— Скажи спасибо, что я тебя на цепь не сажаю, — нагнетает ещё больше страха. — За твое поведение. Завтра тебе найдут применение в моём доме. У тебя не останется времени на то, чтобы мечтать о глупых побегах. А решишься убежать в следующий раз… Я убью твоего отца. У тебя на глазах. Тогда поймёшь.
Нет-нет!
Только не это. Папа мой показал себя не с самой хорошей стороны в последний раз, но до того случая всё было идеально. Просто все люди рано или поздно ломаются. Вот и папа не выдержал пахоты, надорвался душой и характером. Ослаб морально. Но я все равно его люблю.
Поэтому я выношу этого ребенка и отдам его Саиду с его жёнушкой. Отдам свою плоть и кровь ради спасения жизни отца.
На этом мои мучения не заканчиваются. Меня заводят в дом Саида через чёрный вход, как прислугу какую-то. Саид запирает меня в комнате на ключ. На окнах решётки. Я как будто в казарме! Только класса люкс. Надо умыться. Но я просто падаю на кровать без сил. Пиджак Саида — самого прекрасного и самого отвратительного человека — до сих пор на мне. Как и его запах. Будоражащий как отрава!
Я засыпаю незаметно. От шока и усталости… Но потом просыпаюсь. От резкой, жгучей боли. С меня как будто сдирают скальп! Живьём. Я вою и молочу руками в воздухе. Просыпаюсь. Перед глазами нечёткий, размытый силуэт в белом. Я узнаю в незваном госте жену Саида. Лизоньку. Теперь она считается женой Ахмедова.
— Он был с тобой! — шипит стерва, царапая пиками кожу моей головы. — Я чувствую на тебе его запах, дешёвка!
— Отпусти! Саид узнает…
Лиза брезгливо отпускает руку. Её красивое лицо перекошено от злобы. Медленно она поднимает палец и тычет им в мою сторону. На уровне живота.
— Как только ты родишь, я от тебя избавлюсь. Ты не пробудешь ни одной минуты дольше в этом доме! Запомни…
Лиза поворачивается ко мне идеальной спиной с безупречной причёской. Она выглядит как будто снежная принцесса. Неудивительно, что Саид своей жёнушкой любуется и бережет её.
Наверняка из-за операции ещё больше трясется над ней. Конечно, у нее теперь травма на всю жизнь!
— Мой муж сорвался со свадьбы. Чтобы найти и вернуть. Тебя! — сверкает глазами, как хищник. — Я тебе этого не прощу! Никогда…
Глава 21
Саид
— Саид, я тебе нравлюсь? Как женщина?
— Конечно, — отвечаю бездумно на вопрос Елизаветы Анохиной. Нет. Ахмедовой. Елизавета Ахмедова!
Теперь она считается моей женой. Законной супругой.
Слияние двух мощных семей прошло более чем успешно. Счета пополнились. Анохины и Ахмедовы теперь владеют большей частью города. Чиновники перед нами на брюхе ползают, менты готовы расчищать дороги с метёлкой перед нашими тачками.
Авторитет. Сила. Мощь. Власть.
Я на верху. Я царь Эвереста. Король этого сраного города. Не меньше.
Но в душе — такая параша… Как будто кошка сдохла и из меня забыли вытащить её зловонный труп.
— Значит, я хороша. Я хочу сделать тебе сюрприз, — томно шепчет Лиза.
Я наливаю себе ещё бокал виски. Доверху. Без льда. Это даже не двойной. Но уже тройной. И не по первому кругу.
— Ну давай, делай, — бросаю безразлично.
Сам подливаю ещё бухла. Бутылка уже опустела.
Лиза берёт в руки пульт от подсветки в гостиной. Нажимает на кнопки, гасит основной свет. Через секунду по потолку разливается красный.
Как в квартале красных фонарей, нахуй.
А передо мной — первостатейная блядь.
Как она двигает своим телом — опытная!
Лизочка у меня гибкая. Художественная гимнастика, танцы, йога… Пилатес, Стрейчинг… Литринг в прошлом ешё, добавляю с гнусной ухмылкой.
Моё настроение — как на дне сточной канавы. Ничто не радует.
Даже когда Лизка сдирает с себя халат и поворачивает задом, вертя им лихо во все стороны.
