– Так какого же исхода вы ожидаете, мистер Джонс?
– Надеюсь, мне удастся уговорить Венецию выйти за меня замуж по-настоящему.
На лице Беатрис выразилось удивление. Она внимательно всмотрелась в лицо молодого человека.
– Вы серьезно, сэр?
– Да. – Он слегка улыбнулся. – Пожелаете мне удачи, мадам?
С минуту она молча смотрела на него.
– Думаю, да, – проговорила она наконец. – Вам она понадобится. Венеция не слишком доверяет мужчинам. К сожалению, в этом виноват отец. Она очень сильно любила его, а он ее. Он любил всех детей, но все же… мистер Милтон вел двойную жизнь. Семье пришлось дорого заплатить за его ложь.
– Я понимаю.
Эдвард подошел поближе к туалетному столику, чтобы посмотреть, как Гейбриел завязывает галстук.
– Венеция запретила говорить вам, что она сегодня наденет, потому что это будет сюрприз. Но она не предупреждала, что вы сами можете попробовать догадаться.
– Давай попробуем. – Гейбриел вставил в манжету черную с золотом запонку. – Она решила надеть платье другого цвета, помимо черного?
Эдвард смутился. Его лицо просветлело.
– В ее наряде есть кое-что черное.
– Но не все?
Эдвард с хитрым видом покачал головой.
– А еще в нем присутствует другой цвет.
– Зеленый?
– Нет.
– Синий?
Эдвард захихикал.
– Нет.
– Красный?
Эдвард повалился на кровать в приступе смеха.
– Вы никогда не догадаетесь, сэр.
– В таком случае я оставлю попытки и лучше испытаю потрясение. – Гейбриел отвернулся от зеркала и взял со стула фрак и цилиндр. – Готов?
– Да, сэр.
Эдвард подлетел к двери, распахнул ее и бросился вниз по лестнице. Гейбриел стал спускаться медленным шагом, наслаждаясь предвкушением долгого вечера впереди. Конечно, они с Венецией всего лишь собираются обсудить миссис Розалинду Флеминг с каким-то знакомым Харроу. И не было смысла сейчас отрицать, что впереди у них еще много загадок и опасностей. Но Гейбриел радовался, что проведет много времени в карете наедине с Венецией, которая по такому случаю даже купила новое платье. При мысли об этом у молодого человека учащенно забилось сердце.
Спустившись по лестнице, он обнаружил в холле Амелию с Эдвардом. В воздухе царило нетерпеливое ожидание. Парочка то и дело бросала хитрые взгляды на Гейбриела.
«В этой семье мастерски умеют хранить секреты», – с улыбкой подумал Гейбриел. Но, очевидно, тайна нового платья Венеции оказалась для Амелии с Эдвардом просто непосильной.
– Ко входу уже подъехала карета, – раздался с лестницы голос Беатрис. – Венеция, дорогая, пора ехать.
– Я готова, тетя Беатрис, – крикнула из комнаты Венеция.
Гейбриел услышал на лестнице ее шаги. Он успел, правда, отметить некие странные звуки, которые она издавала при ходьбе.
– Добрый вечер, мистер Джонс. – Она окинула его одобрительным взглядом с ног до головы. – Должна отметить, у вас замечательный портной.
Гейбриел остро ощущал, как Эдвард с Амелией затаили дыхание, ожидая его реакции на наряд сестры.
Он осмотрел ее так же внимательно, как и она его, отметив отличный покрой черных брюк, белой льняной сорочки, галстука и черного фрака.
– Вы должны подсказать мне имя своего портного, миссис Джонс, – проговорил он. – Боюсь, он еще талантливее моего.
Венеция рассмеялась.
– Едем, сэр. Уже сгущаются сумерки.
Она надела цилиндр на темный парик с короткими волосами, ловко крутанула в руках трость и преодолела последние несколько ступенек.
Миссис Тренч вышла из кухни, вытирая руки о фартук. При виде Венеции она неодобрительно покачала головой.
– Вы снова за свое! – сурово произнесла она. – Думала, что теперь, когда в доме появился мужчина, вы больше не будете совершать подобных глупостей.
Эдвард бросился открывать входную дверь. Венеция вышла и спустилась по ступенькам к ожидавшей карете.
Гейбриел направился следом за ней.
– Вы были потрясены, сэр? – живо поинтересовался Эдвард.
– Что мне особенно нравится в твоей сестре, так это то, что она никогда не перестает меня удивлять, – сказал Гейбриел.
Дверь закрылась, но Гейбриел еще долго слышал приглушенный смех Эдварда с Амелией.
Глава 27
– Примите мои поздравления, мистер Джонс, – сказала Венеция. – Вы отлично справились с потрясением. Боюсь, правда, Эдвард с Амелией испытали разочарование, когда вы не упали в обморок при виде женщины в мужском платье.
Гейбриел откинулся на подушки в углу сиденья и посмотрел на Венецию. Она сидела напротив него. Лампы в карете были приглушены, окутывая пассажиров полумраком.
– Отличная маскировка, – отозвался он. – Тебе даже удалось каким-то образом изменить походку. Волосы хорошо спрятаны под париком. Но замаскировать свой запах тебе не удастся. Я узнаю тебя где угодно, когда угодно, в самую непроглядную ночь.
– Но я нанесла специальный мужской одеколон.
Он улыбнулся.
– В моей памяти запечатлелся вовсе не одеколон. Это твой собственный аромат. И он очень-очень женственный.
Венеция нахмурилась.
– Уверена, раньше никто не догадывался, что я женщина, когда надевала этот наряд.
– И часто ты наряжаешься мужчиной?
– Это было всего два раза, – призналась она. – Костюм принадлежит Харроу. Он подогнал его специально под мою фигуру. Он еще купил парик и постриг его так, чтобы мне шло.
– Тебе очень идет мужское платье. Но зачем тебе понадобилось одеваться мужчиной сегодня вечером?
– Мы встретимся с Харроу и его другом в клубе. Если бы я появилась на пороге в женском платье, меня бы не пустили. Ты же знаешь, какие нравы царят в мужских клубах.
Гейбриел, конечно, не был шокирован ее познаниями, но все же удивился.
– Ты уже бывала в этом клубе?
– Да, однажды, – уклончиво ответила она. – Когда я надевала костюм во второй раз, мы с Харроу ходили в театр, а потом в ресторан на поздний ужин. – Она улыбнулась. – В такие заведения уважающие себя женщины не ходят, но опыт был очень познавательным.
– Ты таким образом развлекаешься?
– Для меня это интересное приключение, – отозвалась Венеция. – Знаешь, насколько по-другому выглядит мир, когда ты живешь в нем по мужским законам?
– Я как-то не задумывался над этим.
– Женщина в мужском обличье пользуется куда большей свободой. Дело не только в одежде. Хотя, можешь мне поверить, брюки и пиджак намного меньше стесняют движение, чем даже самое легкое летнее платье. В такой одежде можно спокойно бегать. А ты когда-нибудь пробовал бегать в длинном платье?
– Такого опыта у меня не было.
– Поверь мне, это очень сложно. Юбки и панталоны такие тяжелые! Ноги в них путаются. И ты даже представить не можешь, насколько мешает при беге даже самый маленький турнюр.
