Мое жестокое отношение к ней и хроническое недоверие привели к необратимым последствиям.
Теперь Лиля видит во мне главную опасность. И будет бежать от меня сломя голову.
В ее глазах я больше не цербер, а злейший враг. Мне в лепешку разбиться придется, чтобы убедить ее в обратном.
Глава 29
Лиля
Делаю глоток горячего черного чая без сахара, потому что после перелета тошнит так, что ничего больше пить и есть не могу.
Спохватываюсь, вспомнив, что не включила телефон после перелета. Надо будет папе позвонить. Наверное. Хотя там цербер…
Зажимаю кнопку, пока дисплей не загорится. Пустым взглядом изучаю входящие. Пропущенные звонки, смс… От Артура. Пару секунд размышляю, что делать, а потом выделяю все и удаляю, так и не прочитав. Мне и так плохо – не хватит нервов на его очередные упреки и угрозы. Не сомневаюсь, что в тексте именно они. По-другому Мейер не умеет общаться.
- И что ты ответила ему? – продолжает Алиса «допрос с пристрастием».
Я была настолько разбита, когда приехала к подруге, что расплакалась, как только переступила порог ее дома. Беременность сделала меня чересчур чувствительной. А цербер подлил масла в огонь.
И вот я сижу на кухне Загорских, пью чай вперемешку с собственными слезами и буквально горю от обиды и жалости к себе.
- Ничего, - пожимаю плечами. – Согласилась. А рано утром уехала. Что ему говорить, если он сам все решил, - тру раскрасневшийся нос.
- Ну, о диагнозе, например, - аккуратно тянет подруга. – Или о том, что деньги тебе его не нужны. Послала бы его к черту, в конце концов, - фыркает она, сорвавшись.
- Я устала, не хотела ругаться, - вздыхаю. – Поэтому промолчала.
- Понимаю, - кивает и двигает ко мне тарелку с бутербродами, а я кривлюсь. – Однако мужчины часто очевидного не замечают. Намеками с ними говорить бесполезно, а молчать – тем более.
- Алиса! Ты вообще на чьей стороне? – едва не вскрикиваю я.
На мой голос реагируют двойняшки Вика и Витя. Прибегают из гостиной и настороженно изучают меня. Маленькие копии своих родителей: девочка рыженькая, как Алиса, а мальчик темненький, весь в Стаса. Улыбаюсь кнопкам, подзываю их к себе.
- Теть Лиля плачет? – участливо лепечет Вика, устраиваясь на моих коленях.
- Обидели? - рядом молча садится Витя, не сводя с меня черных глаз. Треплю его по макушке, а потом чмокаю обоих.
Понимаю, что очень соскучилась по детям подруги за эти месяцы. И вот я опять разреветься готова, с новой силой. Ох уж эти гормоны!
- Нет, все хорошо, просто чай горячий, обожглась, - вру я.
- А нам мама водой холодной разбавляет, - хором заявляют двойняшки и укоризненно смотрят на Алису.
- Так, что я вам говорила? Не вмешиваться в разговоры взрослых! - строго отчитывает детей подруга, а сама улыбку еле сдерживает. – Возвращайтесь в игровую, - указывает на выход. - Мы с Лилей все обсудим. Папу дождемся. А потом в парк пойдем. Все вместе, - хочу возразить, но Алиса, отругав детей, переключается на меня. – Тебе гулять надо больше, свежим воздухом дышать. Ты вообще бледная слишком, - хмурится.
Нехотя отпускаю кнопочек и, дождавшись, пока они покинут кухню, признаюсь тихо:
- Гемоглобин низкий. Я ведь только узнала, что беременна. А потом вот… Артур, - всхлипываю.
- Ясно… О ребенке думай! – приказывает подруга, а я киваю послушно. – Артур твой сам все поймет и прибежит еще.
- Вряд ли, - веду пальчиком по ободку чашки.
- Не руби с плеча. Стас вообще три года бесплодным себя считал, пока наши кнопочки у меня росли. И даже когда их увидел, и когда я правду сказала, «расследования» какие-то еще проводил, - цокает недовольно. – Так что…
- Зато детей у тебя забрать не угрожал, - сжимаю губы.
Но больше не плачу. Наоборот, злюсь. На Артура. Стоит лишь вспомнить, как он деньги мне за ребенка предлагал, так сразу буря в душе поднимается.
