Читаем без скачивания Одиночный Дозор - Людмила Макарова

– От лица Дневного Дозора я уполномочен предъявить тебе обвинение в укрывательстве Темного Иного, совершившего деяние, которое могло нанести делу Тьмы существенный урон, – непререкаемым тоном объявил он.

И куда только делись обычная вальяжность и откровенное пренебрежение официальными формулировками, которыми так бравировал дозорный Андрей Старков.

– Никита Сурнин, я предлагаю тебе добровольно проследовать со мной в офис Дневного Дозора для дачи объяснений.

– Позже, Андрей, я спешу.

– Немедленно! – категорично предложил Темный маг и, дернув инфернальную тварь, вместе с ней шагнул в Сумрак.

Противостоять ему в Сумраке сейчас было равносильно самоубийству, оставаться на реальном слое – еще хуже, если учесть, с какой скоростью будет двигаться противник и какую силу обретут его заклятия.

Никита вздохнул и сделал шаг в тень. Погибать – так в родной стихии.

Первый слой. Никаких признаков Темного. Старков надеялся, что, шагнув следом в глубину Сумрака, раненый Светлый маг потеряет остатки сил, превратившись в легкую добычу. К сожалению, небезосновательно. Плотная, как театральный занавес, вторая тень облепила Никиту, обтекла со всех сторон и схлынула, едва не утащив в небытие. Он еле удержался на ногах.

– Почему? – шепотом спросил он у своего врага.

В царстве трех лун, опустившихся на исходе ночи к самому горизонту, гарцевал лоснящийся черный кентавр. Почти красивый, если бы не узловатые суставы, горбоносая, как у тапира, рожа, полированные рога и пурпурно-красные глаза, совсем не характерные для благородного существа, с детства знакомого по книжке «Мифы Древней Греции».

– Что почему? – переспросил кентавр.

На массивной цепи он удерживал косматого волка размером с теленка. Ошейник сверкнул острыми пиками встопорщенных пластин. Зверь оскалился, прижал уши. Помнится, когда Никита тащил Малявина через второй слой Сумрака, того немилосердно корежило. А сейчас – ничего. Вон как раздуло на дармовой черной магии, которой его накачал Старков.

– Почему Тьма, Андрей?

– Несвоевременный вопрос. Тебе не кажется?

Изо рта кентавра клубами вырывался то ли пар, то ли дым. Может быть, на третьем слое он становился огнедышащим? Жаль, не узнать.

– Другого раза у меня не будет.

Никита перевел выразительный взгляд с Темного дозорного на оборотня. Малявину уже было все равно, на кого бросаться. Старков выбил из него душу, растоптал жалкие остатки личности и зарядил слепой яростью. Волчище взрыкивал и привставал на задних лапах, не обращая внимания на ошейник, калечивший шею. В приоткрытой пасти пузырилась белая пена.

– Верно.

Хозяин склонился к волку и указал искореженной Сумраком дланью на Никиту, едва державшегося на ногах:

– Вот твое помилование стоит. Разорвешь Светлого дозорного, я подумаю, что можно сделать.

– Не верь, Леха, – посоветовал Сурнин. – Он хочет твоей смерти, чтобы концы в воду.

Но ничего не соображавший Малявин вздыбил шерсть и напружинился, изготавливаясь к прыжку. «Хороша многоходовка, – успел подумать Никита. – Спятивший Алексей Малявин сначала загрыз актрису, потом бегал по городу, чудил, под конец нарвался на Светлого дозорного, и они погибли в поединке. Оба! Андрей проследит».

– Никогда не играй в карты, – вдруг тихо сказал дымящий Тьмой кентавр, подмигнул Светлому Дозорному пурпурно-красным глазом и спустил волка с поводка.

Все-таки он ответил… Плохо, видимо, обстояли дела с задушевными разговорами в Дневном Дозоре. Ни с кем не пооткровенничаешь на такие темы. Ну что за дискредитация идей Темной стороны, в самом деле! В случае если дело получит серьезную огласку, все прихлебатели Тьмы и все сочувствующие и колеблющиеся узнают, что один из самых успешных ее адептов избрал этот Великий Путь не добровольно, а под давлением кое-каких жизненных обстоятельств. Проще говоря, согласился на инициацию, запутавшись по молодости в карточных долгах и испугавшись родительского гнева… Руководство за такую антирекламу по головке не погладит.

Волк прыгнул.

Не успел Никита глазом моргнуть, как из-за его плеча, содрогая пространство, вырвалась ослепительная жаркая комета. Приглушенные краски второго слоя Сумрака на миг расцвели в полную силу, превратив искаженные строения в фантастические декорации. Раскаленный болид сшиб волка на лету, оборотень взорвался в воздухе рыжим пламенем, рухнул и покатился по прохладной земле, разбрызгивая огненные искры и распространяя вокруг запах паленой шерсти и плоти.

