Желая отвлечься, она мысленно прошлась по списку членов семьи Монтгомери, с которыми ей вот-вот предстояло познакомиться. Спасибо Агате, она сумела выучить основных родственников. Не понаслышке зная тетушек Джейсона, она имела некоторые сомнения насчет социальных различий, с которыми предстояло сегодня столкнуться. Кроме того, существовала иная проблема, созданная ею самой, которая дополнительно нервировала.
Верный своему слову, Эверсли действительно повез ее в парк на прогулку, вооруженный копией списка гостей, где значилось три сотни имен. Она пожалела несчастного Комптона, которому пришлось переписать его менее чем за сутки. По предложению Агаты Ленор ограничилась друзьями семьи, включенными в список, и оставила на потом разъяснение семейных связей. Присланный утром подарок от герцога и ее застенчивое выражение благодарности сгладили оставшуюся неловкость.
Подарок совсем ее озадачил. Они с леди Агатой как раз вернулись из удачного похода по магазинам — шляпки, перчатки, туфельки и сапожки отняли у нее практически все утро, не оставив времени на размышления о несправедливом поступке жениха. Вернулись и обнаружили, что в их отсутствие Хигсону доставили адресованный Ленор сверток. Сорвав обертку, она нашла внутри полусапожки из мягкой козлиной кожи — темно-красные, под цвет мантильи. И такие же перчатки, но уже из свиной кожи. Довершала подарок соломенная шляпка с длинными вишневыми лентами. И никакой карточки.
Агата восторженно причитала.
Какие бы сомнения насчет личности дарителя Ленор ни терзали, когда она примерила сапожки в своей комнате, они тут же развеялись — идеально по ноге.
Тренчер захихикала, но потом призналась, что вчера вечером на кухню заглядывал один человек по имени Моггс, который, как известно, работает на Эверсли. И он интересовался размером ее обуви.
Произошедшее произвело на Ленор глубокое впечатление. Ей стало не по себе от мысли, что Эверсли перевернул чуть ли не весь Лондон или, скорее, полночи не отставал от бедного сапожника только ради того, чтобы она не сердилась. А в ответ на ее благодарность он лишь коротко отмахнулся, будто его усилия ничего не стоили. Очень и очень странно.
Всю дневную прогулку Ленор не сводила глаз с секретарских каракулей и бомбардировала герцога вопросами. Несмотря на определенное сопротивление с его стороны, ей все же удалось выудить удовлетворительное количество ответов.
Впереди показались яркие огни Пикадилли. Ленор плотнее завернулась в плащ, стараясь подавить нервную дрожь.
Десять минут спустя они остановились у дома Этлбриджей на Беркли-сквер. Джейсон выбрался из кареты, помог выйти своей тетушке, а потом и невесте. Когда Ленор спускалась по ступенькам, ее плащ чуть приоткрылся, острый взгляд герцога успел ухватить проблеск чего-то серебристо-зеленоватого. Он сжал губы и мысленно понадеялся, что Лафарж не изменила своим высоким стандартам. После своего промаха со списком он не нашел бы в себе храбрости возражать, даже если бы Ленор надела передник.
Прижимая ее руку к своему рукаву, он почувствовал, как дрожат ее пальцы. Джейсон поймал испуганный взгляд и успокаивающе улыбнулся, стараясь избавиться от воспоминаний о тех чувствах, что накрыли его накануне в парке.
Ожидая, пока им откроют, он вспоминал, как Ленор благодарила его за подарок, с какой непривычной нежностью улыбнулась. В этот момент его потрясла мысль, что своих любовниц он постоянно осыпал бриллиантами, а невесте подарил всего лишь сапожки.
Наконец они оказались в холле, наступил момент открытий.
Ленор внезапно одолела застенчивость, и она позволила Джейсону снять с нее бархатный плащ. Стараясь выглядеть уверенно, поправила юбки, высоко подняла голову и посмотрела на леди Агату.
Глаза пожилой дамы одобрительно засияли.
— Ты выглядишь великолепно, дорогая, — кивнула она, качнув пером на тюрбане. — Верно, Эверсли?
Последняя фраза явно являла собой попытку вернуть племяннику дар речи. Агата глянула на него, но тот не отрывал взгляда от невесты.
Ленор и сама это чувствовала. Эверсли ничего не говорил, но она ощущала, как его взгляд скользит по ее плечам, широкому вырезу платья, проходится по груди и полупрозрачным юбкам до самого пола; узкие и длинные, они подчеркивали ее рост и стройность. Ее щеки медленно окрасил румянец. Ленор в отчаянии задергала пышные манжеты длинных, обтягивающих рукавов.
Осознав, что таращится на будущую жену, как мальчишка, Джейсон попытался что-то сказать, но безуспешно, и он откашлялся.
— Вы выглядите… изумительно, дорогая.
Услышав этот странный, хрипловатый голос, Ленор посмотрела ему в глаза, ей понравилось, что она в них увидела. Потом он улыбнулся, и ее от головы до самых пальчиков пронзила сладкая дрожь.
— Войдем? — Джейсон предложил ей руку, не в силах оторвать взгляда.
Серебристо-зеленый шелк струился при каждом движении, облегая женственные формы. Платье закрывало больше, чем те, что он заказывал, но странным образом выглядело даже более соблазнительным, дразня воображение тем, что за ним скрывалось.
Ленор чувствовала пьянящую радость. Касаясь пальцами его шелкового рукава, она ощущала, что вся поет от восторга, ей удалось зажечь его серебристые глаза огнем. От восторга у нее перехватило дыхание. Они шли рядом, стройные и высокие, женская грациозность идеально дополняла мужскую силу.
Джейсон и Ленор неторопливо вошли в большую гостиную, и все разом замолчали.
Гости широко раскрытыми глазами проводили их до самого камина, у которого стояла хозяйка дома, величественная леди Этлбридж, звезда вечера.
К облегчению Ленор, Эверсли постоянно находился рядом, отвергая все попытки — иногда легкие, иногда совсем нет — увести его тем или иным образом. Когда у нее не получалось что-то или кого-то вспомнить, он тут же подсказывал, если в ее знаниях случались пробелы, терпеливо просвещал, согревая очаровательной улыбкой.
Как только они оказывались поблизости от его тетушек, Эверсли тут же становился чопорным и несколько напряженным, отчего Ленор заключила, что пожилые леди для него были главным источником беспокойства. Очень интересное наблюдение. Тот факт, что она с ними знакома, раскрылся после разговора с леди Экингтон, самой грозной и непредсказуемой из всех.
— Они вас знают, не так ли? — негромко поинтересовался герцог.
Ленор удивленно распахнула глаза.
— Я думала, вы знаете, — пробормотала она и улыбнулась одной из его кузин, которая проходила мимо. — Они давние подруги тети Гарриет и часто приезжают в Лестер-Холл. Я знаю ваших тетушек лет с двенадцати или около того.
