Читаем без скачивания Смертельные инвестиции - Хьелль Ола Даль

– Ваш муж дома?

Она встряхнулась. Поправила волосы, заплетенные сбоку в толстую косу с розовой лентой.

– Дома, – не сразу ответила она, открывая дверь пошире и пропуская его.

Из квартиры слышались голоса. Где-то работал телевизор.

Гунарстранна не спеша снял пальто, повесил его на вешалку, пропустил хозяйку вперед. Пусть предупредит мужа. Телевизор выключили, мать повела сынишку укладывать в постель. Из детской послышался ее приглушенный голос. Она читала мальчику на ночь.

Перед тем как войти, детектив поправил пиджак и причесал редкие волосы. Юаким Бьерке встал с кожаного дивана ему навстречу.

– Насколько я понимаю, особых успехов вы не добились! – язвительно, как и в прошлый раз, заметил он. – В чем дело?

Гунарстранна ответил не сразу. Инстинктивно вскинул руку, проверил время, улыбнулся. Привычка вошла в плоть и кровь.

– Кое-каких успехов мы все же добились. – Не дожидаясь приглашения, он сел на диван. Откинулся на спинку, закинул ногу на ногу, расслабился, огляделся. Квартира выглядела так же опрятно, как и раньше, хотя в ней жили три человека, в том числе маленький ребенок. Заметив на столе несколько буклетов агентств недвижимости, он кивнул в их сторону: – Собираетесь переезжать?

Игнорируя его вопрос, Бьерке сел и повторил позу Гунарстранны.

– Давайте к делу, – холодно сказал он.

«Ах ты, прыщ! – подумал Гунарстранна. – Противный надменный прыщ!» Он расплылся в приятнейшей улыбке.

– Меня интересуют ваши юридические разногласия с компанией «ПО партнерс».

– Вам-то что за дело?

– Насколько я понимаю, вы знали, где работала ваша соседка Рейдун Росендаль?

– Да, знал.

– Почему же вы в прошлый раз не рассказали о разногласиях, которые возникли у вас с ее руководством?

– Откуда мне знать, что наши разногласия могут как-то интересовать вас? Рейдун Росендаль была мелкой служащей. И потом, мы все равно отозвали иск.

Гунарстранна опустил тяжелые веки.

– Уверяю вас, ваши разногласия с «ПО партнерс» нас очень интересуют, – объявил он. – Но не это самое главное. Вы должны были с самого начала помогать нам, идти нам навстречу. Вы обязаны были рассказать о своих взаимоотношениях с «ПО партнерс», независимо от того, спрашивали вас о них или нет.

– Хотите обвинить меня в том, что я не шел вам навстречу?

– Хуже. Вы мешали ходу расследования.

Бьерке ответил не сразу; его губы снова скривились в презрительной улыбке.

– Вы являетесь ко мне без приглашения в воскресенье, на ночь глядя. Пытаетесь меня запугать? – Перестав улыбаться, он продолжал: – Да, я действительно начал процессуальные действия против «ПО партнерс».

Гунарстранна молча слушал молодого выскочку. Тот повторил, что позже отозвал иск и дело закрыли. Потом Бьерке встал и махнул рукой.

– Теперь вы узнали, что хотели. У вас есть еще вопросы?

Он нависал над инспектором, протянул руку, надменно намекая на то, что собирается его выпроводить. Интересно, подумал Гунарстранна, он в самом деле такой дурак или прикидывается? Запрокинул голову, чтобы лучше видеть самонадеянного придурка. Заметил, что, несмотря на молодость, у Бьерке уже есть морщины. Наверное, из-за того, что он вечно ходит с поджатыми губами… Нет! Он не дурак, а настоящий мешок с дерьмом. Придя к такому выводу, инспектор улыбнулся.

– Возможно, вам известно, что в квартиру этажом ниже проник взломщик, – сказал он.

– Да, знаю. В пятницу ночью. Я сам позвонил в полицию и сообщил об этом. Если бы вы работали как положено, вы бы об этом знали. И еще знали бы, что с меня хватит!

– Бьерке, вам не следует так плохо думать о нас.

Хозяин снова сел и вздохнул.

– Нам что, снова придется заниматься пустой болтовней? Позвольте напомнить, что я уже истратил целых два часа своего времени, потому что никак не мог дозвониться! Кстати, в тот день, когда я позвонил, почему-то никто не приехал. Вы предпочитаете беспокоить добропорядочных граждан, когда они уже ложатся спать! Или являетесь с утра пораньше, до того, как все встали! – Он подавил вздох. – На днях приходили два безмозглых придурка – ваши коллеги. Они записали все, что я им сказал.

– Откуда вам стало известно, что в квартиру этажом ниже проник вор?

– Повторяю, я дал показания. – Бьерке многозначительно посмотрел на часы. – Так что, если вас интересует кража со взломом, может быть, поговорим о ней потом, когда вы соизволите прочесть протоколы?

