— Этим не отделаешься, Маша. Уговор дороже денег. — И призрак вошел в тело пошатнувшейся сначала, а потом опрокинувшейся на кровать девушки. Причем, перед тем как войти, призрачная девушка резко поменяла форму, прератившись в офицера вермахта.
Какое‑то время Маша лежала, иногда судорожно дергаясь. Потом встала, очень неуверенно подошла к простому зеркалу на стене, единственным достоинством которого были размеры. Маша отражалась почти во весь рост. Девушка быстро сбросила одежду, покрутилась около зеркала, осматривая и ощупывая свое тело.
— Неплохо, совсем неплохо. — Та, кто заняла Машино тело, сжала и приподняла груди. — Отличная фигура у этой унтерменши, жаль только чуть низковата. Но ничего, как говорят русские — дареному коню в зубы не смотрят. Найдет ее папаша вход в этот мир живым — отдам дочку, точнее, то, что от нее останется. Не найдет — его и ее проблемы!
После чего еще пару раз крутнулась перед зеркалом, и принялась одеваться, привередливо перебирая вещи Маши. Одержимая надолго зависла над Машиной косметичкой, пробуя на вкус губную помаду, нюхая духи и пудру, и явно наслаждаясь этим.
— Как долго мне этого не хватало. — Косметичка легла в добротный кожаный портфель Маши, из которого были безжалостно выкинуты учебники и конспекты. Одержимая совершенно не желала продолжать учиться. Впрочем, у нее уже было высшее образование, так что ей это особо и не было нужно. Зато новенький ТТ Алма — Атинского арсенала был внимательнейший образом проверен, и вложен в нагрудную кобуру. И ТТ, и кобуру с плечевыми ремнями Маша купила две недели назад, когда им отменили карантин, и выплатили деньги за самолет. Пистолеты покупали совместно с другими девчонками, по настоятельной рекомендации их кураторши. Причем, к удивлению одержимой, ТТ был под пистолетный патрон вермахта. Не под русский маузер. Но впрочем, сотня запасных патронов в пачках, и три запасных магазина в подсумках на плечевой сбруе девушке очень понравились.
Еще раз одержимая крутнулась перед зеркалом, внимательно оглядев себя. Сейчас на ней был джинсовый брючный костюм, купленный уже здесь, плотные и очень удобные спортивные полуботиночки с интересным названием " кроссовки", синяя же курточка чуть ниже попы из плотного сукна, с плечевыми вставками из мягкой кожи серого цвета.
— Неплохо смотрюсь, можно сказать замечательно выгляжу. Закрутить бы с каким‑либо мужчиной короткий роман, но нет времени. — Одержимая усмехнулась. Поправила ремни кобуры, застегнула курточку, повязала на голову яркий шелковый платок. Шагнув к столу, с большим наслаждением, смакуя каждый глоток, отпила холодной газированной воды из стеклянной бутылки, надела маленький яркий рюкзачек, купленный тут же в магазине и набитый одеждой, взяла портфель, и одним длинным прыжком скакнула из комнаты на улицу, прямиком сквозь распахнутое окно. И длинными, грациозными прыжками побежала к берегу моря.
Навстречу рассвету, прогоняющему полумрак белой ночи яркими лучами восходящего солнца, и заставляющего сверкать озерца и многочисленные ручейки, бегущие к берегу моря.
— Куда торопишься, фройляйн? — Дорогу ей попытался преградить один из тех призраков, которых "заякорил" Ромашкин.
— Подальше от тебя и вообще от вас всех. — Коротким ударом одержимая отправила призрака в полет, здорово удивив его этим фактом. После чего длинным, непостижимо длинным для обычного человека прыжком оказалась на проходящей мимо острова блуждающей льдине, зенесенной ветром из Арктики. И через час вместе с льдиной исчезла за горизонтом, оставив на берегу озадаченных призраков, не смеющих переступить водную преграду.
Вечером, когда Варя наконец‑таки вышла из палаты, и гуляла со мной под ручку в каменном саду института, к нам подошел местный, так сказать штатный, инквизитор.
— Доброго вечера. Если можно так сказать. — Поздоровался он с нами, с усмешкой поглядев на меня. Ну да, гложут меня сомнения. Что каждый мой чих, известный некромантам, становится известен как минимум отцу Сары. Или. Что горадо вероятнее, самой евреечке. Она девица крайне умная, да еще сисадмином числится в конторе, окромя своих прямых менталистских обязанностей.
— Доброго, Евгений. — Ну да, познакомился я с ним. Когда оформлял разрешение на привязку к себе особо мощных неупокоев. С такими делами шутить не стоит, лучше сразу все бумажки оформить, да и проконсультироваться не помешает.
— Здравствуйте. — От чего‑то покраснев, почти прошептала Варя.
— Знаете, пропала Маша Матвеева. В ее палате бардак. Окно открыто. Девушки говорят. Что у нее был разговор с призрачной красноармейкой, в результате которого девушка заключила договор с призраком о помощи. И в оплату согласилась предоставить свое тело. Вы не помните, Варвара, она обговаривала сроки?
— Нет. — Уверенно покачала головой девушка, на пару секунд задумавшись. — Совершенно точно, сроки не обговаривались.
— Какая призрачная красноармейка? — Не понял я. — К вам, точнее, к тебе в комнату заявлялся призрак, и ты об этом промолчала?
— Ну, нас было много, Машка после мне нахамила, так что я постаралась про нее забыть. А что, уточнение срока — это важно?
— Это очень важно. — Хмуро сказал Евгений. А я так же хмуро кивнул, обдумывая новую информацию. Стоп, ночная активность каких‑то призраков! А Евгений тем временем продолжал. — Понимаете, Варвара, люди порой сотрудничают с призраками, позволяя им временно управлять их телами. Порой, став одержимым, людям удается излечиться от серьезнейших заболеваний, вроде рака, например. В уплату за это по договору, предоставляяется возможность призраку поуправлять живым телом, обрести чувства живого человека. На моей памяти самый интересный случай был с уже умирающей от рака молочной железы молодой женщиной. Ее излечил призрак, после чего на четыре месяца женщина оказалась в Иннополисе, ударившись в загул. После этого девушка лечилась от сифилиса и трипера, но остатась жива. Сейчас она мужняя жена, и счастливая мать троих детей.
— Так, погодите. Жень, сейчас я троих своих неупокоев призову, спросим у них. Пошли куда‑нибудь, где народу поменьше. Варь, не забоишься? — Спросил я у явно заинтересовавшийся девушки.
— Не знаю, но мне жутко интересно. — Варвара оперлась на мою руку, и встала со скамьи, на которой мы до этого беседовали. — Где ты будешь призывать призраков?
— У меня в кабинете. — Инквизитор открыл дверь центрального входа, вежливо пропуская меня и Варю. — Блин, за восемь лет службы первый раз такие проблемы.
После рассказа призванных мною ветеранов, в кабинете повисла ощутимо тяжелая тишина, и только Варя с интересом разглядывала слоняющихся по помещению неупокоев. Тем, впрочем, было не до этого, на девушку они не обращали никакого внимания, листая толстенную подшивку прошлогодней "Правды".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
