— Куда это вы? — осведомился инопланетянин внушительной комплекции и, судя по всему, немалой силы.
— На регистрацию, — ответил я.
— А мы, по-вашему, куда — за пивом? (Напоминаю, что за перевод ответственность несет только лингвистический анализатор-синтезатор.)
— Станьте сейчас же в очередь!
Чтобы найти в этой очереди крайнего, мне пришлось идти трое суток (по земному счету, конечно), так как здесь со сменой дня и ночи была полная неразбериха — то всходили сразу три солнца, то два заходили, а одно всходило, а иногда на небе начинался такой сумасшедший хоровод, что я закрывал глаза и двигался, как слепец, — на ощупь. Не успел я еще отдышаться, пристроившись в конце очереди, как откуда-то подкатила кособокая медуза в прозрачной банке на колесах.
— Есть дело, — сказала она шепотом. — Срочный груз на Кальгеланд. Пока дойдет очередь, успеем смотаться.
— Что за груз? — осведомился я на всякий случай, хотя лететь, конечно же, никуда не собирался.
— Полмиллиарда медных сковородок. Пятьсот тысяч из них — твои. Расчет на месте.
— А не опоздаю я? Сколько времени обычно дожидаются регистрации?
— Дай Бог тебе дожить, — сказала медуза. Сказала она, конечно, иначе, но, напичканный идиомами, метафорами и сравнениями, а также прочей литврагурщиной, анализатор-синтезатор перевел именно так.
— Знаешь что, — сказал я медузе, указывая на первый попавшийся корабль. — Видишь вон ту посудину? Начинай погрузку. Мне нужно еще кое-какие дела сделать.
Она пулей рванула с места, только пыль поднялась, а я снова полез вперед. Что и говорить, перспектива дожидаться старости в этой дыре меня не устраивала. На глупые вопросы — типа: «Куда вы?» — я теперь не реагировал. Конечно, если бы дело у меня было шкурное, пришлось 61.1 спокойненько дожидаться очереди. Я такой! Но ведь я здесь как-никак полномочный представитель Земли. Выполняю официальную миссию. Может быть, в это время все человечество, затаив дыхание, смотрит на меня сквозь космическую пропасть. В общем, пошел я напролом. «Мне только справку», — говорил я одним. «Вы что, ослепли? Я здесь давно стою!» — говорил я другим. «Сам нахал! Отодвинься, а то лапу оттопчу!» — говорил я третьим, самым настырным. И откуда все взялось!
На исходе шестнадцатого местного рассвето-заката я достиг, наконец, толстой прозрачной стены регионального пункта. За этой стеной сидело существо, состоявшее, казалось, только из огромной бугристой головы и висячих слоновых ушей. Из ушей торчали какие-то аппараты (справочный компьютер и приемопередатчик межзвездной связи, как я узнал потом). С треугольной фиолетовой губы свисало несколько микрофонов. Справа лежало устройство, устрашающий вид которого не оставлял сомнений в его назначении.
— Я — старший региональный регистратор с безусловным правом самозащиты, — сказало существо, даже не глянув на меня. — Предупреждаю об этом. А теперь кратко изложите суть вашей просьбы.
— Я прибыл сюда с планеты Земля с целью вступить в члены Ассоциации Разумных Миров.
— Основания для этого имеются? — по-прежнему равнодушно спросил регистратор.
— А как же!
— Какие же, интересно узнать?. — Мне показалось, что в его словах звучала ирония. Очень неприятно, скажу я вам, когда лопоухий головастик в метр ростом издевается над тобой. — Вы вымирающий биологический вид?
— Нет, скорее наоборот. Размножаемся мы довольно успешно.
— Тогда, возможно, ваш народ пострадал во время Предпоследнего Необходимейшего Упорядочения?
— Насколько мне известно — нет.
— Может быть, ваша планета подлежит сносу по Генеральному плану благоустройства Галактики?
— Ничего не слышал об этом.
— И ваше светило не собирается в ближайшее время превратиться в коллапсар или сверхновую?
— Ни в коем случае.
— Так какие же основания вы имеете в виду?
— Мы овладели способом передвижения со сверхсветовой скоростью.
— И это все? А какой конкретно вклад вы можете внести в выполнение стоящих перед Ассоциацией задач?
— А какие перед ней стоят задачи?
— Прекращение расширения Вселенной. Передвижение Магеллановых облаков поближе к нашей Галактике. Уборка космического мусора. И это еще не главное, а, так сказать, текущие задачи.
— Ну, что же, если надо, значит, надо. Прекратим, передвинем, намусорим… ох, простите, я хотел сказать — уберем.
— Хорошо. Раз вы настаиваете, мы приступим к предварительному оформлению. Сейчас я выпишу вам направление на Центральную регистрационную комиссию, где вы пройдете все необходимые формальности. Затем будет создана авторитетная комиссия, которая на месте изучит ваши ресурсы и возможности. После этого на ближайшем заседании Ассоциации доклад комиссии подвергнется обсуждению, а вопрос о приеме будет поставлен на голосование. В случае его благоприятного исхода будет создана вторая комиссия, которая приступит к обучению вашего народа галактическому языку, галактической этике и зачаткам галактической культуры. По ее представлению и будет вынесено окончательное решение. После краткого испытательного срока вас примут кандидатом в члены Ассоциации, потом — если все пойдет хорошо — членом без права голоса и, наконец, полноправным членом.
— И сколько на это уйдет времени?
— Не знаю. Сейчас у нас сильная запарка. Может быть, полгода. Может, год.
— Ну, это я вам скажу, недолго.
— Я имею в виду галактический год.
— Что-о? — переспросил я, пораженный. — Галактический год! Двести миллионов наших лет!
— А как вы думали? Одну комиссию собрать чего стоит! По уставу в ней должны быть представлены все полноправные члены Ассоциации. А их на текущий момент… — он глянул на какой-то экран, по которому все время бежали какие-то цифры, — двадцать два с половиной миллиарда. За время нашей беседы в Ассоциацию принято пятьсот новых членов и не менее двадцати выбыло по разным причинам. Вы хоть на своем транспорте явились?
— Конечно.
— Это хорошо. А то некоторые умудряются добраться на попутных… Значит, сбор и доставку членов комиссии вы берете на себя. И не забудьте, что всех их надо кормить, а вкусы у них строго индивидуальные. Ну, жилье, одежда, развлечения, медицинское обслуживание — это ерунда. Что еще… Куда же вы? Раздумали вступать в Ассоциацию?
— Я немного подумаю.
— Это ваше право. Следующий!
В полном расстройстве отошел я от регистрационного пункта и побрел куда глаза глядят. Помню, когда я снова оказался у хвоста очереди, кислород, вода и пища в скафандре уже были на исходе. За время моего отсутствия прибыло еще несколько тысяч соискателей. Самым последним стоял маленький зеленый поросенок с роскошным шелковистым хвостом. Он косился по сторонам прекрасными изумрудными глазами — очевидно, тоже искал контакта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