Алиса наблюдает за моими эмоциональными всплесками, открывает рот, чтобы успокоить в очередной раз, но не успевает.
- Лиля уже приехала? – доносится голос Стаса, и тут же на пороге появляется его мощная фигура. - В общем, так. Ребенка он у тебя не заберет…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мрачно зыркаю на Алису: я же просила никому не говорить ничего! А она головой качает отрицательно, пожимает плечами.
Тем временем прибегают кнопочки, забыв о «наставлении» мамы, и буквально повисают у Стаса на шее, тарахтят что-то так быстро, что разобрать ни слова не могу. Но папа их понимает. Или делает вид. Отвечает что-то, обнимает, в носики целует, отчего двойняшки смешно морщатся.
Загорский отправляет их играть, а сам приближается к нам.
- Стас, подслушивать нехорошо, - язвит Алиса, но тут же чмокает мужа в щеку, пока двойняшки топчутся на пороге, не желая далеко от папки уходить.
- В смысле? – вопросительно смотрит на жену и голову набок наклоняет. – Мейер и Врагов созванивались днем. Артур тебя ищет, - кивает в мою сторону, а во мне надежда глупая просыпается. – Говорит, «украла у него кое-что», - прищуривается зло, и от этой фразы у меня внутри что-то обрывается.
- Цербер, - бросаю разочарованно, а сама непроизвольно руки на животе складываю. Словно защищаюсь.
Стас скидывает пиджак, рукава рубашки закатывает, достает из кухонного шкафчика турку и пачку зерен арабики. Как ни в чем не бывало продолжает разговор, занимаясь приготовлением кофе.
- В общем, закон на стороне матери, вы и не женаты, так что Мейеру ничего не светит. Я проконсультировался. Мои адвокаты его в два счета разобьют в пух и прах. А мы «поможем». Его максимум - воскресный папа, и то потрудиться придется. Будет знать, как наших девчонок обижать, - добавляет ядовито. - Можем ему и в бизнесе воздух перекрыть, пусть валит в свою Австрию…
- Не надо ему ничего перекрывать, - отзываюсь незамедлительно и вздрагиваю, толкнув локтем кружку и расплескав чай по столу. Стас оборачивается, с подозрением сканирует меня. – У них бизнес с отцом общий, - лепечу в свое оправдание и принимаюсь вытирать мокрые пятна салфетками.
Чувствую на себе пристальный взгляд Алисы, слышу ее приглушенное покашливание.
- Что ж, - выдает она, наконец. – Завтра в клинику поедешь, - произносит тоном, не терпящим возражений. – На осмотр. Ты же как раз хотела на учет становиться. Если не собираешься на юг возвращаться…
- Нет-нет, - отчаянно машу головой, а самой так горько от этой мысли. Но мне там делать больше нечего.
- Тогда запишу тебя к своему врачу, он профи, - подмигивает мне по-дружески. – Только сама съездишь. Водителя тебе дадим. Да, Стас? – он кивает, не оглядываясь. - Мне просто в офис завтра надо, у Стаса встреча с китайцами.
- Тебе не обязательно… - пытается возразить Загорский.
Алиса рассказывала, что у них бывают стычки по поводу работы в компании. Стас давно хочет освободить жену от должности, но она не намерена сидеть дома.
И все-таки они милые, даже когда ссорятся.
- Обязательно! - огрызается подруга. - Не начинай. Я буду работать, как и раньше, - и переводит внимание на меня. - Все, решено!
Вздыхаю тяжело и отвлекаюсь на галдящих рядом кнопочек. С появлением Стаса они стали и вовсе неуправляемыми, так что Алиса даже не пытается их усмирить. Позволяет пообщаться с папой.
А я невольно уношусь мыслями к бусинке Софи. Как она там?..
***
Артур
- Няня приедет через полчаса и останется с вами круглосуточно. Она знает график Софи, сама накормит, поиграет, позанимается. Ты лишь присмотри немного, - не замечаю, как перехожу на командный тон. По привычке. – Пожалуйста, - спотыкаюсь о холодный взгляд друга.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Михаил кивает, опускается на диван и жестом подзывает к себе Софи. Малышка садиться к нему на колени, прижимается щечкой к груди – и на меня поглядывает виновато.
Да уж, напортачили мы с ней вдвоем. Когда Лиля все время рядом была, принимали как должное. А теперь…
