Откуда-то донеслось до сознания:
- Требуется переливание крови.
- Я готов дать свою, - не отрывая взгляда произнёс я.
- А вы знаете какая у неё группа?
- Нет, - я ничего о ней не знал.
- Отойди чёрт тебя дери, - меня грубо оттолкнули. - Срочно в реанимацию.
Её увезли, оставляя нас с Данилой в коридоре.
- Эта мразь заслужила смерти, психически-больной ублюдок, - сказал Данила.
- Он сдох?
- Да.
- Пусть горит в аду…
Мы провели целую вечность в ожидании. Время тянулось медленно и не было никаких новостей из операционной. Запах лекарств и вид серых больничных стен нервировали и добавляли страх. Мы корили себя в произошедшем. Это мы не уберегли её. Если она останется жива, всё измениться. Я больше не отпущу её. Мы будем любить и уважать Самиру. Господи только помоги…
В сумке Самиры зазвонил телефон. Звонок от Бронсона. Я принял вызов и нажал на громкую связь.
- Саммер, всё в порядке. Деньги переданы, пришлось переплатить за его разбитую башку, но всё в порядке, ты свободна, - радостно проговорил Бронсон. - Ау, ты дар речи от счастья потеряла?
- Бронс, это Ричард. Самира в реанимации. В неё стреляли.
- Вот мразь, мы же договорились.
- Это не он, это Пит.
- Твою мать… Какая больница? Я еду.
Лампа погасла, значит всё кончено, но каков результат. Из операционной вышел доктор, устало снимая маску.
- Как она? – встревоженно спросил Данила, подходя к врачу.
- Жить будет. Заштопали, - устало проговорил доктор. - Пуля задела кишечник, но теперь там всё в порядке. Надеюсь утром уже сможете с ней поговорить, - он усмехнулся. – Вы наверно Данила и Ричард.
- Да, - в недоумении ответил я.
- Ну я так и понял. Вы с ней помягче, никаких порок пока она не придёт в норму.
- Она что-то сказала? – спросил Данила, а он хмыкнул.
- Я думаю вам будет неловко это слышать, впрочем, как и нам, - к нему присоединились врачи и они пошли по коридору обсуждая операцию.
- Я больше никогда не причиню ей боль.
- Я тоже…
Самира
- Кит, два «Банановых сплита» за третий столик, - я указала официанту на посетителей.
- Будет сделано, мэм.
- Коди, приберись здесь, посмотри посыпка разлетелась, - сказала я и пошла в кабинет, прихватив с собой булочку и чай.
- Держи, - я поставила перед Рози угощение и села напротив.
- Мам, у меня здесь не сходиться, посмотри пока, - она подала мне тетрадь по математике, а сама принялась пить чай.
- Да тут же всё просто, только следует хорошенько подумать. Давай ешь, и я тебе всё объясню.
- Хорошо, мам, - она откусила булочку с корицей, а я в очередной раз посмотрела на дочку и улыбнулась. Чужих детей не бывает, после того как моя жизнь пошла на лад, и я смогла открыть свою маленькую пекарню, то твёрдо решила, что хочу ребёнка. В приюте сказали, что на младенцев большая очередь, а вот взрослых детей никто не хочет забирать. Мне казалось это несправедливо и когда показали детей, мой взгляд сразу остановился на ней. Рози сидела в углу и играла в куклы. Её можно было принять за мальчика, так как на голове было совсем мало волос, но мне сказали, что у неё были вши и её волосы пришлось обрезать. Рози была самая маленькая в группе, от неё отказались родители-алкоголики, не в силах дать ей должный уход и пропитание. Она с детства не доедала и много болела, от того и росток совсем маленький. Сейчас конечно она носит длинные косы и совсем преобразилась. Рози поначалу была очень закрыта, но мы быстро подружились и совсем скоро я услышала заветное слово – мама.
- Как тут мои девочки? - в кабинет зашёл Данила и поцеловал меня и Рози.
- Снова математика, - я подняла тетрадь, показывая чем мы занимаемся.
- Ну ничего сейчас Ричард вернётся с доставки и мы всё решим.
С Ричардом и Данилой мы смогли наладить отношения. После операции у меня было долгое восстановление, и они всегда были со мной рядом, не подпуская других. Поначалу мне было нелегко принимать от них помощь, но видя как они искренне раскаиваются, я постепенно смягчилась. Для меня открылись их неизведанные ранее стороны и пусть у нас долго не было интима, они терпеливо ждали, когда я вновь смогу им довериться. Я и сама не знала, получится ли у меня это или нет. Нам предстояло много узнать друг о друге и когда мы раскрыли все карты, то наша жизнь полностью изменилась. Мы стали жить вместе, но я больше не была сабой и все проявления я сразу подавляла. Я стала равной для них, но всё же мы иногда позволяем себе поиграть, ведь природу не изменишь…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
После того как я пережила покушение были долгие разборки с полицией, не составило особого труда списать убийство моего бывшего мужа на Пита, сказав, что он похитил меня и угрожал моей жизни из ревности. Оказалось, что это не первое преступление Пита, в его дневнике нашли список жертв и это ужасало...
От наследства у меня осталась приличная сумма и тогда я твёрдо заявила, что не хочу работать в кондитерской ребят, а желаю быть маленьким боссом на своей кухне. Мне необходимо было почувствовать себя самостоятельной и независимой. Парни не возражали, а полностью меня поддержали. В вопросе удочерения тоже не было сомнений, я рассказала, что не могу иметь детей и им предстояло принять меня такой какая я есть, больше не было лжи и недомолвок. Я хотела ребёнка и не стала откладывать это дело. Ричард и Данила показали себя хорошими отцами и мы подумываем взять из приюта ещё и сынишку. Я очень довольна своей жизнью. Пройдя трудный путь, я обрела долгожданное счастье.
Конец
