Каким-то образом, между смехом и поцелуями и признанием ее мечтаний мистер Эндрю Хантер превратился в принца.
Что он сделал не так?
Хантер пересек бальный зал, чтобы открыть окно. Ему нужен был воздух, и выпивка, и, возможно, хороший подзатыльник. О чем он, черт возьми, думал?
Он все спланировал, спланировал в соответствии со своей целью, а его целью было напомнить себе и Кейт, кто определяет, как будут развиваться их отношения.
Небольшая экскурсия в бальный зал, беспристрастное — хотя и запоздалое — задействование шарма и тщательно подобранный подарок — все это было сделано для того, чтобы обвести Кейт вокруг пальца и заманить ее в свои объятия.
Поцелуй был также тщательно продуман. Полный контроль с его стороны и иллюзия контроля — с ее, так же, как и в музыкальной комнате. В музыкальной комнате все прошло гладко.
Что, черт возьми, произошло здесь?
Она удивилась тому, что он посчитал количество дверей, вот что случилось. Она все испортила, очаровав его. И потом, она так искренне обрадовалась часам, что заставила его радоваться за нее, вместо того чтобы похвалить себя за то, что додумался преподнести такой подарок.
А потом она попросила его пнуть что-нибудь.
А потом он целовал ее.
А потом уже она целовала его. И вот тут все пошло к черту. Он чуть не уложил ее на пол. Нет, не в этом была проблема. Проблема была в том, что он чуть не позволил Кейт уложить его на пол. Если бы это исходило от него — если бы он контролировал ситуацию, — он бы не прервал поцелуй. Но это исходило не от него — он не планировал доставить своей будущей жене удовольствия брачного ложа на полу бального зала. И не он контролировал ситуацию, причем он не просто потерял контроль — он передал его Кейт, как передал ей часы.
Возьмите. Они вам пригодятся, я думаю.
Передавать контроль Кейт совсем не входило в его планы. Он потер ребром ладони свою грудь, пытаясь снять напряжение, причиной которого он упрямо отказывался признавать беспокойство.
Очевидно, нужен план получше, такой, какой поможет управлять предпочтениями леди Кейт Коул.
Умелый стратег понимает, когда следует сменить тактику. И любой стратег, который вследствие прикосновения девушки чуть не рухнул вместе с ней на пол, поймет, что необходимо соблюдать некоторую дистанцию. День в городе в одиночестве— вот что ему нужно. Целый день в одиночестве, чтобы оценить перспективу и продумать следующий шаг. Уит может понаблюдать за Кейт. Мистер Лори тоже, но издалека.
К вечеру следующего дня причиной дискомфорта в его груди будет всего лишь неприятное воспоминание.
15
Кейт постучала пером по столешнице письменного стола в своей комнате.
Целый такт пауза, а потом… Может, изменить тональность? Не будет ли этот переход слишком резким? Что, если ввести гобои? Нет, виолончели — колоритные, с низким и глухим звучанием. Нет. Нет, это было бы слишком слезливо. Она хотела, чтобы ощущалась печаль, но не отчаяние. Не так ли? Почему она не могла услышать это?
Возможно, это должны быть гобои…
— Кейт, ты идешь?
Кейт подняла глаза и увидела Мирабель, стоявшую в дверном проеме.
— Иду? Э…
— Ты собиралась попить чаю со мной и Лиззи после обеда.
— О да, конечно. Извини, Мирабель, я потеряла счет времени.
Мирабель показала на горы бумаг на столе:
— Значит, дело движется?
— Сначала так и было. — Она вздохнула и отложила перо. — А сейчас все застопорилось. Это симфония. Как раз в середине третьей части недостает отрывка. Я не могу его сочинить.
— Если ты откажешься от чая и перекусишь здесь, я пойму.
Кейт покачала головой и встала, чтобы пойти с Мирабель.
— Нет, я предпочитаю чай головной боли. Надо прерываться — это пойдет на пользу.
Если прерваться не означает думать о Хантере. Вчера она только и думала об этом мужчине и своей сильной привязанности к нему. Словосочетание «сильная привязанность» — единственное, что приходило на ум, когда она пыталась описать то, что чувствовала к нему. К ее смятению, ничего другого часы размышлений ей не принесли. Она не имела ни малейшего понятия, что делать с этой сильной привязанностью и даже нужно ли вообще что-нибудь делать. Ну да, она была уверена, что должна что-нибудь делать, но что, как и когда…
— Поторапливайся, служанка! — раздался из-за открытой двери в конце коридора резкий голос мисс Уиллори.
Мирабель нахмурилась:
— Ужасная женщина. Несомненно, обижает какую-нибудь бедную служанку.
— Я что, целый день должна ждать тебя?! — выкрикнула мисс Уиллори.
— Вы не ждете, — прозвучало в ответ. — Вы ходите.
Встревоженные Кейт и Мирабель переглянулись. Конечно, это не могла быть Лиззи.
Мисс Уиллори вышла в коридор и бросила сердитый взгляд через плечо:
— Что ты сказала, служанка?
Лиззи вышла за ней, неся в руках огромную стопку книг.
— Ничего.
— Ничего, мисс! — выкрикнула мисс Уиллори. Это не имело ничего общего со слащавым тоном, который она приберегала для людей своего положения. — Наглое маленькое чудовище. Я не могу понять, почему леди Кейт держит тебя при себе, такую глупую.
Какое бы сочувствие у Кейт ни вызывало бедственное положение мисс Уиллори, оно немедленно и полностью испарилось. Она открыла рот, чтобы высказать резкий упрек, но Мирабель опередила ее:
— Оставайся на месте, Лиззи.
Мирабель пронеслась мимо Кейт, выхватила стопку книг из рук Лиззи и сунула их мисс Уиллори. Той ничего не оставалось, кроме как держать их, иначе они бы упали ей на ноги.
— Мисс Браунинг, что…
— Леди Терстон.
— О да, конечно. — Мисс Уиллори изо всех сил пыталась не уронить книги. — Я не знаю, почему я не могу запомнить.
— Потому что вы эгоистичная, испорченная и чрезвычайно злобная особа, Мэри Джейн Уиллори, вот почему. — Она проигнорировала то, что мисс Уиллори открыла рот, намереваясь что-то сказать, и продолжила ледяным тоном: — И поскольку вы, по всей видимости, не способны придерживаться даже элементарных норм поведения в моем присутствии и в отношении служанки моего мужа, вас больше не рады видеть в Хэлдон-холле, какова бы ни была причина визита. Я ясно выразилась?
Мисс Уиллори округлила глаза. Изгнание из Хэлдона означало то, что она не попадет на один из самых модных приемов года. Это не было смертельно для надежд и амбиций мисс Уиллори, но это была тяжелая рана.
— Вы не можете этого сделать. Вы… Вы… Вы…
— Леди Кейт, мисс Уиллори, кажется, все еще затрудняется вспомнить, кто я такая. Не будете ли вы так любезны напомнить ей?
— О, с удовольствием! — Кейт заложила руки за спину и глубоко вдохнула. — Мирабель Коул, графиня Терстон и хозяйка Хэлдон-холла, городского дома Терстонов, Холли Тэррис, замка Хартрайт, Фрайертон…
