- Меня трогает твоя откровенность и уверенность. Но огорчает то, что ты стала для меня недосягаема, - жёсткость Александра сдуло как ветром перед её очарованием и самообладанием.
- Это зависит от тебя, - оживлённо подхватила она его раскаявшийся тон, будто позабыв неприятные слова, сказанные ещё секунду назад. - Если женщина возвысилась над мужчиной, то их тандем распадается. Но надеюсь, это не всегда справедливо. У меня достаточно поклонников, превосходящих меня. Зато с тобой я чувствую себя заступницей, мне это льстит не меньше остального. Да и против тебя, эти сублимированные мерзавцы, как любовники, ничего не стоят.
***
Выслушав пересказ Византа о реакции Риты, Воленталь заключил:
- Раз наши сведения её не испугали, значит, чувствует за собой силу. Тем лучше, будем продолжать наблюдать за ней. Постепенно она выведет в мутные воды своих хозяев.
- Я не могу долго играть с ней в кошки мышки. У меня к ней искренний интерес, - возразил Александр на бесцеремонное заключение компаньона.
- Я понимаю пикантность вопроса, но придётся потерпеть, мой друг, - мягко ответил Воленталь. - Насколько я понимаю, этой Рите Вагнер, нужно как можно быстрее состояться в публичной деятельности, пока у неё есть такой шанс. Мы ей можем посодействовать.
- Каким образом? - нетерпеливо спросил Александр, пока Воленталь выдерживал паузу.
- Вот это я и хотел бы обговорить. Они намерены подобраться к семье, ты понимаешь, о чём, я. Нужно дать такую возможность. Идея проста, как из акулы, то есть Спирина, сделать жертву. Вся трудность – в технике исполнения.
- И вы надеетесь на меня? - возмутился Визант.
- Более подходящей кандидатуры нет, - не меняя хладнокровия, резюмировал Воленталь.
Воцарилась пауза.
- Ну, так и с чего же начнём? - ядовито воскликнул Александр, раздражённый и заинтригованный.
- Не плохо было бы тебе выйти на Анну Панну. Надеюсь, что она тобой заинтересуется.
Александр громко ухмыльнулся и выпалил:
- Я что, Казанова?
- Именно… Что в этом плохого? - услужливо откликнулся Артур. - Ей не интересны ни богатые, ни назойливые ухажёры. Тем более, когда семья ограничивает её выбор, одних отсекают, других подсовывают, как залежавшийся товар, пусть и дорогой. Из бомонда она предпочитает продюсеров и режиссёров, раз выбрала артистическое поприще. Но это лишь нужные люди, для карьеры. А для души, не исключено, она предпочтёт кого-то, напрямую не связанного с её деятельностью.
- И к этой интриге вы намерены ещё и подключить Риту Вагнер, которая должна, я так понимаю, финансировать проекты великосветского чада, то есть своей соперницы? - продолжал возражать Александр, отбросив пока опасную сторону предлагаемой ему роли.
- Да и пусть ревнует. Тебе это как раз на руку. Ревность тоже укрепляет узы. Твоё оправдание в том, что именно ты склоняешь Риту Вагнер продвигать карьеру племянницы главы государства. Женщине нравится, когда мужчина предпочитает её, а не другую. Анна Панина – не исключение.
- Так можно скомпрометировать племянницу, а, следовательно, и президента? - не на шутку разозлился Визант на своего коллегу, или, кто он там ему приходился, чуть ли не сочтя его заговорщиком.
- Совсем наоборот, - в ответ повысил свой тон обычно сдержанный Воленталь. - Это они, я имею в виду Вагнер, Лаврецкого, Спирина, плетут интриги вокруг Паниной. Тебе же предлагается роль заступника, того, кто будет разрушать их планы.
- Слишком простой манёвр, чтобы они его не раскусили, - после некоторого замешательства пробубнил Визант, начиная соглашаться с предложенной идеей, имевшей зловещую притягательность.
- Ну и что же? Зверь почувствовал запах жертвы. Ему уже не остановиться.
- Но роль жиголо мне не подходит, особенно в отношении незрелых девичьих сердец. Может, иногда я и бываю в шкуре мерзавца, но только когда имею дело с такими же, - горделиво и уверенно высказался Визант.
- Воля твоя, - Воленталь ответил на это, как показалось, с едва уловимой симпатией. - Но ты ведь ещё и не сделал попытки. Или твоё сердце уже занято?
- Нет, моё сердце свободно, и надеюсь, будет таким ещё долго. Пока я на службе. Я привык к безобидному влечению, флиртуя с теми бабами, которых это не слишком оскорбляет. В данном случае, меня просто сотрут в порошок.
- Это дело тонкое, само собой, и ты будешь ходить по лезвию ножа. Но может оно принесёт удовольствие. Или, хотя бы не разочарует. Она привлекательная особа, умная и с характером. Ждёт принца, как и все в её возрасте. В общем, решение за тобой. Пассивное наблюдение за соперниками не даёт ощутимых результатов, мы должны инициировать их действия.
- И всё же, как воспримут её родственники возможный роман?
- Если дело далеко зайдёт, мы тебя защитим. Заочно, можешь ознакомиться с ней с этой дискеты. И вот аванс, - Воленталь выложил на стол дискету и пухлый конверт, раза в два более толстый, чем в предыдущий раз.
Воленталь распрощался с коллегой без особого воодушевления, ему приходилось принуждать человека в том, в чём принуждения не может быть по природе. Визант же пока не принял решения, скорее над ним возобладало сомнение. Но для отказа нужно было обоснование, с этой целью он и принялся с жадностью изучать досье будущей жертвы интриг.
Но как это часто случается, интерес возникает против собственной воли. У Александра шевельнулось то, чего он всегда пытался избегать, и то, что являлось провозвестием влечения, не испытанного, и потому сладостного, то есть - неопределённую ревность. Вдобавок, взыграло и тщеславие. Шанс вступить во взаимоотношения с молодым дарованием из высшего общества окутался фимиамом романтизма. Подступило непреодолимое чувство героя любовного приключения.
Теперь он не торопился с отрицательным ответом, чтобы не огорчать Воленталя, который и сам всё поймёт, если пауза затянется.
Визант решил просмотреть электронную почту с адреса, о котором знала Вера и её отец. Для Риты имелся другой адрес, а с Воленталем вообще была особая связь, защищённая кодами.
Александр обнаружил, кроме свежего письма, что кто-то пытался вскрыть его почту, о чём свидетельствовал знак для такого случая, который появлялся из-за специальной программы, установленной на его компьютере. Снова люди Спирина, взбудоражился Визант. Почему тогда они действовали почти открыто, ведь это на них не было похоже. Если вышли на этот электронный адрес, значит, снова выследили Веру, или её отца?
Александр решил встретить опасность в лицо.
Он вскрыл письмо, написанное от имени Отиса, где тот просил о личной встрече. Поскольку неизвестные сканировали его электронный сигналы, то могли определить его местонахождение, а то и место встречи с Отисом.
