Читаем без скачивания Поединок невидимок - Сергей Зверев

– Ты следил за мной?

– Курточку и кепочку придется вернуть, я в них на рыбалку хожу. Ты бы еще резиновые бахилы прихватила. А если серьезно, я тебя «веду» от самой «Белорусской обуви». Пригласи на пресс-конференцию, интересно послушать. Только, когда будешь представляться, скажи слушателям, чтобы хорошо запомнили твою фамилию, поскольку больше в телеэфире она не прозвучит.

– Урод! – громко крикнула Тамара: официант повернул голову. – Когда ты исчезнешь из моей жизни? Ну, вызывай свои гэбэшные рожи, пусть везут меня на Лубянку, пусть живьем в бетон зальют, в асфальт закатают. Я молчать не собираюсь... – Белкина выдохлась.

– И что ты хочешь сказать всему миру? Президента убили? Давай, кричи. Чего молчишь? Тогда я вместо тебя крикну, – и Бондарев прокричал с дурацкой ухмылкой: – Президента убили!

Официант неодобрительно покачал головой. За соседним столиком краснолицый любитель послеобеденного спиртного поперхнулся водкой. Его приятель пьяно заулыбался и покрутил пальцем у виска.

– Вот и весь эффект. По моей терминологии, произошел так называемый «взрыв в штольне». Немного дыма, немного вони, а толку никакого, – подвел черту Бондарев. – И тебя ждет подобное.

– Конечно, – съязвила Тамара, – меня сейчас под белы рученьки и в черный воронок. По-другому вы не умеете. А я, между прочим, когда выстрелили, крикнула «человека убили», а не «президента». Почувствуйте разницу.

– Я смотрел ту кассету. Разницу почувствовал. Именно поэтому и нянчусь с тобой.

Официант поставил перед Белкиной румяный, пузырящийся расплавленным сыром хачапури, чашку ароматного кофе и вопросительно взглянул на Бондарева.

– И сто грамм, – заказал Клим.

Белкина истерично хихикнула.

– Довела ты меня, Тома. А теперь погоди есть, а то подавишься, – и Бондарев поманил Белкину пальцем, подался вперед.

Их головы сошлись над источавшим жар хачапури. Телеведущая ощутила, как ее волосы вздрагивают от дыхания Бондарева...

– Так что ж ты раньше молчал, скотина! – выслушав Клима, воскликнула Белкина. – Я же чуть не вляпалась. Чуть карьеру не загубила.

– Я говорил. Ты просто слышать меня не хотела.

– Теперь я вижу, какой ты красивый сильный мужчина.

Пресс-конференцию, посвященную предстоящему судебному разбирательству по делу бывшего главы «Лукоса», подготовили полуподпольно. От имени адвокатской коллегии заказали конференц-зал в гостинице «Золотой Колос». Приглашения развезли накануне и вручили лично каждому приглашенному, при этом намекнув, что ожидается сенсация.

Имя единственного озвученного участника – адвоката Логвинова, последнее время уклоняющегося от публичных высказываний, и многообещающие намеки сработали. К назначенному времени в зале стоял частокол из телевизионных штативов, на столе не осталось свободного места от микрофонов. На стульях в первых рядах расположились сдержанные представители западных дипмиссий, бывшие и действующие депутаты, прогрессивные деятели искусства, за ними вороньем угнездились разношерстные журналисты.

Такую представительную по весу аудиторию могла бы собрать разве что «большая восьмерка» президентов, объявивших, что они хором споют «Вечерний звон».

Несмотря на то, что у пресс-конференции имелась своя охрана, в зале все же оказалось достаточное количество нежелательной для устроителей публики. Ближе к столу у стен расположились субъекты с хмурыми лицами, наверняка не имевшие отношения к СМИ. Но вели они себя смирно, во всяком случае пока.

Адвокат Логвинов распахнул дверь и вышел под яркий свет телевизионных софитов, следом за ним появилась тройка задержавшихся на свободе бывших функционеров «Лукоса». В зале воцарилось молчание, пчелиным роем загудели камеры и диктофоны.

Логвинов представил собравшихся за столом и добавил, что это еще не все участники – появление самого главного впереди. А дальше принялся обличать прокуратуру, налоговые органы за непрофессионализм и подтасовку, за двойные стандарты и ненависть к отечественному бизнесу. С этой темы он быстренько соскользнул к проблеме иностранных инвестиций, которых после расправы над «Лукосом» России не видать как своих ушей...

