Читаем без скачивания Как музыка стала свободной - Стивен Уитт

Он выпустил «10 000 Bars», «Da Drought», «The Prefix», «The Suffix», «Blow...» — десятки «андеграундных» треков, за которые Уэйн не получал ни копейки и на которых никак не смог бы заработать, поскольку использовал фрагменты песен без очистки прав, то есть без разрешения, а за это его засудили бы.

В конце 2005 года Уэйн скооперировался с DJ Drama, продюсером без контракта из Атланты, чтобы сделать очередной микстейп под названием «Dedication». DJ Drama уже засветился: он сделал несколько микстейпов для начинающих перспективных рэперов из Атланты, Т. I. и Young Jeezy. Выложенный в интернет в декабре, «Dedication» (исключительно в формате mp3) совершенно неожиданным образом раскрутил карьеры обоих артистов. Популярным релиз стал не благодаря радио, а благодаря блогосфере, в которой хип-хоп-знатоки оценили, насколько классным Уэйн вдруг стал. Об этом «новом» Лил Уэйне принялась писать вся пресса, начиная с задающих моду, вроде Pitchfork и Vice.

Пять месяцев спустя, Лил Уэйн вновь объединил усилия с DJ Drama для «Dedication-2». Этот микстейп оказался умным, забавным, оскорбительным, странным, сумасшедшим — таким, что просто завораживал. Сэмплы туда настрогали отовсюду — Outkast, Бигги, Нэнси Синатра, не заплатив никому ни цента. Pitchfork, Rolling Stone и даже The New Yorker назвали этот микстейп одним из лучших релизов 2006 года — похвальные отзывы таких уважаемых изданий для Уэйна были немыслимы ещё два или три года назад. Сливая свою собственную музыку, Уэйн перезапустил свою карьеру. Пока Джей Зи с Эминемом ныли по поводу «сливалыциков», Уэйн воспользовался их же методом. Он успешнее, чем любой другой артист до него, обернул «хайп» в интернете в свою пользу. Его хвастливое самоопределение «лучший рэпер из живущих» начали принимать всерьёз.

Но mp3-революция ещё не завершилась: в 2005 году актуальная модель айпода стоила $300 и считалась некой роскошью. Юные поклонники Уэйна не всегда себе могли такое позволить. Они всё ещё жили в эпохе «компактов», поэтому Drama сам «нарезал» CD и продавал их оптом через офисы в Атланте. Диски эти попали в местные музыкальные магазины, владельцы которых отчитывались о продажах через SoundScan, причём эти данные публиковал Billboard. Микстейпы Уэйна стали попадать в хит-парады даже несмотря на то, что в них использовались неочищенные сэмплы и что вообще-то это были не альбомы в строгом смысле слова.

Возрождение лейбла Cash Money разозлило руководство Universal. Права на дистрибуцию продукции лейбла ещё в 2004 году отдали фирме Motown, и им Моррис поставил управлять Сильвию Рон. Моррис нанял Сильвию Рон ещё давно, когда сам работал на Time Warner. На Elektra, подлейбле Warner, она преуспела, особенно в работе с фан-базами групп вроде Metallica и Phish. Она прекрасно всё делала, и Моррис её обожал. Но на Motown она явно не поняла, чем занимается Уэйн. «Эти микстейпы нас, как лейбл, очень беспокоили, — скажет она позже в интервью журналу Rolling Stone. — Это противоречит тому, чего мы ждём от наших артистов». Эта цитата и десятки других подобных, показывают общее непонимание руководителей в музыкальной индустрии. И это вылилось в совершенно глупое событие год спустя, когда местные власти в сотрудничестве с Брэдом Баклсом в RIAA арестовали диджея Drama по подозрению в пиратстве. Они ворвались в студию диджея в Атланте и конфисковали тысячи его «нарезанных» CD с микстейпами. На этих CD стояла наклейка «Исключительно для рекламных целей», но на самом деле они продавались за наличные. А поскольку эти микстейпы содержали неочищенные сэмплы, то в глазах правосудия это всё выглядело как заговор.

Офицеры на месте сообщили диджею, что он арестован по обвинению в участии в преступной группировке. Этот ошибочный инцидент очень показателен. Drama перезапустил карьеру рэпера, который теперь у Universal был новой звездой и самым популярным рэпером, a RIAA организовала налёт на его студию. Некоторое время недоразумение сохранялось, но, в конце концов, Drama так и не получил формальных обвинений ни в каком преступлении.

На федеральном уровне спецагенту Питеру Вю тоже пришлось непросто. «Операция: фастлинк» и дело RNS за три года продвинулись незначительно. Может быть, он вообще уже потерял главную нить. В 2005 году после встречи с RIAA один сотрудник ФБР разослал внутренний меморандум, в котором указывал в качестве потенциального источника утечек завод в Кингс-Маунтин. Но, поскольку производство CD уже формально не относится к Universal, агенты по этому следу не пошли.

