Читаем без скачивания Как музыка стала свободной - Стивен Уитт

Эллиса вся эта слава пугала. Oink стал слишком гигантским, и до таких размеров разросся он чересчур быстро. Юзеров слишком много, нового материала слишком мало. Самая частая жалоба новых приглашённых — «тут всё уже есть». Чтобы иметь право на свою долю скачиваний, лучшим способом представлялось каким-то образом проникнуть в цепь поставок рекорд-индустрии. Так на Oink стал появляться «утёкший» материал, подчас за недели до официального релиза. Его иногда сливал сам Гловер, иногда юзеры Oink, которые хотели скачивать бесплатно и много, за что сами должны были выкладывать в требуемой пропорции. В этом деле Oink начал обгонять даже RNS.

Эллис не входил в «Сцену» и не хотел проникать в цепь поставок рекорд-компаний. Он считал себя архивариусом, а не «сливальщиком», и понимал, что все эти игры с выкладыванием альбомов до релиза привлекут такое внимание, которое ему совсем не нужно. В попытке смягчить проблему, он начал обдумывать, какие бы ещё медиа разрешить выкладывать. Телепрограммы и кино не годились, поскольку ими уже занимались другие приватные трекеры, а между ними существовало негласное соглашение, неписаный закон: на чужую территорию не заходить. В конце концов, он решил, что надо позволить выкладывать аудиокниги.

Решение это представлялось непоследовательным для сайта, который спиратил чуть ли не всю записанную музыку, но тут Эллис просто пошёл по естественному пути. К тому времени Джоан Роулинг вот-вот должна была стать самым богатым автором за всё время существования чернил. Её семитомная сага про Гарри Поттера побила все рекорды продаж и была переведена на 67 языков, включая западнофризский и древнегреческий. Благодаря контракту на восемь фильмов с Warner Brothers, юных актёров Дэниэла Рэдклифа и Эмму Уотсон теперь знала каждая собака. Серия книг стала самой продаваемой историей всех времён, а кинофраншиза собрала самую крупную кассу в истории кинематографа. Такой же популярностью пользовалась и аудиокнига, начитанная всеми любимым британским комиком Стивеном Фраем — она стала самой продаваемой в своём сегменте.

История Джоан Роулинг никого не могла оставить равнодушным: разведённая женщина с детьми написала первую свою большую книгу, получая пособие. Первую книгу, «Гарри Поттер и философский камень» издали тиражом всего в одну тысячу, а теперь это издание стоит десятки тысяч долларов. Но героиня этой истории, прыгнув в «князи», могла замесить и «грязь», затмевавшую ее бизнес-чутьё. Глобализация сделала интеллектуальную собственность ещё более ценной, чем когда-либо прежде, а Роулинг явно знала, как выжать из успеха своей серии по максимуму. Она выступила в роли нового Уолта Диснея: то есть придумала персонажей, которые вошли в сознание народа, а потом заставила этих персонажей бесконечно зарабатывать деньги. К концу десятилетия она будет первым миллиардером среди писателей. И, как всегда у всех, ценность её интеллектуальной собственности могли подорвать пираты.

Делать грязную работу Роулинг наняла юридическую фирму Addleshaw Goddard. Специалисты по авторскому праву в этой фирме были людьми умными и явно с хорошими связями. В конце июня 2007 года Эллис получил запрос на обновление информации от Nominet, регистратора доменного имени и хоста сайта oink.me.uk. В присланном по электронной почте сообщении указывалось, что Эллис указал свои имя и фамилию, но в базе компании нет его адреса, обязательное наличие которого требует политика компании. Не мог бы он сообщить его настоящий адрес с индексом, исключительно для того, чтобы присылать счета. В противном случае, его доменное имя могут аннулировать.

Эллис отправил эти данные. Он вообще никогда не скрывался, и, вопреки лавине мейлов с требованием снять материал с сайта всё ещё искренне полагал, что не делает ничего незаконного. На следующий день Nominet прислал ему ответ, в котором благодарил за обновлённую контактную информацию и заодно уведомлял, что вся она передана юристам Джоан Роулинг.

Эллис страшно разозлился на Nominet. Он решил, что его права, защищённые британским Актом о защите данных, нарушены. Он тут же поменял регистрацию домена с oink.me.uk на oink.cd, то есть по-умному «увёл» адрес в Демократическую Республику Конго. Управлял он сайтом, конечно, по-прежнему из Великобритании, а серверы по-прежнему находились в Голландии, но изменение означало, что его теперь стало невозможно найти в открытом реестре компаний. Он написал на главной странице причины, почему так сделал — довольно мутные, ссылаясь на «юридические» моменты. Но больше он ничего не делал, чтобы себя обезопасить, вероятно, потому, что продолжал быть уверенным в своей полнейшей невиновности. Эллис аргументировал свою позицию тем, что на его сайте нет никаких файлов, что с формальной точки зрения верно. На Oink содержались только торренты, то есть пути к файлам, разбросанным по компьютерам всего мира. Если бы Эллис потрудился проконсультироваться с юристом, то тут же узнал бы, что с точки зрения закона тут нет никакой разницы. Но он не потрудился.

