23. Неожиданные последствия
Казалось, его тело окаменело ещё больше, если такое, вообще, было возможно. Медленно, очень медленно, словно, давая мне возможность передумать, ирлинг обернулся в кольце моих рук и пронзительно заглянул в глаза, будто, спрашивая, не послышалось ли ему?
В его взгляде было столько надежды, что я не стала его мучить. Сама подняла ладонь, уверенно коснувшись кончиками пальцев его обнажённой груди. Осторожно провела от ключицы до рельефного живота, наслаждаясь гладкостью кожи и тем, как подрагивали его мышцы от моих прикосновений.
А затем пришла моя очередь судорожно вдохнуть и прикрыть глаза, скрывая эмоции, когда его ладонь, наконец, взметнулась вверх и коснулась моей щеки, и, повторяя мои движения, заскользила вниз, едва касаясь и рассыпая толпы мурашек по моей коже. Дыхание сбилось, а ощущения, что я испытала в этот миг, были несравнимы ни с чем, что со мной случалось ранее.
Я чувствовала небывалый трепет, ничем необъяснимую нежность и то, как вспыхивает моё тело в местах его прикосновений. Ловила отголоски эмоций Рана и тонула в них, не имея возможности вынырнуть и вдохнуть раскалённый воздух. Остро, сладко, нереально!
- Поверить не могу, что ты мне не снишься, - внезапно прошептал ирлинг и, немного робея, коснулся моих губ своими.
Медленно, невесомо прошёлся языком, пробуя на вкус, смешивая наше дыхание. А затем - смелее, изучая, заставляя гореть и желать большего. Я вцепилась в его плечи, как в спасательный круг, и неистово отвечала, забыв обо всём на свете. Изучала его в ответ, наслаждаясь упругостью губ и бархатистостью языка, пила его тихие стоны, отдавая взамен свои…
Кровь всё быстрее неслась по венам, отключая мозг и пробуждая инстинкты. Не заметила, как прижалась к Рану теснее, впитывая теплоту этой близости, кутаясь в ауру его силы.
С тихим шорохом ирлинг распахнул крылья и укрыл меня ими, заключая в уютный кокон, а я вздрогнула от возбуждающе-нежного ощущения, что создавало прикосновение его мягких перьев к обнажённой коже. И когда только мы успели раздеться?! Впрочем, какая разница…
Подхватив меня на руки, мужчина в несколько шагов оказался у кровати, уложив меня на прохладное покрывало. Некоторое время он просто смотрел - жадно, горячо, неистово. Впитывал мой смущённый образ, позволяя рассмотреть себя в ответ.
И я не отказывала себе в этом удовольствии. Скользила взглядом по мощному развороту плеч, по чуть выпуклой, идеальной груди и твёрдому животу, на котором, помимо кубиков пресса, были отчётливо видны тонкие шрамы - следы давних сражений.
На руках Рана от напряжения вздулись вены, а на лбу и шее пульсировали жилки. Его идеальный, ровный член с блестящей розовой головкой подрагивал от нетерпения в полной боевой готовности, тяжело покачиваясь при малейшем движении.
И я не смогла сдержать свой порыв - села на край кровати и, не дав Рану отступить, притянула его к себе поближе, касаясь бархатистой кожи губами, пробуя на вкус. На миг застыла, оглушённая волной эмоций, что плеснула на меня от мужчины, а затем, чувствуя, что сама просто сгораю от возбуждения и страсти, заскользила губами и языком по восхитительно-твёрдой длине, вспоминая свой небогатый опыт и мельком увиденные кадры из фильмов.
Ещё никогда я не ощущала такой восхитительной власти над мужчиной, и никогда не чувствовала себя настолько зависимой одновременно. Пьянящий коктейль противоречивых эмоций - его, моих, наших - бил прямо в голову, лишая разума, заставляя плавиться от опаляющего желания, дикой потребности и горького страха, что всё это - лишь сладкий сон.
В какой-то момент Ран отстранился, одарив меня жгучим, чуть сумасшедшим взглядом, а в следующий миг уже у меня не осталось мыслей. Меня затопило волной его прикосновений, шквалом бушующих в груди эмоций и ураганом страсти, что буквально распластал меня по постели. Ещё никто и никогда не чувствовал меня так остро, так тонко, проводя по грани.
Связь пары тому виной или его вековой опыт, но мой ирлинг знал, куда надавить и где прикоснуться, чтобы вырвать очередной стон наслаждения из моей груди. Как целовать и ласкать, чтобы я молила о большем, забывая о гордости и воспитании. И беззастенчиво этим пользовался, доводя меня до исступления.
В миг, когда он наполнил меня до предела, я едва не потеряла сознание, рассыпавшись искрами оргазма уже через пару движений. А когда достиг пика Ран, разлетелась на осколки повторно, разделив его чувства по связи.
Снова вспомнив, как дышать, заглянула в бирюзовые глаза ирлинга и внезапно остро, до боли, до тремора в пальцах, захотела, чтобы он снова стал свободным. Чтобы вновь без страха парил в облаках, рассыпая миллионы бликов сверкающими на солнце крыльями. Чтобы купался в потоках воздуха, ласкающих чуть обветренную, покрытую шрамами кожу. Чтобы чувствовал всю безграничность мира и пьянящий аромат счастья. Мой белокрылый ангел…
Я украдкой коснулась металлических полосок на его запястьях, ненавидя за боль и разочарование, которые они дарили моему мужчине. В этот момент я так презирала всё, что они олицетворяли, что практически не удивилась, когда они осыпались жирным, чёрным пеплом, подчиняясь моему подсознательному желанию.
А вот чего я не ожидала, так это того, что Ран отшатнётся, посмотрев на меня безумным взглядом, и резко сядет на краю кровати, повернувшись ко мне спиной.
- Ран? - тихо позвала я, приглушив собственную радость от содеянного. - Я что-то сделала не так? Вроде нет… Мне же… Мне не показалось? Ты теперь свободен?!