Вместо этого они решили применить довольно необычный способ. Лидер RNS, известный Питеру Вю только под ником Kali, общался, по-видимому, только с теми членами «Сцены», которые были инсайдерами и давно организовывали утечки. Так вот, что, если ФБР сам заработает такую репутацию? То есть начнёт— в сотрудничестве с рекорд-индустрией — сам сливать альбомы?[106] Если Лил Уэйн может так делать, то почему федералам нельзя? Это такая же тактика работы агентов под прикрытием, в прошлом использованная для выявления наркогруппировок и мафии. С идеей ничего не вышло — рекорд-бизнес дал понять, что ни при каких обстоятельствах он не позволит ФБР сливать какой-либо альбом до релиза.

Оставалась только одна зацепка: пираты АРС. Снова Прабху и Вю допрашивали тех, кто в 2004 году признавался виновными в заговоре. Они трясли дерево АРС какое-то время, и, наконец, в начале 2006 года кто-то там все-таки сломался. Звали его Джонатан Рейес, житель техасского городка Колледж-Стейшен, в сети известный как JDawg. Рейес установил контакт с членом Rabid Neurosis и подумал, что через общий FTP-сервер он сможет добыть IP-адрес подозреваемого. ФБР пошло по этому пути, и в конце 2006 года Вю, наконец-то, сообщил руководству хорошую новость: он перехватил интернет-соединение одного из членов RNS.

ГЛАВА 16

Oink разрастался стремительно. К началу 2006 года сайт насчитывал уже 100 тысяч пользователей и примерно миллион альбомов, то есть в четыре раза больше чем iTunes Store. Юзеры ежедневно загружали по 1 500 торрентов. Каждый альбом — в нескольких форматах. Вскоре Oink стал обладать полной, содержащей всю информацию, дискографией любого музыканта, кого ни назови. Если вам нужен самый неизвестный альбом любого забытого артиста пятого эшелона — вы найдёте его на Oink, причём во всех изданиях и переизданиях, включая промо-копии, семидюймовые сдвоенные-синглы и бонус-треки из японских изданий, о которых вы даже никогда не слышали.

К примеру, был такой Ник Дрейк. Он умер в 26 лет от передозировки лекарствами. При жизни (он умер в 1974 году, — прим. пер.) его песни почти не пользовались успехом. Так, последний альбом, «Pink Moon» (вышел в 1972 году, — прим. пер.), был продан тиражом всего в 5 000 экземпляров. Но его репутация крепла на протяжении 25 лет. Он стал «музыкантом для музыкантов», то есть его обожали знатоки и ценители, но почти не знала обычная публика. Но в 1999 году заглавным треком альбома «Pink Moon» озвучили рекламный ролик Volkswagen Cabrio, в котором молодые модники мчатся на машине в ночь под песню хронически депрессивного Дрейка, посвященную бессмысленности жизни. В финале — общий план: небо с логотипом Volkswagen вместо луны.

Фирме Volkswagen эта рекламная кампания ничего не дала: Cabrio в США пользовался таким слабым спросом, что через три года модель вообще перестали продавать. А вот на каталог Ника Дрейка она оказала колоссальный эффект: получилось, что на самом деле рекламщики продвинули на рынок не автомобиль, а музыку. За пару месяцев после выхода ролика в эфир было продано больше экземпляров альбома «Pink Moon» чем за предыдущую четверть века.[107]

А поскольку альбомы Ника Дрейка выпускал британский лейбл Island, то на тот момент весь бэк-каталог артиста принадлежал монстру под названием Universal Music Group. Тамошнее руководство быстро сообразило, что из такого подарка судьбы нужно извлекать выгоду.

И всё это можно изучить на Oink, где представлена просто-таки музейная экспозиция всего важного наследия Дрейка, из которой видно, как зарабатывали на его растущей посмертной популярности. Ни с чем не сравнимый архив этого сайта, к примеру, содержит «Pink Moon» «рипованный» аж с восьми разных релизов. С крайне редкого и ценного винилового первопресса 1972 года лейбла Island Records. Бокс-сет 1986 года от Hannibal Records. Издание 1990 года, Island, на компакт-диске. Переиздание 1992 года на компакт-диске от Hannibal Records. Очередное переиздание Island на компакт-диске, 2000-й год, уже после ролика Cabrio. Того же 2000-го года пере-пере-переиздание «Simply Vinyl» на 180-граммовом аудиофильском виниле. Рема-стированный CD 2003 года от Island Records. Наконец, винил 2007 года от Universal Music Japanese. Каждое из переизданий переведено во все форматы: FLAC, ААС, mp3. То есть одного этого альбома в архиве — более тридцати вариантов.[108] iTunes ничего подобного предложить не мог. Сетевой архив Oink размером и разнообразием превосходил всех, а способ распространения делал его совершенно неубиваемым. Но чем круче он рос, тем сложнее становилось его поддерживать. Алан Эллис теперь всё своё время тратил на сайт, из-за чего стал плохо учиться и вынужденно остался на «второй год». К лету 2006 года Oink набирал по 10 000 просмотров в день, а счета за хостинг выросли до нескольких тысяч долларов в месяц. Несколько раз Эллис на главной странице объявлял сбор средств, и сообщество откликалось более чем активно. В течение года армия Эллиса пожертвовала в общей сложности более 200 000 фунтов, то есть почти полмиллиона долларов. Люди любили Oink, и даже готовы были платить за него.