доме?
– Лиза, нет. Мы выясним все другими способами.
– Арсений, – и строго на него посмотрела, – мне надоело бродить как слепой котенок, когда каждый норовит подставить подножку.
– Очень милый слепой котенок, – кивнул он, – а знаешь, что мне нравится больше всего? Живой. Мертвые котята совершенно не в моем вкусе.
– Я все решила.
– Нет. Командую я.
– Сенечка, – начала плаксиво, тут же сменив тактику и забралась на него, заглядывая в глаза, – ты же будешь рядом, значит, я в совершенной безопасности.
– Вот понимаю ведь, что ты нагло мной манипулируешь сейчас, – сказал досадливо, а руки сами собой оказались на моих бедрах, – но совершенно ничего не могу сделать.
– Я знаю, любимый, – и надула губы, – и обещаю делать так в исключительных случаях.
– Ни секунды в это не верю, – пробормотал он, все крепче сжимая руки, а я нежно поцеловала его, поставив заключительную точку в споре.
– Лиза, – строго начала мама, когда мы наконец-то спустились вниз, застав их со Степаном играющими в карты, – я надеюсь, я выслушивала все это ради внуков.
– Вот еще, – фыркнула я, ничуть не смутившись: с мамой я могла обсуждать любые темы. – Он мне еще даже предложение не сделал, выставив идиоткой перед своей семьей.
– Сеня, ты познакомил Лизу с мамой? – слегка напряглась она. – Не рановато ли?
– Так вы знакомы, – радостно осклабился Сеня.
– Встречались пару раз, когда провожали своих, – кивнула мама и спросила осторожно: – И как все прошло?
Сеня расплылся в довольной улыбке и принялся рассказывать: на счет хвастаться он явно не шутил. Стеша давился смехом, мама победно ухмылялась, а я терпеливо ждала, когда им надоест.
– Мама, а кто этот мужик? – спросила, когда они наконец-то закончили меня обсуждать, показав фото с Замариным.
– А, это Лев Замарин, – Стеша бросил быстрый взгляд на Арсения, а тот едва заметно кивнул, стоя за маминой спиной, – мы раньше дружили семьями. Ты то и дело лезла к нему на колени, чтобы подергать за усы, ужасно забавно, – и глупо хихикнула.
– А что случилось?
– Да как-то время развело, наверное, – пожала плечами в задумчивости, – не помню даже, чтобы ругались когда-то. Сначала перестали вместе выезжать на природу, хотя раньше часто бывали у них на даче в Старцево, вместе с Быстровыми, потом все реже созванивались, пока общение окончательно не сошло на нет.
– Странно как-то, – пробормотала, приглядываясь, но не увидела ни тени беспокойства.
– Это жизнь, милая. Так бывает и довольно часто, – я кивнула и окончательно уверилась в своем решении, а мама поднялась. – Займусь ужином, – и добавила серьезно: – Не вздумайте путаться у меня под ногами, – она это страшно не любила.
– Мне надо отъехать, – заявил Сеня, – глаз с нее не спускай, – Степан серьезно кивнул, а я открыла рот. – У меня тоже есть обязательства перед семейным делом, – пожал он плечами, поцеловал меня в макушку и быстро вышел, пока я не успела опомниться.
– Черт, рядом с вами я чувствую себя голодранцем, – скривился Стеша.
– Открой свое дело.
– На какие шиши? – загрустил он. – Ты думаешь, я просто так в это дерьмо полез с заказами от связного? Да и, если по-честному, мозгов у меня для этого маловато.
– А что ты умеешь, кроме того, что делаешь сейчас? Ну или любишь.
– Люблю я пожрать и потрахаться, Лиз, как и любой другой мужик. И отменно делаю и то и другое, – я закатила глаза, а он нахально улыбнулся. – А вообще, я крутой плотник.
– Серьезно?
– Чего вылупилась? – надулся Стеша. – У меня и дед, и отец все жизнь этим на хлеб зарабатывали. В деревне особенно выбирать не приходится, кем быть.
– То есть ты в этом разбираешься, но сам заниматься не хочешь?
– Ты представляешь, на сколько это унылое занятие? У меня хоть и одна нога, но без движухи не могу.
– Ну, допустим, полторы, – заметила невзначай, а Стеша фыркнул, – а у нас тут мебельная фабрика закрылась полтора года назад. Я присматривалась к помещению, но слишком близко к городу, оружейникам нельзя. Такое дерьмо выпускали, если честно. Как только не стыдно было.
– И чего? – насторожился Степан и весь обратился в слух, а я удовлетворительно хмыкнула: хватка у парня та еще. И тут же вывалила план. – То есть, номинально владелец ты, но все на мне, а если получится раскрутиться, то выкуплю?
– Ну да.
– А если прогорю?
– Да и хрен с ней, – безразлично пожала плечами.
– Так не пойдет, – нахмурился он, – спасибо, конечно, но я, пожалуй, пасс.
– Предложение бессрочно, – и тут же сменила тему, чтобы ему не было неловко: – Пошли в мою комнату, покажу, что накопал Князев.
Стеша нахально развалился на моей кровати, тут же почувствовав себя в своей стихии, и похлопал рядом с собой, приглашая присоединиться. Что я и сделала, поставив на него ноутбук, как на подставку, попутно поясняя, что удалось выяснить.
– То есть ты просто хочешь завалиться к Замарину и задать ему вопросы?
– Примерно так.
– Например, какие? А не Вы ли, батенька, отца моего сгубили? – съехидничал он. – Я, конечно, понимаю, Арсений от твоих прелестей окончательно спятил и пойдет на все, но ты сама-то голову включать не пробовала? – я поморщилась, но задумалась.
– Спрошу, почему именно его отряд пошел на выручку, а не тот, что был ближе.
– Так еще куда ни шло. Ответ, я полагаю, не слишком важен?
– Само собой. Первой реакции будет достаточно.
– Поедем все вместе. Я с улицы присмотрю, Арсений в доме. И надень платьице.
– Понравилось, да? – хмыкнула, пихая его в бок.
– Скажем так, завелся не только Смолин, – ухмыльнулся в ответ, но тут же посерьезнел и уставился в ноутбук.
– Я смотрю, вы не скучаете, – рыкнул Сеня поблизости, а я лениво обернулась, догадавшись по Степану о его приближении:
– Мы прорабатываем план на завтра. Думаю, договариваться о встрече будет неразумно, поставим на эффект неожиданности, – Сеня сжал кулаки, а я поинтересовалась изумленно: – И кому
