Господи, он сотни раз обдумывал возможность этого ужасного сценария, начиная с того самого проклятого утра в поле под Гамбургом. Думал об этом прошлой ночью, сегодня, каждый раз, когда огненная сила давала о себе знать раскаляющимся жаром в животе.
Он не сможет себе простить, если с Клер что-то случится.
— Я не стану рисковать, — твердо сказал Андреас, — и тебе не позволю. Поэтому сегодня мы перебираемся в бункер Ордена. Под защитой воинов ты будешь в безопасности и останешься там, пока…
— Пока что? — Клер тяжело вздохнула и закрыла глаза, словно очень сильно устала. — Пока ты не погиб или в лучшем случае не подошел к смертельной грани? Андре, ты хочешь, чтобы я стояла и молча смотрела, как ты сам себя разрушаешь? На этот раз ты просишь слишком многого.
Андреас хотел сказать Клер, что ее страхи беспочвенны, что с Ротом он справится, что в итоге — когда все закончится — они будут вместе и счастливы, что, наконец, они обретут отнятое у них Вильгельмом Ротом много лет назад.
Но он не мог и не хотел ее обманывать.
Возможно, схватка с Ротом потребует от него такого напряжения, что пирокинетическая сила окончательно выйдет из-под контроля. И если ему, чтобы уничтожить этого неугомонного сукина сына, придется дать ей максимальную волю, он это сделает. И Андреас понимал, что в таком случае его шансы выйти из этой ситуации живым, не утратившим человеческий облик практически равны нулю.
Он посмотрел в лицо Клер, прекрасное даже в тревоге, и нежно убрал влажную прядку со лба.
— Одевайся, хорошо? У нас еще будет немного времени поговорить до приезда машины. И ты, Клер, поедешь со мной. Это решение больше не обсуждается.
Клер посмотрела на него долгим взглядом и ничего не сказала. Ее лицо еще больше напряглось, она покапала головой:
— Андре, я знаю, где Вильгельм.
Андреас на некоторое время потерял дар речи. Он стоял, ошарашенный ее признанием, чувствуя, как вспыхнувшая ярость начала раскалять пирокинетический огонь.
— Я почувствовала его присутствие вчера вечером, сразу же, как мы прилетели в Бостон.
Клер говорила спокойно и четко, с абсолютной уверенностью. Андреас застыл, в то время как его пульс лихорадочно бился.
— Он здесь? В Штатах?
Клер кивнула:
— В Бостоне.
Андреас почувствовал, как в венах забурлила кровь.
— Ты знала это? Знала и ничего мне не сказала?
Он не хотел, чтобы его слова прозвучали как обвинение, но набиравший силу жар мешал контролировать то, что он говорит. Жар гудел, как огонь в печи, и он уже ни о чем не мог думать, все внимание сконцентрировалось на том, чтобы удержать под контролем огненную силу, которая уже начала разливаться лавой по его телу.
«Рот все это время был где-то рядом».
«Всего в часе езды».
— Я не могла тебе этого сказать, Андре. Я не хотела выдавать тебе информацию, которая может привести тебя к смерти. Именно поэтому я без предупреждения уехала из аэропорта, но ты последовал за мной, и я подумала, возможно, если мы проведем время вместе, как когда-то, мне удастся тебя уговорить отказаться от мести.
Андреас едва мог дышать. Ноздри наполнились едким запахом дыма и обжигающим жаром. По телу бегали, потрескивая, сухие электрические разряды.
— Черт возьми, Клер, ты должна была сразу же мне об этом сказать. Я должен был это знать. И Ордену эта информация крайне важна.
— Я не хотела, чтобы моя кровная связь с Вильгельмом навлекла опасность на тебя или на кого-то еще.
В глазах Райхена запрыгали, туманя зрение, красные искры. Он отошел от Клер, пыша жаром и яростью.
— Клер, все это время ты одна подвергалась серьезной опасности. Если ты знаешь, что Рот в Бостоне, значит и ему известно, что ты рядом. Он мог прийти в этот дом в любую минуту.
— Но он не пришел, — тихо резюмировала у него за спиной Клер. — Я не могла тебе сказать, что знаю, где находится Вильгельм, только потому, что ты бы сразу бросился на его поиски. Ведь ты, Андреас, охвачен жаждой мести и не можешь обещать, что не потребуешь, чтобы я, пользуясь кровной связью, помогла тебе определить его точное местонахождение.
— Никогда, — резко произнес шокированный ее словами Райхен и повернулся к ней, дыша жаром. — Ни при каких обстоятельствах я бы не стал тебя использовать. Господи, разве ты этого не знаешь?
— Думаю, я не хочу убедиться в этом на практике, ответила Клер. — Андреас, пожалуйста, не злись на меня…
— Я не злюсь на тебя, я просто в бешенстве! — пророкотал Райхен, не в силах скрыть страх, сжавший его сердце. Его грудь тяжело вздымалась. Из глубин поднималось что-то ужасное: черное и бесконечно огромное, способное поглотить его целиком. И разрушительный жар неустанно разгорался все сильнее и сильнее, угрожая смести все сдерживающие преграды воли и рассудка. — Сейчас я не могу находиться рядом с тобой. Я вынужден уйти.
Андреас сделал шаг. Клер протянула к нему руку, чтобы удержать.
Он не успел предостеречь, почувствовав касание ее шальцев. Она вскрикнула от боли и отдернула руку, прижимая ее к груди.
«Господи, я обжег ее».
Вначале он ранил ее сердце, а вот сейчас причинил физическую боль. Именно этого он всегда боялся.
Райхен стремительно направился к двери.
— Андреас! — закричала ему вслед Клер.
Он не обернулся.
От бушевавшей в нем ярости тело превратилось в смертельно опасное оружие, он выскочил за дверь и спрыгнул с лестницы второго этажа прямо в фойе. Он слышал, как Клер вновь выкрикнула его имя, но он не остановился.
Сияя белым пламенем, заполнившим его тело, мозг, душу, Андреас ментальным импульсом распахнул входную дверь и вылетел, не оглядываясь, в темноту ночи, обдавшей его свежим холодным воздухом.
ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
Ему потребовался почти час, чтобы утихомирить пирокинетический огонь. Направляясь к дому, он все еще был зол на Клер, но, по крайней мере, обжечь ее уже не мог. Однако мог причинить боль, это он понял, когда увидел ее на пороге дома вместе с Рио, приехавшим за ними из Бостона. Воин обернулся.
— Ну вот видишь, — прозвучал его низкий чувственный баритон, терпко приправленный испанским акцентом. — Я же тебе говорил, что он вернется.
Рио улыбнулся и протянул Андреасу руку:
— Рад тебя видеть, дружище. — Шрамы, уродовавшие левую сторону его лица, практически исчезли.
— Взаимно, — ответил Андреас, коротко пожимая протянутую ладонь.
Вместе с Рио приехала рыжеволосая красавица Дилан, его Подруга по Крови. Она подошла к Андреасу и, приветствуя, поцеловала в щеку.
— Ты нас всех заставил немного поволноваться, — сказала Дилан.
