— Хорошо. Тогда ищем остатки скелета.
После тщательного осмотра места им удалось найти несколько мелких костей и осколков более крупных, говорящих в пользу Вольного. Тем не менее эта находка рождала больше вопросов, чем ответов. Куда делся ветхий скелет? Его не разломали падальщики — такие следы они бы не пропустили. Кто-то забрал его. Но для чего? И самое главное — кто?
— Бибитаг, теперь ты не в книжку смотришь, а следишь за тем, чтобы вокруг нас никого не было. Возможно, выйдя с территории саламандр мы зашли на территорию кого-то другого.
Настрой отряда сильно изменился после сделанного открытия. Вернувшись на тракт, строй менять не стали. Теперь каждый держал оружие в руках, готовый в любой момент вступить в схватку.
Вокруг Бибитага кружились несколько рун. Исследователь, ранее то и дело оповещающий отряд о наиболее интересных и примечательных историях из истории гномов, изображенных на колоннах тракта, сейчас сосредоточенно молчал. В сравнении с остальными гномами он был на порядок слабее, тем не менее он здесь был самым опытным исследователем, не единожды спускавшимся под землю в руины гномьих поселений в одиночку. Они отнюдь не так пусты, как может показаться, но Бибитаг всегда умудрялся выбираться живым. А все потому, что несмотря на скромную силу, он обладал множеством других навыков, необходимых для выживания и в первую очередь — способностью отслеживать появление кого-то опасного в определенном радиусе. С таким гномом в отряде можно не бояться засады или внезапного нападения. «Если умрем — то точно узнаем об этом заранее». Примерно так описал навыки гнома-исследователя Воморах.
Вскоре отряд прошел и то место, где Вольный и Мрачный Клинок попали на тракт. Через полчаса пути на дороге все чаще стали встречаться обломки, отвалившиеся от колонн и потолка. Затем показалась и первая полностью обрушившаяся опора, которую пришлось обходить. После было множество таких, достаточно много, чтобы Женя стал с опаской поглядывать на потолок. Впрочем, то, чего он так боялся уже случилось ранее.
Отряд уперся в огромный завал. Потолок тракта обрушился. Мрачный Клинок поднял свой фонарь повыше, надеясь увидеть вершину преграды. Каменные глыбы и крошка шли до самого потолка.
— Бибитаг, — позвал исследователя бывший легионер.
— Сейчас попробую. Следите за трактом, пока я осматриваю завал, поддерживать обнаруживающие руны не смогу.
Бролог быстро жестами указал каждому его позицию, после чего занял собственную, в самом центре дороги. Между ним и колоннами остановились бессмертные, а Кроран и Воморах контролировали пешеходные дорожки у стен тракта.
Осмотр, как и думал Тарас, не был просто визуальным исследованием. Бибитаг залез примерно на половину высоты преграды и положил руки на камни. На поверхности ближайших зажглись руны и, подозревал Тарас, куда больше их появилось внутри самого завала.
Гипотетически возможного нападения не произошло. Бибитаг спокойно слез обратно на дорогу и отряхнул руки.
— Плохой обвал, Бролог, — высказал результаты гном.
— Совсем не пройти?
— Может и пройдем, но наверху слишком много подвижного камня. Нас засыпать может прямо в проходе или потом, когда надо будет возвращаться. Я бы не рискнул прорываться, по крайне мере, пока не поищем обходной путь.
Троица гномов переглянулась. Не трудно было угадать их мысли. Раз даже Бибитаг не торопиться туда соваться, то и нам не стоит.
— Ладно. Тогда отдохнем здесь немного. Доставай свои книжки, Бибитаг, посмотрим, что рядом есть.
Первым делом Кроран в сопровождении стекольщика сходил назад, оставил предупредительные руны. Когда они вернулись, Кроран уже начал кипятить воду в котелке на специальной плитке с руной жара. Вокруг их стоянки Бибитаг также начертил несколько рун, что должны были скрыть их запахи и голоса.
