Отложив в сторону очередную подписанную бумажку, Георг взял следующую, после чего устало вздохнул и, осмотрев заваленный документами стол, глянул на время. Обед. Обычно он ел в обеденном зале, выделяя на сам обед и отдых после него два часа, но вот уже месяц как от такой практики пришлось отказаться — два часа, как выяснилось, слишком расточительно. Помассировав переносицу, Георг нажал на кнопку селектора.
— Несите обед, — произнес он и, не дожидаясь ответа, поднялся из-за стола, потом, подумав, вновь нажал на кнопку: — Кто там на очереди?
— Лорд Кавендиш, ваше величество, — ответил секретарь.
— Зови, — велел Георг, после чего все же вышел из-за стола и направился в сторону отдельно стоящего столика с двумя креслами.
Урезать пришлось не только время на обед, но и количество блюд. Все равно все не съедается, а ритуалом королевского обеда — когда огромный стол заставляется всевозможными блюдами просто потому, что у короля должен быть достойный его положения выбор — можно и пренебречь.
— Ваше величество, — поприветствовал вошедший в кабинет лорд-адмирал Великобритании.
— Садись, — мотнул Георг головой в сторону свободного кресла. — С чем пришел?
— С результатами дуэли Аматэру и Церингена, — ответил Кавендиш.
Георг напрягся. Подобную информацию должен принести кто-нибудь из разведки или МИДа, но никак не член правящего кабинета страны. Понятно, что Кавендиш хотел выделиться, но с ерундовой информацией этого не сделаешь, а раз так… Вариантов того, что произошло, немного — за несколько секунд правитель страны успел насчитать их пять.
— Только не говори, что Патриарх победил, — произнес Георг.
— Так и есть, ваше величество, — кивнул Кавендиш, успевший к тому времени сесть в кресло напротив государя.
В этот момент дверь открылась, и один из самых доверенных людей Георга, его секретарь, закатил в помещение тележку с обедом, что дало хозяину кабинета время на обдумывание новой информации.
— Я так понимаю, — сказал Георг, пока секретарь расставлял еду на столе, — ты и видео этого поединка принес?
Он кивнул на планшет в руках Кавендиша.
— Вы, как всегда, правы, ваше величество, — ответил тот.
— Ну давай, — вздохнул Георг. — Показывай.
Сначала Кавендиш просто поставил планшет на стол, предварительно включив воспроизведение видео, но после того, как ролик закончился, Георг взял планшет в руки и запустил видео по новой. А потом еще раз. И еще.
— Бред какой-то, — пробормотал он, отмотав запись на несколько секунд назад, чтобы еще раз увидеть заинтересовавший его момент. — Это что, телепортация?
Он посмотрел на Кавендиша.
— Мои аналитики считают, — ответил тот, — что это краткосрочное ускорение. В ином случае он бы не стал обходить щит немца, а просто телепортировался сквозь него.
— И правда… — согласился Георг, продолжая смотреть запись боя. — Ты уже прикинул, какие артефакты использовал Патриарх?
— Кхм, — прокашлялся Кавендиш. — По условиям дуэли участники не могли ими пользоваться. Даже Церингены не рискнули бы, а уж про Аматэру и говорить нечего, они не пошли бы на нарушение своего слова. Но… да, примерное представление, какими артефактами можно добиться подобных результатов, у нас есть.
— Церингены… — произнес тихо Георг. — Хех, а Аматэру хитрец — никто и никогда не посмеет заявить, во всяком случае, публично, что он нарушил условие дуэли. Судья же из Кояма был? — глянул он на Кавендиша. — Из Кояма. А эти его не выдали бы. Только в чем смысл, я не понимаю. Зачем Аматэру подобная афера?
— Как мне кажется, — осторожно сказал Кавендиш, — смысл как раз в том, что это не афера.
— Патриарх уровня Учителя? — вскинул брови Георг, после чего замер, обдумывая эту версию.
— Сильного Учителя, — уточнил Кавендиш. — Аматэру всему миру показали, что это возможно, и у них такой Патриарх есть.