Мне плевать. Даже больше — насрать! На всё. На всех…
Тоска такая. Депрессия конкретная накатывает и высасывает из меня силы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Откуда-то льётся ритмичная музыка. Я даже не помню, когда Лизок включила жаркий трек. На последней марке телефона, что я ей подарил, отличный динамик.
Наверняка именно им она и пользуется сейчас, танцуя для меня.
Всё прах. Во рту — привкус золы.
А ведь Лиза умеет танцевать.
Когда отец начал вести переговоры с крупным партнёром — Анохиным, он сразу сказал: удастся договориться — будет брак.
Я отцу не перечил никогда. Не стал и сейчас. Да мне насрать было! Абсолютно!
Я знал, что брак — это лишь фикция, выгодная сделка. Если Лизка чуть красивее крокодила, я смог бы её вытрахать и осеменить, закрепив сделку.
Со стояком у меня проблем никогда не было. Член готов трудиться часами напролёт.
Помнится, был один показательный визит. Потом ещё два или три вечера в тесной компании — только я, мой пахан и Анохины. Я даже обрадовался, что Лизка на мордаху — смазливая, и на фигуру — хороша. Мысленно я даже поимел её в разных позах. Отметил про себя, что эту гимнасточку можно будет в узел завязать и трахнуть так, как показано в самой сложной позе камасутры.
Блять, это было не так давно!
Всего несколько месяцев назад. Но как будто полжизни пролетело. Бах. Снесло метеоритом и больше нет ничего.
Всё пресное. Даже выпивка. Я не чувствую её вкуса. Меня почти не вставляет спиртным.
— Тебе нравится?
— А? Чё?
Трясу головой. В ней какие-то бессвязные мысли и обрывки. Один короче другого.
— Тебе нравится, малыш? Тебе нравится?!
— Какой я тебе нахуй малыш?! Рот закрой!
— Мммм… да, мой господин.
А Лизка-то уже голая!
Когда разделась? Не пойму.
Ну, почти голая. На ней надето боди — чёрное, кружевное. Но оно оголяет её круглые сиськи и на промежности тоже есть дыра. Для траха.
В общем, жёнушка намерена ебаться.
Именно так. Грязно. Без сантиментов.
Её эротичность — показная, как у прожжённой стрипухи!
Кто знает, вдруг Лизок и стрипику училась? Папаня готовил её на продажу, как скот. Наверное хотел, чтобы она всё могла. Брать до глотки Лиза умеет.
— О, Саид! О-о-о-о!
Лиза обсасывает свои пальцы, опускает их на грудь и начинает крутить соски бледно-розового цвета. Такие крупные, расплывшиеся ореолы и толстые пики сосков. Лиза мнёт свои сиськи напоказ.
Через секунду она забирается на меня сверху.
Жена трётся об меня. Прижимается губами к лицу.
Через секунду всосёт мой рот своими губищами. Я снова подливаю выпивки в бокал и подношу ко рту. Лишаю жену шанса трогать меня губами.
Нет желания мять её пельменины раскачанные.
Недавно только были нормальные губы, но щас что за лепёха на её лице?! Лиза решила компенсировать один недостаток другим достоинством.
Губы накачала. Оделась развратно. Пришла меня ублажать.
На хер наскакивает, как голодная.
— Попробуй, — елозит сиськами по моему лицу.
Прямо закапывает моё лицо между сисек, будто хочет задушить своими дыньками.
Сосок трётся об мою щёку. Лиза норовит сунуть мне его в рот, чтобы сосал и облизывал.
Хочет удовольствия. Мне плевать. Не хочу трогать губами её тело. Аж до тошноты. Запах духов всё перебивает.
Не хочу слизывать с её тела тонну светящейся пудры, лосьона и хер знает чего ещё. Химический завод, вся таблица менделеева — на ней. Не меньше!
— А как тебе понравится вот это?
Лиза, охерев, перехватывает у меня бокал и лихо отпивает вискарика.
Всасывает, как пылесос. Со смачным прихлюпом, как заправская алкоголичка, соскучившаяся по бухлишку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я не успеваю возразить. Жена склоняется к моему рту и пытается раскрыть мои губы своими. Виски течёт по губам и подбородку.
— Ты что творишь, аш! Проклятая! Тьфу!
Оттолкнув жену, я стираю алкоголь. Вижу, как она жадно глотает остатки, что были у неё во рту. Жадно косится в сторону виски, как кошка на валерьянку.
