Мао в этот момент предпочитал отсиживаться и не предпринимать ничего, чем помогал и Чан Кайши уклоняться от активных военных действий. Один хотел перехитрить другого, в равной степени пренебрегая национальными интересами страны.
Из-за пассивности командования и политических разногласий между КПК и гоминьданом китайские вооруженные силы серьезной опасности для Японии не представляли. Как показали дальнейшие события, все попытки гоминьдановских войск и КПК в 1942–1945 гг. отвоевать что-либо из захваченных японцами районов терпели крах. Китайские войска не имели успеха до тех пор, пока в августе 1945 г. союзники по антигитлеровской коалиции, особенно советские вооруженные силы, не нанесли сокрушительного поражения японским захватчикам. Не произойди это, трудно сказать, сколько лет длился бы второй этап войны по «теории» Мао Цзэдуна.
Японское командование, готовясь к дальнейшей агрессии, стремилось экономически, политически и в военном отношении закрепить за собой захваченные районы Китая. В начале июля 1941 г. японское правительство добилось дипломатического признания правительства Ван Цзинвэя Германией и Италией. Японцы оснащали войска Ван Цзинвэя своим оружием и под руководством своих генералов привлекали их к операциям против партизанских районов, которые существовали у них в тылу. Карательные операции японских войск совместно с войсками Ван Цзинвэя в Шаньдуне, Аньхое и Шаньси — Хэбэе нанесли чувствительные потери силам КПК. В результате некоторые партизанские районы были ликвидированы или сокращены.
Таким образом, установки Чан Кайши и Мао Цзэдуна на пассивное ведение войны против японских захватчиков, а также военный конфликт между гоминьданом и КПК дали Японии передышку для подготовки к дальнейшей агрессии.
Чан Кайши по-прежнему выжидает
Весной 1941 г. мало кто сомневался, что Советский Союз будет вынужден сражаться на два фронта: на западе — против фашистской Германии и ее сателлитов и на востоке — против Японии. Однако 13 апреля 1941 г. Япония неожиданно подписала с Советским Союзом пакт о нейтралитете сроком на пять лет. Этот договор свидетельствовал о том, что Япония, хотя и заключила «тройственный пакт» с Германией и Италией, собиралась проводить собственную политику на Дальнем Востоке.
Реакция правительственных кругов Чунцина на советско-японский договор о нейтралитете первоначально была чрезвычайно нервозной. В первые дни после получения сообщения о подписании договора среди правительственных и гоминьдановских деятелей царили растерянность и даже паника. Об этом, в частности, свидетельствовали бесконечные совещания, которые проводил Чан Кайши. Например, 14 апреля состоялось заседание президиума ЦИК гоминьдана, затем заседание постоянного комитета НПС, 24 апреля — специальное совещание у Чан Кайши и т. д. Сам Чан Кайши производил впечатление растерявшегося человека.
Однако постепенно первоначальная растерянность стала проходить. Большое значение имели беседы В. М. Молотова с китайским послом в Москве Шао Лицзы и встреча с Чан Кайши А. С. Панюшкина, разъяснившего позицию Советского правительства.
Официальное отношение китайского правительства к советско-японскому договору было изложено в заявлении МИД Китая. Наиболее существенным пунктом в этом заявлении являлось отрицание за какой-либо страной, помимо Китая, права решать вопросы, связанные с Маньчжурией и Внешней Монголией. Внутри правительства и руководящей верхушки гоминьдана в период обсуждения советско-японского договора выявилась группа, настроенная резко антисоветски. Во главе этой группы стоял реакционный теоретик гоминьдана Дай Цзитао, к ее числу принадлежали также член президиума ЦИК гоминьдана Цзоу Лу, министр пропаганды Ван Шицзе и др. Ей противостояла другая группа, стоявшая на позициях сохранения и укрепления дружественных отношений с СССР. В эту группу помимо лиц, которые давно рекламировали себя в качестве «друзей СССР» (Сунь Фо, Юй Южэнь, Фэн Юйсян), входили командующий 6-м военным районом Чэнь Чэн, начальник бюро международной разведки Ван Пинсян и др. Во время споров в правительственных кругах Чунцина по поводу советско-японских отношений эта группа выступила против Дай Цзитао и его сторонников. Сам Чан Кайши в это время колебался. В одной из своих речей (перед слушателями центральной политической школы) он позволил себе даже заявить, что те лица, которые толкали его на дружбу с СССР, якобы не понимали истинной политики последнего. Однако личное восприятие Чан Кайши советско-японского договора не нашло официального отражения.
Правительство Чан Кайши решило не обострять отношений с СССР, сохраняя их на достигнутом уровне и добиваясь продолжения нашей материальной помощи Китаю. Всем газетам и журналам было дано указание не выступать с нападками на Советский Союз и не касаться моментов, побудивших нас заключить договор с Японией. К этому времени Чан Кайши стал настойчиво проводить в своих выступлениях идею оборонительного союза Америки и Китая и резко обрывал тех лиц из своего окружения, которые допускали возможность компромисса США с Японией. В одной из своих речей Чан Кайши даже сравнивал важнейшие принципы, положенные в основу государственного устройства Соединенных Штатов Америки, с «тремя принципами» Сунь Ятсена[47].
Кроме высказываний Чан Кайши имелся целый ряд других признаков, свидетельствовавших о более тесном, чем это было раньше, сближении этих двух стран. Например, министр иностранных дел Китая Го Тайци направился в США, где предполагал встретиться с президентом Ф. Рузвельтом и государственным секретарем К. Хэллом.
Представители американской администрации, которые в те дни появлялись в Чунцине, продолжали изучать обстановку. Их, в частности, интересовали возможности увеличения пропускной способности магистрали, связывающей Китай с Бирмой. В качестве практического мероприятия американцы предложили организовать переброску грузов из Бирмы в Юньнань на транспортных самолетах, причем сами самолеты в количестве 50 — 100 шт. они согласились предоставить Китаю.
Материальная помощь Китаю со стороны США к тому времени также несколько усилилась. От Сун Цзывэня[48] я узнал, что правительство США разрешило вывезти в Китай партию груза стоимостью 25 млн. долл. (туда входили материалы для железнодорожного строительства, 4000 автомашин, текстильные изделия для нужд армии). Предполагался приезд в Китай американской военной миссии.
Огромное значение для Китая бирманской дороги заставляло китайцев идти на ряд совместных с англичанами военных мероприятий по ее обороне. В частности, существовал проект переброски китайской 5-й армии в Бирму в случае наступления японцев.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
