Но рукопись вся из органики: бумага из речного тростника, чернила из выделений речного головоногого. Поэтому рукопись перенесется на Землю. Она может пролежать долгие годы необнаруженная, пока солнце и дождь не уничтожат. Но я надеюсь, что этого не случится: я чувствую, что после столь удивительных приключений мой долг — сообщить о загадках и чудесах, которые я обнаружил в этом самом невероятном, самом ужасном и самом прекрасном из всех миров. Я буду следить за исчезновением рукописи со смешанными чувствами, которые мой читатель, если он у меня будет, может сам вообразить.
Ведь рукопись с рассказом о месяцах, проведенных здесь, надеюсь, достигнет Земли, а я — нет!
Один долг остался невыплаченным. Одно обязательство удерживает меня здесь.
Неделю назад я понял, что никогда не смогу отказаться от этого обязательства, когда с края черно-алых джунглей мы с Коджей и Лукором увидели зрелище, полное страшного безысходного ужаса.
И с того самого дня не могу забыть ужасное зрелище.
Ничего из случившегося после не стоит подробного описания. Мы, потеряв всякую надежду, отвернулись от этого зрелища и вернулись в Великий Кумулу. Несколько дней спустя мы встретились с охотничьим отрядом ку тад, народа Дарлуны. Вначале нам угрожала смерть, потому что на этой планете джунглей каждый встречный — враг. Но мы рассказали, что сопровождали принцессу Дарлуну в бегстве, что мы ее друзья и защитники, и золотой народ принял нас радушно. Предводитель ку тад, дядя Дарлуны Яррак, думал, что ее убил какой-нибудь зверь в джунглях.
Так мы объединились с изгнанными ку тад. Узнав о моем желании отыскать Ворота Между Мирами, они проводили меня к ним, потому что хорошо знают все тропы и пути в джунглях. И вот я нашел то, что так искал, нашел тогда, когда не могу ими воспользоваться.
Яррак сам опечален; но он добр ко мне. Он заставил меня рассказать об увиденном нами ужасном зрелище, хоть мне и не хотелось его описывать. Зная теперь то, что знаю я, он понимает, почему я не могу повторить свой сверхъестественный волшебный полет между мирами к своей родной планете.
Я прикован к этой планете, пока не узнаю правду. Пока не узнаю окончательно судьбу принцессы Дарлуны, жива ли она или ее прекрасное молодое тело давно в объятиях смерти.
Никогда не забуду того ужасного момента, когда рядом с Коджей и Лукором, выйдя из джунглей, увидел широкую плодородную равнину, на которой возвышался город, окруженный могучими каменными стенами.
— Это Шондакор, — своим невыразительным металлическим голосом сказал Коджа.
Шондакор!
Я с удивлением смотрел на великолепный город… на высокие башни, прекрасные дома и дворцы, широкие ровные бульвары, на сооружения сложной и изысканной архитектуры, украшенные оскаленными мордами, резными фронтонами, спиральными колоннами и длинными аркадами. Бледным золотом сверкал Шондакор под ярким сиянием рассвета, его колоссальные здания отражались в широкой реке, которая протекала под его могучими стенами, — это река Аджанд.
Через эту широкую реку вел узкий каменный мост.
Лукор, горестно вскрикнув, схватил меня за руку.
— Смотри! — воскликнул он. — Это…
Я взглянул и почувствовал, как в сердце вспыхнула огромная радость. Потому что она жива, не убита в джунглях каким-нибудь чудовищем, рыщущим хищником, — она жива!
Я видел, как Дарлуна с пламенеющей гривой, летящей по ветру, как алое знамя, едет верхом по мосту к мрачным воротам под охраной вооруженных низкорослых смуглых солдат в кожаных куртках, украшенных изображением рогатого черепа с красными пламенеющими глазами.
И сердце мое, которое взлетело на крыльях радостной надежды, упало во тьму отчаяния.
Потому что это были воины Чак Юл — Черного Легиона!
И я бессильно смотрел, как женщина, которую я люблю больше жизни, беспомощной пленницей входит в ворота крепости своего смертельного врага.
Ворота закрылись за ней со зловещим звоном. И я больше не видел ее…[13]
ЧЕРНЫЙ ЛЕГИОН КАЛЛИСТО
Вступление
5 января 1970 года был понедельник; утром я отправился в город, чтобы обсудить с моим агентом Генри Моррисоном новый контракт и навестить одного из моих издателей. Выехал я рано и потому, завершив все свои дела, вскоре после ланча вернулся домой, на Лонг-Айленд. Моя жена Ноэль встретила меня у входа.
— Угадай, кто звонил? — спросила она взволнованно.
— Спрег?
— Нет, — Гэри Хойт.
— Гэри Хойт! — удивленно воскликнул я. — Откуда он звонил? Я и не знал, что он в Штатах.
Ноэль улыбнулась.
— Вообще-то он в Штатах всего около часа, — объяснила она. — Он позвонил примерно в два, сказал, что только что прилетел в Кеннеди. Я знала, что тебе захочется поговорить с ним, и пригласила его на обед.
Откровенно говоря, на всем земном шаре вряд ли бы нашелся человек, с кем бы мне так хотелось поговорить. Гэри Хойт! С ним была связана судьба искателя приключений по имени Джонатан Эндрю Дарк, который в начале марта 1969 года пропал в джунглях Камбоджи. Читатель, наверное, помнит и удивительную историю с рукописью Дарка, которая попала ко мне именно от майора военно-воздушных сил Хойта.
— Отлично! Но что он делает до обеда? Мы могли бы предоставить ему китайскую комнату. Долго он будет в городе?
— Всего день-два, — ответила жена. — Он заказал номер в Челси на Манхэттене. Вот его телефон…
* * *
У писателей обычно множество друзей, с которыми они никогда не встречались: это читатели, которым так понравилась книга, что они не могут удержаться, чтобы заочно не засвидетельствовать этого. Так завязывается переписка, и автор и читатель становятся друзьями, не встречаясь при этом лично. Так я познакомился и с майором Хойтом. Ранее я обменялся с Хойтом несколькими письмами и между прочим сообщил ему, что собираюсь напечатать «Джандара с Каллисто». И вот наконец мы встретимся. Я предвкушал интересную беседу. Возможно, он сможет рассеять мои сомнения, что же в самом деле представляет собой сочинение Дарка — правду или вымысел? Все это время я так и не смог разрешить эту загадку. В беседе с астрономами Хейденского планетария я выяснил, что на Каллисто не может быть атмосферы, как это описано в рукописи. Конечно, Каллисто — один из самых больших спутников в Солнечной системе, но все же он гораздо меньше нашей планеты и потому не может иметь тяготение, почти равное земному. Специалисты Хейденского планетария на этот счет высказались совершенно определенно, они обратили мое внимание на то, сколь невелика сила тяжести, которую испытали наши астронавты на поверхности Луны, а ведь диаметр Луны всего на шестьсот семь миль меньше диаметра Каллисто. Герои «Аполлона-11» обнаружили сухой пустынный мир, абсолютно лишенный атмосферы, за исключением незначительных следов таких непригодных для дыхания газов, как ксенон и криптон; этот мир пропечен ничем не сдерживаемыми свирепыми лучами Солнца, он проморожен лунными ночами, и сила тяжести там составляет лишь небольшую часть земной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