Когда с минимальной подготовкой места для отдыха было закончено, а Бролог закинул все необходимое в котелок, отряд сгрудился вокруг Бибитага, который куском угля начертил на полу длинную линию, обозначающую тракт. Вскоре там появились первые ответвления с какими-то пометками на языке гномов. Кроран перевел их для бессмертных. По сути, это были предположения исследователя о назначении тейгов в которые велели ответвления.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вариантов было множество. Когда численность гнома достигла своего пика, количество потребляемых ими материалов было колоссальным. Даже самые крупные рудные месторождения истощались в считанные десятилетия, поэтому гномы стали разрабатывать и маленькие и не самые чистые месторождения. Ну а во время строительства тракта таких нашлось немало. Любой клан, семья или гильдия могли купить права на их разработку. Ну а когда таких месторождений появлялось много в одном месте, становилось выгодно поставить рядом и мастерские, куда поставляли добытые с месторождений металлы, где гномы-ремесленники делали из них всё, что только можно представить. Довольно часто можно было найти на таких вот трактах загородные резиденции крупных кланов и родов. Таким образом, они не только могли продемонстрировать своё богатсво, но и иметь место для проведения скрытных сделок. Это стало особенно модно в конце золотой эпохи гномов, когда их империя уже начала разваливаться. Ну а чтобы вся секретность не разрушалась одним наблюдателем, поставленным на тракте, такую резиденцию можно было соединить тоннелем с соседней мастерской или месторождением, через который перемещался товар или гости, желающие сделать свой визит анонимным. Конечно, месторождения тоже часто пересекались между собой.
На что-то из этого и рассчитывал опытный исследователь. Именно поэтому заметки были с двух сторон от точки, обозначающей провал. На указателях был обозначен лишь клан, владеющий тейгом, никакой информации о его назначении. Все заметки Бибитага были основаны на тех крупицах информации, которые он сумел собрать из древних документов о Карак-Удане или на основе информации о семьях, что были родом оттуда, чьи ветви или родственники перекочевали в другие города. В общем-то, вероятность ошибки была крайне велика, но это по-прежнему лучше, чем действовать совсем вслепую.
— Ставлю на литейщиков, — высказался Воморах и сразу же объяснил свою позицию, — жадные ублюдки точно подрабатывали транзитом.
Тарас осмотрел импровизированную схему. Ответвление, о котором говорил стекольщик было четвертым от них и предпоследним из обозначенных Бибитагом. Расстояние до ближайшего пункта с противоположной стороны было очень уж велико. Хотя кто знает, для народа, что построил такие дороги под землей, это не такая уж невыполнимая задача.
— Проверим твою личную неприязнь позже, — Бролог, стоял рядом, сняв шлем и почесывая бороду, — начнем с шахт. Спрятать тоннель проще в забоях, чем в мастерской литейщиков. Потом проверим ферму и уж потом литейщиков. Если ничего не найдем — тогда подумаем куда дальше.
Когда с планом определились, отряд сел отдыхать и наедаться. Отдых прошёл спокойно — ни одна из оставленных Крораном рун не сработала. Ели без спешки, но и задерживаться не стали. Окончив трапезу, Бролог дал пять минут на отдых, после чего отряд снова выдвинулся в путь. Начинали со второго по дальности ответвления в которым предположительно находилась старая шахта.
Проход оказался коротким — не более сотни метров с массивными воротами в конце. Открыть проход, отодвинув одну створку из-за проржавевших петель гномы смогли только общими усилиями, да и так, дальше пришлось протискиваться.
Внутри оказался небольшой шахтёрский поселок. Тарас сразу приметил крупные постройки конусовидной формы, с прогнившими мехами внизу — печи для плавки металла. С другой стороны улицы располагались длинные одноэтажные бараки, более приглядные на вид дома управляющих и двухэтажное здание для административных нужд.
— Проверим посёлок или сразу к шахтам? — спросил Кроран.
— Проверим, — быстро ответил Бролог, — Я, Бибитаг и Мрачный Клинок проверим бараки, остальные — на вас оставшаяся часть зданий и печи.
