— Ладно, скажу своему бухгалтеру, чтобы левые программы, с целью экономии, больше не брал. Но к твоему пристальному интересу вернемся чуть позже. Ты так и не сказала, почему не хочешь, чтобы я купил тебе тот костюм.
— Потому что мужчина может оплатить для женщины цветы, сладости и прочую увеселительную шелуху. Все остальное можно принимать только от любовника. И это не намек. Одежду и иже с ней я покупаю себе сама. Всегда.
— Странные у тебя принципы… — протянул Денис.
— Какие есть, но все мои. На жизнь, пусть и не роскошную, я зарабатываю сама и не хочу быть кому-то за что-то должна.
— А вот теперь уже ты прибедняешься. Хоть распечатки твоих счетов и не имел счастья лицезреть, но точно знаю, что ты тоже не последний сухарик доедаешь, — хмыкнул мужчина, когда они возобновили путь в отель.
— Приятно познакомиться с предусмотрительным человеком, — кивнула Ева, протягивая ему руку для пожатия. Денис коснулся поцелуем кончиков пальцев.
— А уж мне-то как приятно…
— Я не понял, почему от постороннего человека узнаю, что наша база данных была взломана ещё несколько дней назад?!
Лицо молодого человека, и так не блиставшего здоровьем, начало напоминать посмертную восковую маску. А если учесть, что веб-камера никому особой красоты не прибавляла, то и вовсе получилась на диво страхолюдная рожа.
— Но, Денис Константинович, не было ничего такого, я только что все ещё раз перепроверил!
— Тогда откуда утечка информации? — Романовский постукивал кончиками пальцев по поверхности стола, а бухгалтер вздрагивал в такт его движениям.
— Нннне знаю, — жалобно проблеял мужчина, покрываясь нездоровой испариной.
— До завтра выяснить, — спокойно отрезал Денис и отключил лэптоп.
Теперь он уже не жалел, что взялся за это дело. Где бы он ещё такой интересный экземпляр нашел? Хотя для него Ева была немного странной и необычной, но от этого становилось только интереснее. Особенно его удивила её реакция на попытку купить тот злосчастный костюм. При воспоминании о том, как синий шелк обнимал тонкую фигурку, мужчина чуть не застонал вслух. Дожил, при одном взгляде на полуодетую девушку, чуть не занялся с ней сексом практически на глазах изумленной публики. Конечно, можно было бы поступить гораздо проще, вон сколько рядом прекрасных и не очень дев всех возрастов предлагают любовь по сходной цене, но, почему-то он хотел только эту независимую заразу, которая знает намного больше, чем следовало бы. И все-таки, откуда она могла узнать номера счетов? Либо девушка гениальный хакер, что сомнительно, она слишком осторожна, чтобы из простого любопытства рискнуть своей карьерой, либо же кто-то работает на неё.
Денис складывал в голове коварный план по выявлению доброжелателя, которому не помешало бы пальчики переломать, чтобы в чужие дела не лез, когда коротко звякнул его телефон. Он дважды перечитал сообщение, после чего пулей вылетел на балкон и прорычал:
— А ну иди сюда, зараза!
Ответом ему был тихий женский смех и стук закрывающегося окна.
Романовский немного размеренно подышал свежим морским воздухом и переключился на другой вопрос — что ему делать с этой язвой? А то, что просто так он от неё не отстанет, ему уже и самому было ясно. Денис хмыкнул и ещё раз перечитал сообщение:
«Если ты сейчас виртуально убиваешь бухгалтера, то зря. О твоих активах мне известно приблизительно, про Кайманы вообще наугад брякнула. Деньги бросила на р/с твоей богадельни. Стыдно так палиться, товарищ! Спокойной ночи;=)».
* * *
— Монастырь Святой Екатерины был основан в середине шестого века и является одним из древнейших христианских обителей в мире… — голос экскурсовода то становился тише, то резко прибавлял громкость, не давая полусонным туристам благополучно дремать в креслах. Ева сразу вспомнила своего препода по римскому праву. Тот тоже пользовался этим приемом — поочередно читая лекцию то басом, то дискантом, он доводил бедных похмельных студиков до нервного тика, не давая им смеживать усталые очи. Гиду было далеко до умений преподавателя, поэтому девушка мирно дремала с открытыми глазами и зевала, не разжимая губ. Но полученные во времена бурного студенчества навыки не пошли впрок. Агеевой стало жалко экскурсовода, пытающегося хоть как-то расшевелить вывозимых на культмассовое мероприятие, и она повернулась-таки вслед за указующим перстом, тыкающим в какой-то редкий вид пальмы. Для девушки они все были одинаковыми — голый ствол и пучок листьев сверху, поэтому восторга гида она не поняла, но, на всякий случай, улыбнулась. Улыбка немного увяла, когда Ева заметила, что вместо соседки-божьего одуванчика из Омска, рядом с ней сидит Романовский и смотрит очень уж многообещающе. Сразу же мелькнула мысль, что зря она вчера поглумилась над его чувством прекрасного. Ну, в смысле, выставила лохом. А потом девушка вспомнила, что он фактически пытался купить ей белье, а потом ещё и недоумевал, почему она против, и мысль вернулась, откуда пришла. И «нежный» призыв в стиле «выгляни в окошко, дам тебе горошку» тоже слышала. Но инстинкт самосохранения вновь оказался сильнее злорадства, и девушка, вдоволь похихикав, легла баиньки.
— Доброе утречко, Денис Константинович, — с милой улыбкой поприветствовала она и вновь отвернулась к окну.
— И вам того же, Ева Александровна, — в тон ей интимно прошептал мужчина. — Как Вам спалось нынче? Черные кошки больше нежный девичий сон не тревожили?
— Как младенец, — заверила его девушка. — Наверное, потому что у меня совесть чиста.
— Или нервы крепкие.
Дальше пособачиться не получилось, потому что кого-то укачало, и их передвижной караван-сарай произвел первую на тот день вынужденную остановку. Пошушукавшись с водителем автобуса, гид мяукнул в микрофон:
— Стоянка десять минут, можно размять ноги.
Но желающих выйти из кондиционированного воздуха автобуса на жаркое солнышко пустыни оказалось не так уж и много. Поразмыслив, что лучше немного погулять, в конце концов, время, чтобы поязвить с Денисом, у неё ещё будет, Ева хотела выйти. Но столкнулась с очередной проблемой — сидела она у окна.
— Можно?
— Зачем? — мужчина с легкой улыбкой наблюдал за её попытками протиснуться мимо него.
— Не поверишь, меня так увлек рассказ гида, что хочу своими глазами посмотреть на ту пальму!
— Ты права, я не верю, — кивнул Денис, вставая и подавая ей руку.
— Ты, что теперь все время будешь рядом ошиваться?! — возмущаться громко она не решилась, потихоньку просыпающийся народ уже начал прислушиваться к их эмоциональной беседе, потому тихо, но раздраженно шипела.