Гунарстранна не сдавался.

– Как вы поняли, что в квартиру этажом ниже кто-то влез?

– Если я отвечу, вы скорее уйдете?

– Как вы поняли, что в ту квартиру кто-то влез?

– Я увидел следы.

– Какие следы?

– Взломанный замок на двери.

– И больше ничего?

– И замок на воротах, конечно, тоже! Но давайте оставим это. Не вижу смысла продолжать разговор. Повторяю, ко мне приходили двое ваших коллег и, как это у вас называется, сняли с меня показания. Я рассказал им все. Если бы вы ознакомились с делом заранее, вы бы сэкономили налогоплательщикам несколько крон.

Гунарстранна невозмутимо продолжал, как будто ничего не слышал:

– Кое-что в этом взломе кажется мне странным. Видите ли, дверь в квартиру взломали небольшим ломиком или монтировкой, а замок от ворот, похоже, разбили о стену.

– И что тут странного?

– Все говорит о том, что действовал не профессионал, а дилетант. – Гунарстранна улыбнулся, как будто вдруг что-то вспомнил. – Дилетант, – повторил он. – Наши эксперты считают, что удары по воротам не особенно помогли бы взломщику. – Он подался вперед. – По мнению экспертов, когда взломщик пытался разбить коробку замка, ворота были уже открыты… Судя по всему, нас пытались сбить со следа. Очень неуклюже инсценировали взлом ворот, – заключил он.

– Хотите сказать, что никакого взлома на самом деле не было?

– Взломали только дверь в квартиру под вами – вы и сами ее видели. Но мы совсем не уверены, что то же самое можно сказать о воротах.

– Вы считаете, что взлома ворот не было?

– Да, такое у нас зародилось подозрение.

– На что вы намекаете, позвольте спросить?

– Я пытаюсь найти связь, вот и все. Почему вы умолчали об иске?

– Потому что к вам он не имеет никакого отношения.

– Я придерживаюсь несколько иной точки зрения. У инсценировки взлома существует лишь одно логическое объяснение. В квартиру этажом ниже проник человек, который вполне мог открыть ворота ключом, то есть кто-то из жильцов дома. – Инспектор помолчал. – Конечно, выбор у нас невелик.

– Вот именно, – буркнул Бьерке уже не так враждебно.

– Во всяком случае, вашему покорному слуге очень помогло то, что он вовремя навел кое-какие справки.

– Какие еще справки?

– Я узнал о взаимоотношениях одного бухгалтера из верхней Грюнерлёкки с Терье Энгельсвикеном.

Гунарстранна отлично видел, что Бьерке весь на нервах. Спина прямая, как палка; он положил руки на колени и чуть подался вперед – как будто сидел на унитазе. В детской воцарилась тишина. Инспектор повернул голову. Миа Бьерке стояла на пороге за спиной мужа. Сам Бьерке сидел неподвижно. Даже когда она села рядом, сдвинула колени и посмотрела на него. Лицо женщины побледнело. Муж ее как будто не замечал. Сидел и смотрел в одну точку.

Гунарстранна вежливо кивнул хозяйке. Симпатичная, но и ее лицо похоже на маску… «Не знаю, что тебе известно, – подумал он. – И не уверен, известно тебе что-нибудь или нет». И все же присутствие жены несколько смягчило мужа. Вместо надменного на его лице появилось усталое выражение. Бастионы рухнули. Ну держитесь, подумал Гунарстранна, сейчас грянет буря.

– Вы постоянно недооценивали нас, Бьерке, – обратился он к хозяину дома.

Тот молчал.

– Еще совсем недавно я собирался вас арестовать.

Хозяйка ахнула, закрыла рот рукой.

– С тактической точки зрения ваш арест стал бы очень полезным. Он на время умиротворил бы мое начальство и репортеров. – Гунарстранна не спешил.

Миа Бьерке во все глаза смотрела на мужа; тот отводил взгляд в сторону.

Инспектор заговорил снова:

– Иногда мы арестовываем тех, кто крутится на месте преступления. Но из-за того, что нам часто приходится их выпускать, мы всегда вначале все тщательно проверяем…

Муж и жена Бьерке переглядывались, переговариваясь без слов. Их отношения его не касались. Гунарстранна понимал, что находится в выигрышной позиции, и решил продолжать:

– Часто нам не удается поймать настоящего преступника. Мы не знаем, что он чувствует, узнав, что арестовали не того человека. Поэтому мы не знаем, когда он занервничает и начнет ошибаться… – Инспектор развел руками. – Зато репортеры получают козла отпущения и отыгрываются на нем по полной программе! Читатели узнают о нем всю подноготную… Что поделаешь, в наше время публика тоже требует хлеба и зрелищ!

Гунарстранна улыбнулся фарфоровыми зубами и подумал: как хорошо, что он один! Не нужно ни перед кем оправдываться за то, что он сейчас наговорил.