В зале пошел прохладный шепоток: мол, мы это сто раз слышали, и газеты читаем. Аудитория жаждала конкретных фактов, и как обещали ей устроители, жареных. Дмитрий Логвинов понимающе улыбнулся, тряхнул седой копной волос. Мол, как адвокат, я не могу позволить себе лягнуть власть от души. И тут же передал слово одному их директоров уже несуществующего «Лукоса», а тому терять было нечего. – ...Они думали, что, построив авторитарное государство, где от воли одного человека зависит все, проведут новый силовой передел собственности. Но не подумали, что станет со страной, если с этим человеком что-то случится... Они врут на каждом шагу. Они заврались до последней степени, даже боятся сказать о том, что нашей страной сейчас никто не управляет. У них даже на это не хватает смелости...

Вскоре зал уже стал понимать, куда клонит оратор, все ждали, когда же и кем будет произнесено решающее слово. – ...К счастью, не все журналисты покорились, не все продались. Тамара Белкина – одна из них. Многие из вас видели так называемый фильм «Один день с президентом», принудительно показанный на всех центральных каналах. Тамара Белкина сейчас расскажет вам, какие силы стоят за ним. Вы узнаете, что скрывают безответственные временщики от власти.

Белкина вошла легкой походкой, чуть заметно кивнула загудевшему залу. Угрюмые типы, подпиравшие до этого стены, мгновенно пришли в движение. Логвинов вскинул руку, указывая на душителей правды. А те то ли сообразили, что их рук не хватит закрыть все объективы, то ли по какой другой причине, но вмешиваться не стали. Все телекамеры дружно «наехали» на Белкину, взяв ее крупным планом.

– Я пришла сюда по одной-единственной причине – донести до вас правду, – телеведущая сделала паузу. – В последнее время упорно циркулируют слухи, будто с президентом что-то произошло, и он не может управлять государством. А наш фильм – это подделка, состряпанная из съемок прежних лет. Мол, ни один чиновник не видел президента после его ухода в отпуск и не может связаться с главой государства даже по телефону. Я несколько дней тому назад вернулась из Бочкарева Потока и могу вас заверить, что президент жив, бодр и работоспособен. В чем вы и убедитесь через пару дней, когда в летней резиденции пройдет саммит глав СНГ «без галстуков». Освещать его будет и наша программа «Резонанс». А теперь прошу задавать вопросы.

Побледневший Логвинов широко открытыми глазами смотрел на Белкину: перед началом пресс-конференции они договаривались совсем о другом выступлении. Журналисты вяло интересовались подробностями быта президента на отдыхе, Белкина отвечала.

Основная масса акул пера и мастеров экрана потянулась к выходу, негромко ругаясь на ходу. Их начальство ожидало сенсационных материалов. Эфирное время на освещение пресс-конференции уже было запланировано в прайм-тайм, зарезервированы площади на первых страницах газет. А теперь предстояло высасывать новости из пальца.

Адвокат, стараясь выглядеть естественно, тихо прошмыгнул к выходу. Но за дверью его уже поджидал неулыбчивый мужчина в строгом костюме. Жестко наэлектризованный ежик седых волос показался Логвинову отдаленно знакомым – где-то он его уже видел.

– Дмитрий Антонович, – проговорил неулыбчивый, – если вы не хотите, чтобы мы вам предъявили официальное обвинение, придется сотрудничать. Неофициально, конечно.

Секунд десять мужчины смотрели друг другу в глаза, словно мерялись силами.

– В чем будет заключаться сотрудничество? – поинтересовался Логвинов.

– Для начала – до полуночи вы не покинете это здание. Никому не станете звонить. А чтобы не было соблазна – мои люди посидят с вами в одном из номеров гостиницы.

– Я и так никуда не спешил, – пожал плечами адвокат.

– Тогда следуйте за мной.

Телевизор в Бутырской VIP-камере «страховой медицины» барахлил с самого утра. Арестанты: фальшивомонетчик, казнокрады, взяточник и олигарх следили за тем, как колдует над телеприемником хакер. Надежда оставалась только на него, с воли уже привезли новый аппарат, но он проходил проверку и мог появиться не раньше завтрашнего утра.

Молодой хакер с удовольствием растерзал электронное устройство, потом собрал его с ловкостью солдата второго года службы, возвращающего к жизни АКМ, и поставил диагноз:

– Телевизор ни при чем. Дело в антенном кабеле – сигнал хромает.

Аркадий Холезин морщился, глядя на экран. Вместо привычной чистой картинки евроновостей появлялись то разноцветные квадратики, то замершие кадры, звук вырывался из динамиков и внезапно смолкал. Та же картина была и на большинстве каналов. Лишь только основные российские шли достаточно четко, хотя и слегка «снежили». По одному из них между зелеными рекламными шариками как раз и промелькнул анонс предстоящей пресс-конференции в «Золотом Колосе».