас последую за ним и устрою сцену ревности? Репутация моя давно уже в этом плане никуда не годится, особенно в глазах Вальдора, так почему бы не развлечься, и его зазнобу не напугать до обморока? К счастью Кардагола, настроение у меня все ж таки не такое шутливое было, да и посмотреть, что там с Наливаем хотелось больше, чем валять дурака в покоях одной из фрейлин.
Я мог бы и один в пыточную сходить, но подумал, что родителям моим тоже интересно будет. Если не на пытки посмотреть, то хотя бы узнать, что Налиэль пойман. Может быть, это я зря придумал — среди ночи их беспокоить. Но, с другой стороны, если они там ссорятся из-за Ларрена, то мое появление с новостями будет кстати.
К сожалению, я опоздал. Они уже успели поссориться. Я это сразу понял, хоть мать и делала вид, что все в порядке и папе просто случайно приспичило среди ночи сбежать в Эрраде.
И вот теперь, значит, сидим мы с мамой в креслах и готовимся наблюдать за работой Сурика.
Палач всея Зулкибара, наконец, остановил свой выбор на странном приспособлении, которое я поначалу за щетку на палке принял, но только это, конечно же, никакая не щетка была. Когда Сурик ее взял со стола, на котором инструменты лежали, мне видно стало, что на том месте, где у нормальных щеток щетина располагается, на этой штуке поблескивали пять стальных когтей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