«Файербол!» – запоздало догадался Никита, тупо уставившись на обугленный волчий труп.

После ночи, проведенной на грани жизни и смерти и ведьмовской ворожбы, соображал он не слишком быстро. Прямо скажем – медленно соображал. В руках Андрея Старкова, извиваясь, взметнулась вверх «плеть Шааба» и, раскручиваясь, точно лассо ковбоя, наливалась Силой и Тьмой. А Сурнин, ослепленный вспышкой, еще только-только приходил к выводу, что, во-первых, все еще жив. А во-вторых, такой файербол, размером с глобус, установленный в Политехническом музее, должен бы принадлежать очень сильному Иному, скорее всего Светлому.

– Ночной Дозор!

Точно. Светлый.

– Никита, назад!

Раскаленная «плеть» изогнулась в воздухе, молнией хлестнула по земле и, едва не зацепив замешкавшегося Сурнина, располосовала тяжелый «щит» воина Света, закованного в броню боевых заклинаний. Никита едва смог различить очертания человеческой фигуры сквозь нестерпимое сияние. Что там за этим сиянием – кольчуга? Доспехи? «Щит», принявший страшный удар, взорвался фонтаном искр и неожиданно воспарил над головой Сурнина. Полуторный меч в руке воина описал сверкающий круг. Да кто это такой вообще?!

Старков узнал противника первым.

– Зря ты вернулся в город, Эдвард! За те годы, что ты провел в изгнании, здесь многое изменилось. Тебе не наверстать упущенное.

«Басоргин!» – ахнул Никита.

– В чем обвиняется наш сотрудник? – сухо осведомился Эдуард Карлович откуда-то из-под белоснежной брони.

– В нарушении Великого Договора, разумеется. Ты не представился по всей форме, дозорный. Я могу игнорировать любой твой вопрос.

Сказано было очень грозно, но бросаться заклинаниями в ненавистного Светлого мага демонический кентавр не спешил. С наскока у него не слишком получилось.

– Уходи, Никита.

– Но…

– Уходи сейчас же!

Сурнин принялся сдирать с себя двухслойную тяжелую тень.

– Ты тоже не представился, четвероногий. Как на грех, позабыл я в изгнании, как тебя звать. В последний раз, когда мы встречались, ты, помнится, еще в стажерах хаживал.

Вот так! Светлые тоже кое-чего могут! Взбешенный кентавр, выведенный из себя, взвился на дыбы. Приглушенные краски Сумрака заиграли, заискрились и испуганно выцвели почти добела. За спиной Сурнина схлестнулись потоки магии, и практически равные по силам противники провалились на третий слой.

Никита выскочил на дорогу, петляющую между домами, и почти не глядя метнул «тройной ключ» в неряшливого парня, который как раз садился за руль помятой «лады калины». Все равно, какая машина, лишь бы на ходу, все равно, какой водитель…

– Извини, мужик, мне правда очень надо!

– Что за вопрос, братан! А ну-ка, Лелька, давай пешком. Видишь, не могу я тебя отвезти.

– Меня – не можешь, а его запросто?! Опять за свое! Значит, все, что я вчера тебе говорила, все, что ты мне обещал, – все псу под хвост?! Опять со своими дружками… У-у, пьянь поганая! Да я к тебе в машину вообще больше никогда не сяду! Побрезгую!

Никита не слушал. Светлое заклинание, направленное на водителя, прибавило в мире Тьмы, коршуном закружившей вокруг пергидрольно выбеленной женской головки. Никита заставил себя не увидеть эту Тьму. Оттолкнув крашеную блондинку, которая сыпала проклятиями и яростно пинала «калину» по переднему колесу, он плюхнулся на сиденье рядом с водилой.

– Поехали! Интернет у тебя есть?

– Угу, в телефоне.

– Давай!

Отлично! Телефон в руках – осталось решить, кому звоним. Или пишем. И вообще звоним кому-нибудь или нет?

Если бы с сумеречным кентавром сцепился Саша Спешилов, а ему на помощь мчались боевые маги, это означало бы, что дозорный Спешилов нашел Никиту, используя веками обкатанные приемы оперативной работы. Благо, на кладбище Сурнин наследил. И от его хитроумной маскировки ничего не осталось. Андрею Старкову, который рубился сейчас в глубинах сумрака со Светлым Иным, понадобились считаные часы, чтобы изловить оборотня, оставшегося без покровителя, и вычислить Никиту. И логично было бы предположить, что именно Саша сделает то же самое, будучи оперативником сил Света. А вот и нет! Ни с того ни с сего на выручку Сурнину в лице Басоргина явился «офис». Более чем странно.