Подъезжая к дому, карета замедлила ход. Джейсон самоуничижительно улыбнулся. Он ступил на путь, который никогда бы не выбрал по собственной воле. Однако, учитывая, что от конечного результата зависит его будущая спокойная жизнь, три недели не такая уж и высокая цена.
Для Ленор эти недели прошли в постоянном водовороте событий. Сплошные визиты и посещения всевозможных балов, званых ужинов и раутов. Обязательное появление в Олмаке принесло огромное разочарование, голые, почти без мебели, комнаты и еда, которую Ленор решительно заклеймила словом «скудная». В череду светских мероприятий втиснулась и теплая встреча с Эмилией, кузина согласилась стать подружкой невесты и также была представлена мадам Лафарж. Две примерки свадебного платья и еще одного — темно-бордового дорожного платья строгого покроя, предназначенного для переезда после свадьбы, — и все в последнюю неделю. Единственным островком спокойствия было время, проводимое с Эверсли.
Ее с самого начала удивляло, с каким усердием он за ней ухаживает, прилежно сопровождает их с леди Агатой на каждый прием, постоянно возит на прогулки по парку, приглашает в театр, посмотреть на игру знаменитого Кина, всегда оказывается рядом, что бы ни случилось. Кроме того, устроил для нее вылазки на природу, за что она испытывала благодарности гораздо больше, чем выказала. Они побывали и в Ричмонд-парке[16], и во многих других прекрасных местах. Он устроил ей экскурсию по Лондону, а после осмотра главных достопримечательностей они побывали в соборе Святого Павла и погуляли по зеленым аллеям вдоль речных берегов.
Обескураженная постоянной заботой и ощущая защищенность от одного его присутствия, Ленор упомянула о его поведении леди Агате. Но наставница от нее отмахнулась:
— Совсем неудивительно. Джейсон никогда не был дураком.
Эти загадочные слова ничуть не облегчили внутренней настороженности Ленор, напротив, оно возрастало с каждым днем вместе с осознанием, что ее страхи перед браком вот-вот материализуются.
Не успела она смириться с судьбой, как внезапно наступил канун свадьбы.
Со времени бала у леди Этлбридж прошло ровно три недели. В неярком свете луны Джейсон прогуливался по балкону епископского дворца в Солсбери. Оглядываясь на прошедшие недели, он радовался, что помолвка завершается. Наконец-то останется позади неопределенность, заставлявшая его постоянно приглядывать за Ленор, не упускать ее из виду, проводить как можно больше времени в ее обществе. Ради этого он задействовал все ресурсы и даже посылал Моггса на поиски путеводителя. Его восхищение Ленор значительно выросло. Он уже знал, что она была права, когда говорила, что лондонская жизнь едва ли придется ей по душе, он в этом убедился. Бросалась в глаза разница между ее откровенной радостью, когда они находились вдалеке от городской суеты, и выражением признательности за балы и приемы. Однако даже его проницательные глаза не смогли отыскать ни малейшей трещинки на гладком фасаде, что она позволяла увидеть миру. Она вела себя безукоризненно. Поэтому он буквально смаковал крохотные изменения, которые она, оставшись с ним наедине и немного сдвинув маску, позволяла себе.
Джейсон улыбнулся и поднял глаза к небу, мерцающие звезды напоминали бриллианты на черном бархате. Он в долгу перед тетей Агатой. И не в последнюю очередь за то, что она никак не прокомментировала его старомодную склонность проводить все время в компании невесты. Фредерик же, разумеется, считал, что он совершенно свихнулся.
Впереди из темноты выступил край балкона. Джейсон оперся на перила и вздохнул. Слева, за отблесками городских фонарей, еле видно мерцал Эшби-Лодж, пристанище кузена Сирила. Там остановились обитатели Лестер-Холла, а сегодня включая и саму Ленор, которая решила провести последнюю ночь под одной крышей с отцом.
Завтра они с помпой пройдут традиционную свадебную церемонию Монтгомери. Город переполняли представители светского общества, как и предсказывала тетя Агата, ради свадьбы они съехались со всех уголков страны. Свадебный завтрак будет здесь же под неусыпным оком Генри, а потом они с Ленор отправятся в аббатство.
Джейсон выпрямился и с улыбкой подумал о будущем. Он не жалел о потерянной свободе, не колебался, лишь чувствовал острое нетерпение, чтобы все поскорее случилось. Он бросил последний взгляд на дом, где спала его невеста, без сомнения, в закрытой ночной рубашке с длинными рукавами. «Завтра в это время на ней будет совсем иной наряд», — подумал он, усмехнулся и вернулся в дом.
Его вполне устраивало, как обернулась судьба. Не совсем так, как он надеялся, но гораздо лучше, чем ожидал.
Ровное покачивание экипажа и плотный ужин привели Ленор в приятно-дремотное состояние. Она с сонным удовлетворением вспоминала прошедшую свадьбу. Событие знаменательное уже потому, что она совершенно не занималась его устроительством. Конечно, в основном ее мнением интересовались и леди Агата, и Джек, и даже Эверсли. Последний, впрочем, с такой преувеличенной заботой, что она поджимала губы. Основная подготовка легла на плечи Агаты и верного Комптона, аккуратного, серьезного мужчину средних лет, чьи очки в золотой оправе не позволяли судить об его истинных способностях. Ленор с самого начала лишь подчинялась их указаниям — новый и странно приятный для нее опыт. Когда подошло время церемонии, она смогла свободно ею насладиться. Подводили, впрочем, разгулявшиеся нервы, когда шла по проходу с Джеком под руку. Присутствующие восторженно зашептались об ее платье, епископ слегка нахмурился. Ленор этого почти не заметила, все ее внимание было сосредоточено на будущем муже. Он стоял у ступеней, высокий и статный. Рядом с ним находился Фредерик Маршалл — приятная гармония со свадебной ролью Эмилии. Джек вверил руку Ленор заботам Эверсли, и у нее задрожали пальцы. Но рука герцога твердо и успокаивающе накрыла ее своей рукой. С этой минуты все пошло без сучка без задоринки.
Ленор расслабленно зевнула. За весь день у нее был только один ответственный момент, не считая самой свадьбы, — когда, стоя на ступеньках кареты в окружении поздравляющих, она бросила свадебный букет в намеченную цель. Она чуть не попала им в голову Эмилии, но кузина, к счастью, его поймала. Ленор удовлетворенно улыбнулась, вспоминая, как она смущенно покраснела и засияла и как склонился к ней с поздравлениями Фредерик Маршалл.
Карета катилась по дороге, ровный конский топот перевел ее мысли в другое русло. И карета, и обе лошади были свадебным подарком ее мужа. Она скосила на него глаза. Джейсон полулежал рядом на светло-зеленом кожаном сиденье, длинные ноги вытянуты, руки сложены на животе, голова опустилась на грудь, глаза закрыты. Ленор про себя усмехнулась и обвела взглядом салон, отмечая блестящие медные ручки, бархатные подушки и занавески на окнах. Ей вспомнились завистливые взгляды светских красавиц. Мало у кого были мужья, способные на такие экстравагантные подарки; дарить бриллианты много ума не надо, а вот личную карету и лошадей — это действительно требует работы мысли. Она улыбнулась, с нежностью глядя на спящего супруга. Затем снова уставилась на проносящийся за окном пейзаж. Интересно, долго ли еще до аббатства? Солнце уже начинало обратный путь за горизонт.
