Пилот открыл глаза и, увидев направленный ему в грудь пистолет, медленно поднялся. Его темное лицо с глубокими складками ничего не выражало.
— Повернись, — скомандовал Гиб, — я свяжу тебе руки.
— Не спеши, — отозвался пилот. Он застегнул комбинезон на все пуговицы и только тогда повернулся к Гибу.
— Подвинь одеяло, — попросил пилот, когда Гиб связал ему кисти рук куском заранее припасенного шнура. — Я лучше прилягу. — И добавил: — Я давно знал, что все когда-нибудь кончится именно таким образом.
Пассажиры резвились на лугу среди цветов и буйной травы.
— Скорее, скорее идите сюда! — закричал капитан Гибу. — Что я вам покажу!..
Вдруг лицо капитана стало серьезным.
— Где же ваш бинокль? — спросил он, внимательно глядя на Гиба.
Вместо ответа Гиб вытащил из кармана пистолет.
— Ах, вот оно что! — протянул капитан.
Пассажиры умолкли один за другим. Наступила тишина. Затем кто-то охнул, остальные загалдели — кто с гневом, кто с ужасом.
— Замолчите! — остановил всех капитан. — Криком тут не поможешь.
— Бросьте оружие на землю, — велел Гиб, с трудом ворочая языком.
Капитан расстегнул пояс и вместе с кобурой швырнул к ногам Гиба.
— А с виду вы парень ничего. Что заставило вас пойти на это?
— Мне причинили зло! — ответил Гиб. — Страшное зло! Я потерял все: имя, свободу, жену! За мной охотятся, как за диким зверем.
— Но при чем здесь мы?! — завопил кто-то из пассажиров. — В чем мы перед вами виноваты?
— Тихо! — сказал капитан. — Каждый из нас в чем-то виноват. А вы идите, — это уже относилось к Гибу. — Желаю удачи. Нам вы уже отомстили.
— Я сообщу о вас кому-нибудь.
— Убирайтесь. Сами что-нибудь придумаем. Гиб подобрал пояс с пистолетом и побежал наверх по упругой, как ковер, траве.
— Пощадите! — завопили пассажиры. — Мы заплатим любую сумму.
Гиб сбросил на землю оба контейнера с аварийным запасом, все принадлежащие пассажирам вещи и сверху положил пистолет капитана. Затем последний раз посмотрел на людей, столпившихся у подножия холма.
— Я не хочу причинять никому зла! — закричал Гиб. — Я отправляюсь дальше в прошлое. Там натворю столько дел, что даже иммиграционное бюро их не переварит!
Я попробую изменить этот мир. Тогда в нем хватит места для всех!
— Поступайте как хотите! — донеслось снизу. — Только доставьте сначала нас домой!
Прошло немало времени, прежде чем Гиб обнаружил то, что ему было нужно. Едва начало светать, он повел дирижабль вниз, ориентируясь на далекие звуки боевой трубы, ржание лошадей и тяжелый топот многотысячных, обремененных железом отрядов. Дирижабль пробил нижний слой сырого, быстро поднимающегося тумана, и Гиб увидел под собой широкое, покрытое кое-где кустарником, ровное поле, словно предназначенное для какого-то спортивного состязания, в котором примут участие десятки тысяч людей и в ходе которого на многие века решится судьба народов, а по истоптанной земле, как кошмарные мячи, покатятся отрубленные головы.
Судьей в этом состязании предстояло быть Гибу.
Дирижабль миновал стоявшее толпами войско варваров, одетых в кожаные панцири, меховые шапки и рогатые шлемы, и, опускаясь, полетел навстречу уже двинувшимся вперед римским легионам. Гиб правил прямо в центр марширующей армии, и через несколько минут передние ряды остановились. Как только тень дирижабля упала на людей, снизу донесся вопль ужаса. Строй смешался. Первая дымовая шашка полетела вниз и, разорвавшись, накрыла центр войска конусом едкого черного дыма. Следом полетели гранаты со слезоточивым газом. Римляне, роняя оружие, бросились врассыпную. Варвары тоже пустились наутек.
Гиб ничего этого уже не видел. Он торопился. Нужно было успеть помешать изобретению пороха, сорвать экспедицию Колумба, дать огонь вымирающим племенам питекантропов, произвести несколько дворцовых переворотов в Ассирии и Ниневии, предупредить народ Атлантиды о предстоящей катастрофе.
Что из всего этого должно было получиться, Гиб представлял довольно смутно.
Он загнал дирижабль в глухой лесной овраг, надел меховую куртку, забытую пилотом в гондоле, почистил брюки и пешком отправился к городу. Ночь была темная. Только вдалеке, над городскими кварталами, полыхало электрическое зарево. Всякий раз, заметив фары приближающегося автомобиля, Гиб сходил с шоссе и шел пашней.
К утру он вошел в город. От волнения Гиб потерял осторожность и опомнился лишь подойдя к дому, в котором раньше жил. Он перешел улицу и сел за столик в только что открывшемся маленьком кафе.
Потягивая горячий кофе, он смотрел на окна квартиры, в которой жил когда-то, и думал о том, что могло произойти в этом мире за время его отсутствия и как отразились на настоящем те удары, которые он нанес в прошлом. Пока что ничего особенного он не заметил. Дома стояли на своих привычных местах, улицы носили те же названия, автомобили, ехавшие по ним, были тех же марок, что и прежде.
Патрулей иммиграционного бюро стало, кажется, больше.
— Будете еще что-нибудь заказывать? — спросила официантка.
— Нет, — ответил Гиб, — счет подайте, пожалуйста.
— Сейчас, — девушка выбила чек и протянула его Гибу. — Что вас не устраивает?
— Нет, ничего, — сказал Гиб. — Я давно здесь не был. Мне казалось, что все это стоит дешевле.
— У нас цены еще божеские. Вы попробуйте в центре позавтракать.
— Этого хватит? — спросил Гиб, доставая деньги.
— Вполне.
— Я разыскиваю одну женщину, — Гиб не торопился уходить. — Она жила в этом доме.
В десятой квартире. Ее звали Ада. Шатенка среднего роста.
— Нет, — подумав, покачала головой официантка. — В десятой квартире такой нет. Я знаю всех в этом доме.
— Спасибо, — поднялся Гиб. — Я пойду.
На улице он зашел в телефон-автомат и набрал номер справочной. Спустя минуту ему сообщили адрес квартиры, в которой Ада жила еще до знакомства с ним.
Около одиннадцати, когда Гиб потерял уже всякую надежду, Ада вышла, наконец, из подъезда. За время разлуки она похудела и сменила прическу. Увидев Гиба, она остановилась.
— Здравствуй, — сказал Гиб.
— Здравствуй, — судя по всему, падать в обморок она не собиралась.
— Может, зайдем к тебе?
— Что ты! Я живу у чужих людей.
— Так и будем стоять здесь?
— А что делать? Ты сбежал?
— Да. Как ты живешь?
— Так, — она неопределенно пожала плечами. На глаза ее начали наворачиваться слезы. Гиб обнял ее за плечи.
— Что с тобой?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
