подобные мысли, чтобы не позволить эмоциям мешать работе.
Тем не менее, он не мог не замечать, как резкие и, подчас, вызывающие действия Локано только усугубляют и без того непростые проблемы в то время, как проявив гибкость и согласившись на ряд тактических компромиссов, возможно удалось бы добиться снижения напряженности. Однажды он даже попытался обратить внимание самой Сиарны на неадекватность принимаемых Верховным Советником решений в текущей ситуации, но только нарвался на взбучку. Светлая Госпожа, похоже, всецело одобряла избранную Локано стратегию и поддерживала каждый его шаг. Не исключено, что у них имелся некий план, в детали которого они предпочитали посторонних не посвящать, но Руорн никак не мог отделаться от ощущения, что действия Верховного Советника с каждым днем все больше приобретают черты откровенного самодурства, смешанного с отчаянием.
Подобное положение дел не могло тянуться бесконечно, и контуры надвигающейся катастрофы становились все зримей, тогда как надежда на секретный финт – все призрачней.
Но того, что произошло на самом деле, предугадать не мог никто.
Глава 14
Доклад о разгроме вандалами фармацевтической фабрики на Сокоше поступил рано утром. Ультрасовременное оборудование для выпуска персонализированных вакцин и генетических сывороток и сложнейшая научная аппаратура за одну ночь превратились в груду бесполезного хлама. Миллионы пациентов по всей галактике оказались лишены необходимых лекарств. Руорн только-только успел раздать необходимые поручения, направленные на минимизацию ущерба, а в очереди на рассмотрение уже томились запросы на ускоренную эвакуацию с Сокоша других производств. Это могло означать лишь одно – еще на одной планете Республика перешла в пусть и завуалированное, но решительное наступление.
В двух предыдущих случаях быстрая реакция Священной Канцелярии вынуждала республиканцев пойти на попятный под угрозой потери значительной части производственного потенциала, но попыток они не прекращали, каждый раз действуя все грубей и напористей. Они все еще избегали открытого вооруженного столкновения, но грань, отделяющая стороны от большой войны истончилась до предела. В предпринимаемых властями Республики действиях также чувствовался явственный привкус отчаяния.
Ну а пока требовалось сделать все необходимое, чтобы нынешний раунд не стал последним. Руорн уже собирался распорядиться о подготовке лайнера для отлета на Сокош, как вдруг по внутренней связи поступил вызов с приказом немедленно явиться в Тронный Зал. Это казалось немного странным, поскольку последний инцидент практически ничем не отличался от десятков прочих, и его урегулирование не требовало участия столь высоких сил, но приказы, как известно, не обсуждаются, а потому Руорн сдернул с вешалки свой плащ и помчался по коридорам дворца.
В Зале Отрешения его легкая озадаченность переросла в полное недоумение, поскольку здесь его уже поджидала весьма представительная делегация – оба Верховных плюс Сестры Джейх и Кьюси, а также Шимаэл. Разгром фармацевтического завода и даже потеря целой планеты не стоили созыва такой компании. Судя по всему, остальные также пребывали в некотором замешательстве относительно причин их вызова на Аудиенцию. Причем Локано даже не пытался скрыть, что считает присутствие всех прочих излишним. А Руорна – в особенности.
Тем не менее, никто не стал комментировать происходящее, ограничившись протокольными поклонами, и когда привратники распахнули тяжелые двери, все чинно проследовали в Тронный Зал и преклонили колена на своих местах в Кругах Силы.
Предчувствие неприятностей буквально витало в воздухе, и первые слова, которые произнесла Сиарна, только подтвердили самые худшие опасения. Первая Наместница вздрогнула под белым одеянием и ее искаженный трансом голос вместо приветствия произнес:
– Сокош.
– Мы предприняли все действия, необходимые для нейтрализации последствий инцидента, моя Госпожа, – отчитался Локано, впрочем, без особой уверенности. Столь прямые намеки понимал даже он.
– В то время как вам гораздо раньше следовало принять меры по его недопущению! – Локано дернулся, когда его хлестнуло раздражение Сиарны. – Сколько подобных погромов должно произойти, прежде чем вы поймете, что имеете дело с тенденцией, для перелома которой с вашей стороны не было сделано ничего!
– Я… сделал все, что… возможно, – прохрипел тот, вынужденный опереться рукой на пол, чтобы не упасть.
– Тогда как требовалось сделать то, что необходимо! – Сиарна издала нечто вроде вздоха. – Ивар Локано, Вы меня разочаровали.
Верховный Советник медленно осел, словно восковая фигурка на раскаленной сковороде, и повалился набок. Руорна захлестнуло сильное чувство дежа вю. Точно так же и он сам некогда был буквально выжжен изнутри гневом Госпожи, и от этого воспоминания его передернуло.
Но, одновременно, он не мог не отметить и некоторую разницу между теми событиями и сегодняшней выволочкой. В тот раз выходка Руорна оказалась неожиданной и дерзкой, а потому Сиарна была действительно взбешена и не сдерживала эмоций, верша свой скорый суд. Он до сих пор удивлялся, как ему удалось остаться в живых. Сестре, которая исполняла тогда роль Первой Наместницы, пришлось почти месяц потом пролежать в госпитале, да и то, ее голос так до конца и не восстановился. Недовольство же Богини действиями Локано копилось не один день, так что сегодня Она отчитывала Верховного Советника формально и сухо, делая это лишь потому, что того требовала ситуация, и час настал.
– Я достаточно долго ждала результата, – продолжала Сиарна, – Советник Руорн высказывал мне свои опасения, считая проводимую вами политику излишне резкой и даже провокационной, но я к нему не прислушалась и дала вам полную свободу действий, полагая, что таким образом вы сможете быстро и эффективно решить поставленные задачи. Но я заблуждалась. Ослепленные открывшимися перед вами возможностями, вы куда больше времени и сил тратили на удовлетворение своих мелких страстей и своего тщеславия. Вы оказались неспособны заглянуть дальше собственного носа, своими необдуманными решениями заведя ситуацию в тупик. И выход из него найти теперь будет очень и очень непросто.
Голова Первой Наместницы повернулась, обратив взгляд на задний ряд присутствующих.
– Верховный Советник Бекташ Руорн, – громко объявила она, – подойдите и займите свое место.
Руорн поднялся и, сделав пять шагов, вступил в Круг Высших. По полам его плаща заструились переплетающиеся линии и завитки, чертя широкую ленту узора Верховного Советника. Глядя на них, он не чувствовал ни радости, ни торжества, ни, тем более, злорадства. Ощущение было таким, словно он вернулся домой после временного отсутствия, вернулся на свое место. Он снова стал самим собой.
– Я в вашем распоряжении, моя Госпожа, – Руорн опустился на колено рядом с Верховной Жрицей, там, где представал перед лицом свой Госпожи на протяжении сотен лет.
– Перед вами стоит архисложная задача, – заговорила богиня, – и я понимаю,
