и фертильных аборигенов, привить им талант к магии…
«И вот такому ты позволяешь существовать в своём мирке, Вендуа? Меня не убедят оправдания о том, что ты этого не одобряешь. Ахегаум — твоё детище, полностью находящееся в твоей власти. Если ты даёшь здешним жителям достаточно свободы, чтобы провернуть подобное, то вся ответственность лежит на тебе! Как и любое светлое божество, ты просто очередная лицемерная дрянь. Ненавижу… Как же я тебя ненавижу, Вендуа,» — думала Эш, пока блондинка спокойным голосом рассказывала о работе человеческой фермы.
Наконец, экскурсия была закончена и сопровождающая отвела Эш обратно в бункер, после чего провела к главному дрессировщику, Мэту. Тот отдыхал, плавая в бассейне.
— Господин Мэт, по приказу хозяина я привела вам вашу новую помощницу, — сказала блондинка.
Мужчина остановился, подплыл к бортику, и взглянув на девушек снизу-вверх, ухмыльнулся и сказал:
— А, Эш. У меня как раз есть чем тебя занять. Но сначала нужно немного подкорректировать тебе внешность…
«Дерьмо,» — подумала брюнетка.
— Как прикажете, господина Мэт, — произнесли губы Эш, после чего сложились в улыбку.
Глава 19
После последних данных, которые Энтрумия получила через установленную в Эш магическую закладку, администратор решила, что пора действовать. Уже одной только человеческой фермы, где игроки разводили аборигенов как скот под свои нужды, было достаточно, чтобы потребовать у Вендуа чрезвычайных полномочий и развоплотить всех причастных к созданию этого. Но хуже всего было не это. Хуже всего было то, что игроки каким-то образом смогли так долго скрывать столь вопиющее нарушение правил и от Системы, и от самой Энтрумии.
Да, игрокам специально были оставлены лазейки, позволявшие до определённой степени нарушать правила. Сделано это было по прямому приказу Вендуа, в котором никто не решался усомниться. Но каждый администратор с определённой периодичностью проверял свои этажи, сканируя их божественным взором, чтобы игроки уж слишком сильно не заигрывались и не нашли какие-то новые лазейки, которые уже позволят им избегать внимания администраторов по-настоящему. И вот последнее, судя по всему, и произошло.
Потому что всё свидетельствовало о том, что этот подземный город со всем наполнявшим его дерьмом существовал во время нескольких последних сканов двенадцатого этажа Энтрумией. И чем больше богиня-паучиха анализировала ситуацию и проверяла различные гипотезы, тем паршивее ей становилось. Потому что без установленной в Эш закладки она не видела подземный город. Вернее видела, но не могла туда заглянуть, постоянно на что-то отвлекаясь. Даже сейчас, когда была полностью сосредоточена на нём. Её восприятие обманывали. Восприятие богини кто-то ОБМАНЫВАЛ, на её собственной территории. Система тоже молчала. Сколько бы Энтрумия не посылала запросы, протесты, не скармливала полученные через Эш данные — всё было без толку. Система тоже словно не видела того, что происходило в подземном городе. И тогда Энтрумия решилась на крайние меры. Она созвала совет администраторов, отправив им всю собранную информацию, и заодно обратилась к самой Вендуа.
Ждать пришлось недолго. Всего через пару мгновений Энтрумия очутилась на небольшой светящейся платформе посреди бесконечной черноты, освещённой светом далёких звёзд. Это была всего лишь иллюзия, а не настоящий космос — одна из декораций, которые Вендуа любила использовать для аудиенций. Остальные девять администраторов Ахегаума находились на таких же платформах, образовывавших круг. В центре этого круга висел светящийся золотой шар — минималистичное воплощение самой Вендуа.
— Информация, полученная Энтрумией крайне тревожна, — начала Вендуа, — Кто-то нашёл способ скрываться от внимания Системы и администраторов внутри Ахегаума, и это точно не могли быть игроки сами по себе.
— Тогда кто? — спросил Хакуон.
Этот администратор выглядел как простой человеческий мужчина и без своей ауры не сошёл бы не то, что за младшего бога, но и вообще хоть за сколько-то приличного разумного. Физическое воплощение Хакуона представляло из себя лохматого худого брюнета, с совершенно обычным усталым лицом, одетого в белую майку, и чёрные шаровары. Хакуон лежал на диване, являвшемся частью его аватара, вытянув босые ноги и закинув руки за голову, демонстрируя Вендуа и остальным администраторам свои волосатые подмышки.
— Пока не знаю, — ответила Вендуа, — Но мы сейчас обязательно это выясним. Заморозьте время в Ахегауме и проведите полную проверку каждого этажа и каждого живого существа. Я буду действовать вместе с вами. Мы найдём виновников и выясним в чём дело, даже если придётся разобрать Ахегаум на мельчайшие куски и собрать его заново.
Боги замерли. Взгляды аватаров стали пустыми, тела прекратили имитировать даже дыхание. Вслед за ними замер и Ахегаум. Обитатели мира-башни ничего не почувствовали, ведь для них время замерло, а вместе с ним замерли и их разумы, которыми они воспринимали окружающую реальность. А одиннадцать богов между тем скользили взглядами по каждому закоулку Ахегаума, находя всё больше и больше белых пятен, в которые им что-то мешало заглянуть.
И тогда Вендуа и администраторы вошли туда силой, перенеся свои аватары в Ахегаум. Сама реальность загудела, прогнулась и затрещала по швам от одновременного вторжения одиннадцати богов в план смертных. Но покуда время было заморожено, бояться было нечего. Ахегаум был создан так, чтобы при необходимости суметь выдержать одновременное появление полноценных воплощений всех администраторов и самой Вендуа.
Боги перемещались с этажа на этаж, от одного белого пятна к другому, разбирали материю на атомы и расщепляли магические структуры до чистой маны, а затем собирали вновь, тщательно анализируя каждый элемент. Залезали в разум каждого живого существа в Ахегауме, прокручивая перед собой все их воспоминания, словно проживая жизнь каждого обитателя мира-башни. Разбирали и собирали заново тела подозреваемых, залезали в их души, читали все логи Системы с момента сотворения Ахегаума и непрерывно обменивались друг с другом всей полученной информацией…
Наконец, аватары администраторов в иллюзорном пространстве, стилизованном под космос, снова ожили. Задвигали телами, в их глаза вернулась жизнь. Ожил и аватар Вендуа, начавший неспешно пульсировать. Ожил всего на мгновение, чтобы замереть снова. Хоть время и было остановлено в Ахегауме, за его пределами оно продолжало идти, и богиня желала убедиться, что в её владениях не произошло ничего экстраординарного пока она тут возилась. Администраторы, прекрасно понимая важность этого дела, спокойно ждали, пока Вендуа закончит.
Наконец, убедившись, что ничего важного и впрямь не случилось, Вендуа вернула своё внимание к администраторам Ахегаума.
— Итак… Мы нашли виновных, — сказала Тэнтэрия, — Что будем делать теперь?
— Мы должны объявить войну этому ублюдку, Хору! — закричал Багнум.
Этот администратор представлял из себя довольно странный гибрид