— Более высокий шанс на рождение будущего Виртуоза, — пробормотал Георг. — Если это какая-то методика или система тренировок, то они сильно рискуют: информацию наверняка попытаются добыть. Даже если придется объявить им войну. Хотя нет. Патриархи не настолько частое явление, чтобы начинать ради такого войну.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Помимо усиления влияния, — произнес Кавендиш, — Аматэру показали еще и то, что организовать покушения на главу их рода становится гораздо сложнее.
— Это да, — согласился Георг. — В этом случае даже сила второстепенна — мы ведь толком и не знаем, на что он способен. Например, это его ускорение… Ты можешь дать гарантию, что это не телепортация? Гарантируешь, что он просто не показал то, что хотел показать? А его скорость? Вот попробуй докажи мне, что он не сдерживался.
— В этом случае Патриарха надо сравнивать с Мастером, а не с Учителем, — заметил Кавендиш.
— Если это не артефакты, — усмехнулся Георг, — то молодой Аматэру преодолел общепринятый уровень Патриархов. Он уже сделал то, что считалось невозможным. Так какая теперь разница, насколько сильнее он стал? Как по мне, уровень силы Патриархов теперь лишь условность, и сравнивать их с рангами пользователей бахира нелепо. Аматэру может быть как на уровне Учителя, так и на уровне Виртуоза. Вся известная нам информация о Патриархах стала… оказалась под сомнением. Теперь мы ничего о них не знаем.
— Я бы не был так категоричен, ваше величество… — начал Кавендиш, но был прерван звонком телефона.
Поднявшись из кресла, Георг вернулся к рабочему столу, на котором лежал зазвонивший мобильник. На нем были и рабочие контакты, но позвонить эти люди могли только в самых крайних случаях — в основном этот номер использовался теми немногими родственниками, которым Георг доверил.
— Здравствуйте, Гарри… Тетушка? — произнес он, после чего нахмурился. — Успокойтесь, тетушка. Я ничего не по… Так. Так. Что?! Как умер? Но он же…
На понимание ситуации у Георга ушло немного времени, а вот чтобы успокоить родственницу — не полностью, а дабы можно было завершить разговор, ушло минут пять. Положив наконец мобильник на стол, Георг вернулся к лорду-адмиралу.
— Ваше величество? — произнес тот с вопросительной интонацией.
— Алдер умер, — вздохнул Георг, усаживаясь в кресло. Старик был одним из тех, кто всегда его поддерживал. Всегда стоял на его стороне. Даже когда половина родственников хотела убить тогда еще принца. — Сердечный приступ. Теперь Патриарх есть только у Японии.
* * *
То, что произошло на арене Дакисюро, удивило всех. В разной степени, но всех. Кто-то был шокирован, кто-то просто удивлен. Мнения также разделились. Однако самые умные из зрителей прекрасно понимали, что стали свидетелями того, как на их глазах был сломан один из основополагающих законов мира. Вряд ли теперь кто-то сможет без сомнения утверждать, что Патриархи слабее Учителей. Более это не было догмой. Кто-то после дуэли поехал домой, но большинство все же отправилось в парк, им нужно было не только обдумать произошедшее, но и посмотреть, как на это реагируют другие. Да и свое мнение выразить.
— Это в любом случае были артефакты, — ворчал глава рода Сюнтэн. — Не может человечество ошибаться так долго.
— И зачем это Аматэру? — спросил его сын и наследник рода. — То есть понятно зачем, но подобный обман ведь слишком рискован. Пусть не сейчас, но когда-нибудь их раскроют. Слишком уж резонансное событие. Такое не забудется.
— Это же Аматэру, — хмыкнул презрительно глава рода. — Сам знаешь, насколько они наглые. Наверняка думают, что с легкостью скроют свой обман.
— Ну не знаю… — протянул с сомнением наследник. — Всему есть предел, в том числе и наглости. А ты и вовсе говоришь скорее о самомнении.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Наглые, самовлюбленные уроды с огромным самомнением, — тихо произнес глава рода. — В чем я был не прав?
— Ты, конечно, во всем прав, — согласился наследник и стрельнул по сторонам глазами. На всякий случай — слова отца были слишком опасными. — Но дураками Аматэру никогда не были.
— Когда-нибудь они должны ошибиться, — хмыкнул глава рода. — Надеюсь, я доживу до того момента, когда сегодняшняя афера выйдет им боком.
