— Твоя жена, парень, — агент обернулся к Гибу. Лицо его сияло. Судя по всему, он был большой шутник, добряк и выпивоха. — Что остолбенел? Жена не нравится? Зря.
Старушке… — он заглянул в свои бумаги, — всего семьдесят один годик. Если бы ты слышал, как она выла, когда мы уводили ее старика. Старушка еще ничего, горячая, — он подмигнул Гибу. — Начальство будет не довольно, если у вас не появится потомство… — Агент буквально лопался со смеху. — Пара этаких смышленых карапузов! — Он заржал, запрокинув голову и поддерживая живот руками.
Пока он стоял так, вытирая слезы, шатаясь от смеха и даже повизгивая, Гиб вышел, наконец, из оцепенения и, схватив утюг, ударил им агента по голове, а потом еще и еще, пока тот с хрипом не повалился на пол.
Словно во сне, Гиб вытащил у него бумажник, сорвал кобуру с пистолетом и, не обращая внимания на вопли старухи, скатился вниз по лестнице.
Хоть ехать в метро было и опасно, но еще опаснее было идти пешком через весь город или нанимать такси.
Еле переставляя вдруг ставшие ватными ноги, Гиб прошел мимо патруля и встал на эскалатор. В вагоне Гиба внезапно охватило бешенство. И когда кто-то толкнул его, Гиб, не разбираясь, сунул кулаком в самую гущу лиц. В драке ему рассекли бровь, разбили нос и оторвали рукав пиджака.
На остановке Старый Центр Гиб умылся в туалете, выбросил пиджак в мусоропровод и в одной рубашке поднялся на поверхность. Улицу он пересек на красный свет, даже не пытаясь увернуться от несущихся мимо автомобилей.
Здание, которое он искал, ничем особенным не отличалось от всех остальных на этой улице. Верхние этажи занимали квартиры, внизу были мастерские по ремонту аппаратуры и овощной магазин. Несколько минут Гиб стоял в нерешительности, переводя взгляд с одной вывески на другую, потом еще раз проверил номер дома.
Адрес был именно тот, сомневаться в этом не приходилось. Гиб вошел в мастерскую.
Деревянная стойка, заваленная стандартными бланками, делила комнату пополам.
Человек, сидевший за стойкой, жевал бутерброд, запивая его кофе из пластмассового стаканчика.
— Перерыв, — буркнул тот.
— Мне нужно темпер-такси, — выпалил Гиб, даже забыв поздороваться.
— Вызовите такси по телефону. Автомат за углом.
— Мне нужно темпер-такси! Для путешествия во времени.
— Что? — человек за стойкой даже привстал. — А ну, выкатывайся отсюда живо! А не то сообщу куда следует!
Гиб, хлопнув дверью, вылетел на улицу. Погуляв немного по тротуару, он зашел в овощной магазин. Там было сумрачно и прохладно. За кассой сидела симпатичная девушка, из-за прилавка улыбался румяный старик.
— Здравствуйте, — сказал старик. — Что вам угодно?
— Здравствуйте, — ответил Гиб. — Мне нужно…
— Понял! — старик нагнулся и достал из-под прилавка два крупных серповидных плода, источавших запах вина и корицы. — Сегодня ночью они еще росли в первобытных джунглях. Им цены нет, но для вас…
— Подождите, — прервал старика Гиб. — Я ищу темпер-такси. Вы должны мне помочь.
Я знаю, их контора где-то здесь.
— Эй, дочка! — С лица старика сошла улыбка. — Сними трубку и набери номер иммиграционного бюро. У нас солидный магазин, и я не позволю…
Гиб был уже у двери. Он рванул ручку, дверь задребезжала, но не поддалась.
Сжимая кулаки, Гиб обернулся. Девушка за кассой целилась в него из короткоствольного автомата. Рядом со стариком стоял мрачный человек из мастерской. Гиб подумал о пистолете в заднем кармане брюк.
— Прости, приятель, — сказал человек. — Нам нельзя рисковать. Садись, поговорим о деле.
Их было десять человек — неразговорчивый пилот, семеро пассажиров, каждый из которых подозревал в соседе шпика, Гиб и молодой широкоплечий капитан, исполнявший также обязанности гида и санитара. Кобура с тяжелым пистолетом оттягивала его пояс.
Небольшой темно-красный дирижабль, оборудованный темперной установкой, был спрятан в заброшенной каменоломне, километрах в сорока от города. Пассажиров доставили туда в закрытом автофургоне.
— Итак, — начал капитан, когда все разместились в гондоле, — вам предстоит самое грандиозное приключение. С нашей помощью вы перенесетесь в прошлое и сможете принять участие в пирах короля Артура или походах Атиллы. Ради вас, прекрасные дамы, — он сделал жест в сторону двух совершенно ошалевших от страха толстух, — сразятся доблестные рыцари…
В это мгновение дирижабль качнуло, и Гиб ощутил туманящую сознание и выворачивающую внутренности дурноту. Капитан пошатнулся и сел.
— Барды споют вам свои лучшие песни, — просипел он сдавленным голосом. — Вы станете свидетелями заговоров, дуэлей…
Никто его не слушал. Все пассажиры, кроме Гиба, припали к кислородным маскам.
Дамы, из-за которых должна была пролиться рыцарская кровь, блевали в пластиковые пакеты.
— Скорее, — капитан повернулся к Гибу, — помогите вытащить их на воздух.
Судя по всему, переход в прошлое уже состоялся.
— А вы молодец, — похвалил капитан, когда они вдвоем вытащили из гондолы последнего одуревшего пассажира. — Я этого когда-нибудь не выдержу.
— Где мы находимся? — спросил Гиб.
— Один Бог знает, — ответил капитан, вытирая пот. — Эта рухлядь может забросить куда угодно. Точно ориентироваться на ней практически невозможно.
— А как насчет будущего? — спросил Гиб. — В смысле оплаты. Наверное, еще дороже, чем прошлое?
— Что вы, — улыбнулся капитан. — Будущее мы не обслуживаем. Путешествие туда вообще невозможно, поверьте мне.
«А, черт, — подумал Гиб, — он мне начинает нравиться. Только этого еще не хватало».
Пассажиры быстро оживали на свежем воздухе. Дирижабль лежал на вершине зеленого холма. Во все стороны простиралась бескрайняя равнина, пересеченная широкой спокойной рекой. В соседней роще пели птицы. Ничто не указывало на присутствие человека.
— А где же рыцари? — капризно спросила одна из женщин.
— Задерживаются, мадам, задерживаются, — ответил капитан. — Давайте спустимся вниз. Видите, там прекрасные цветы.
На полпути Гиб остановился и сказал:
— Я забыл в гондоле бинокль.
— Идите, — разрешил капитан. — Возьмите свой бинокль и догоняйте нас.
Сжимая в кармане рукоятку пистолета, Гиб поднялся на холм.
Пилот грелся на солнышке, сняв комбинезон и рубашку.
— Встань! — приказал Гиб. — И предупреждаю — без фокусов!
Пилот открыл глаза и, увидев направленный ему в грудь пистолет, медленно поднялся. Его темное лицо с глубокими складками ничего не выражало.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