Юристы Роулинг передали полиции контакты Эллиса в тот же день, как получили их сами. Ещё они передали данные в IFPI — Международную федерацию звукозаписывающей индустрии. IFPI — это такая глобальная RIAA. Федерация лоббировала строгую защиту авторских прав в пользу глобальных торговых организаций, выдавала по всему миру «золотые» и «платиновые» диски и имела в распоряжении собственный отдел по борьбе с пиратством, укомплектованный тёртыми детективами из Интерпола и Скотланд-Ярда. Частные детективы не особенно интересовались какими-то там рассуждениями о природе собственности. Они просто видели сайт, который мощно «сливал» и собирал при этом дикое количество бабок. Юзернейм «Oink» ассоциировался у них не с революционером или идеалистом, а с вором.

Но если этот Oink и был преступником, то не очень умелым. До недавнего времени он управлял сервером из дома, причем его IP-адрес мог видеть кто угодно. Все действия на сайте автоматически записывались в логи, причём вся история выкладываний/загрузок конкретного юзера стояла прямо рядом с его именем и адресом электронной почты. Потратив две секунды на поиск в реестре доменов интернета, ты получал настоящее имя Oink'a: Алан Эллис. Это расследование завершилось самым лёгким арестом в истории онлайн-пиратства.

Во вторник 23 октября 2007 года Эллис встал до зари, чтобы приготовиться к очередному дню в своём загончике химической компании в Миддлсбро. Он принял душ (ванная комната в съёмной квартире общая), вернулся в спальню, где его девушка ещё не проснулась, и сделал то, чем занимался каждое утро. То есть вошел под администраторским логином в Oink, проверил логи сервера, прочитал ночные сообщения от своих заместителей, как тут вдруг дверь распахнулась, и в комнату ворвалась дюжина полицейских.

Одновременно были заморожены все десять банковских счетов Эллиса. В другом месте, в Манчестере, почему-то арестовали его отца по обвинению в отмывании денег. Компьютер Алана Эллиса представили в виде вещдока, как и голландские сервера, содержавшие IP- и email-адреса 180 000 членов Oink. В отличие от администраторов Pirate Bay, Эллис к такому повороту событий не готовился, и все торренты Oink просто перестали работать.

В течение часа полиция допрашивала Эллиса у него дома. Он отказывался говорить. Тем временем взошло солнце. Его решили везти в полицейский участок для дальнейшей беседы. А до того, чтобы продемонстрировать свою силу, полицейские предупредили об операции английскую жёлггую прессу, и репортёры уже с зари поджидали у дома Эллиса. Закованного в наручники, его вывели на улицу прямо под вспышки фотокамер.

ГЛАВА 17

Сумка Гловера наполнилась почти до отказа. К концу 2006 года, благодаря ему, утекло почти 2000 CD. Он уже не опасался, что его поймают, видя, как, в отличие от прежнего начальства Universal, новому менеджменту завода, поставленному EDC, вся эта безопасность совершенно побоку. Вопреки всем публичным жалобам компании на утечки, система поставок Universal теперь защищалась гораздо хуже, чем когда-либо. Непосредственно перед сменой владельца на заводе усовершенствовали производственную линию, так что теперь стало возможным производить миллион компакт-дисков в день. Но это оказалось последним улучшением. Завод считался мусорным активом, и управляли им соответствующим образом. После передачи EDC никакое новое оборудование не вводилось в эксплуатацию. Перестали нанимать новых работников. Текущий ремонт не проводили. Люди оказались демотивированы, многие стали подыскивать новую работу, но Гловер продолжал работать за сверхурочные. Он видел, что работа на линии упаковки стала ещё более сложной: теперь почти любой важный релиз выпускался в нескольких разных изданиях, с бонус-DVD, сложенными постерами и роскошным оформлением.

Для Kali это всё не имело значения. Его, как и Дага Морриса, волновали коммерческие вопросы. То есть самая важная утечка года — альбом, продавшийся самым большим тиражом. Важна только позиция в хит-параде и больше ничего. В 2006 году RNS снова осуществила топовую утечку года, пробравшись в Sony и выкрав «Some Hearts», дебютный альбом победительницы реалити-шоу «American Idol» Керри Андервуд. К этой утечке добавились Rascal Flatts (американская кантри-группа, — прим.пер.), Джеймс Блант и Келли Кларксон. Показателен здесь разброс аудитории: деревенские и городские, юноши и зрелые женщины, подростки и их родители. Для мейджор-лейблов самой привлекательной в демографическом плане аудиторией считалась та, которая не знакома с файлообменом.