– Еще раз спасибо.
Эльфийка вышла, а Наташа тяжело вздохнула. Хорошо, что Сергея тут нет. Если ее при виде эльфийской девушки взяла оторопь, что говорить о мужчинах?
Ульфиус вернулся, когда над озером ярко загорелись звезды. Луна еще не взошла, в ночной темноте с трудом угадывались силуэты деревьев. Магистр не выдал себя ни шорохом, ни стуком. Просто возник перед Сергеем, который от неожиданности вновь схватился за рукоять меча.
– Подготовился? – спросил Ульфиус.
– Наверное, – сонно ответил Сергей. – Где ты так долго ходил?
– Искал Грома. Он будет следовать за нами. В городе мы, наверное, разделимся. Завтра будешь готов к бою?
– Всегда готов, – усмехнулся Сергей.
– Тогда нужно спать, – сказал Ульфиус. – Утром – последние наставления. Днем добираемся до города. Ночью штурмуем базу.
– Почему ночью? – удивился Сергей. – Мне до сих пор казалось, что ты больше любишь работать днем.
– Мастеру время суток безразлично, пока в небе светят звезды, – не слишком ясно ответил магистр. – Днем там будет много посторонних людей. Зачем подвергать их ненужной опасности?
– Хорошо, – согласился Сергей – Тебе виднее Только тогда нам нужно было купить инфракрасный прицел, а еще лучше – очки. Я в темноте видеть не мастак.
– Относительно этого – не беспокойся. Будешь все видеть и без очков. Света там будет достаточно.
Сергей отметил про себя, что Ульфиус сегодня слишком обильно кормит его двусмысленностями, но вслух ничего не сказал. Он беспокоился за Наташу и относился к магистру уже не с таким доверием, как раньше.
– Тебя что-то волнует, Сергей? – спросил авенорец, заметив подавленное настроение друга.
– Можно сказать и так, – ответил он. – Допустим, меня убьют. Что тогда будет с Наташей? Она так и останется в неведомом мире?
– Тебя не должны убить, – жестко ответил Ульфиус. – Умирает тот, кто согласен принять свою смерть. Ты должен сопротивляться. Если же случится непоправимое и даже я не смогу тебе помочь – тогда мне придется позаботиться о ней.
– А если победят и тебя?
– Что ж, – вздохнул магистр, – не исключено. Тогда Наташе будет гораздо приятнее и полезнее оставаться в том краю, куда я ее отправил. Он гораздо более светлый, чем ваш, и там ей совершенно ничего не угрожает.
– Ты уверен? – спросил Сергей.
– Почти, – ответил Ульфиус.
Ночью Сергею приснился серый карлик. Он вновь ходил по воде и издали кричал что-то Сергею. Понял Сергей только одну его тираду:
– Наташа – красавица, каких поискать. А Ульфиус, поди, без женщин уже долго обретается. Может, поэтому тебя и хочет под автоматный огонь бросить? И он не виноват, и девушка ему достанется. А о тебе они будут хранить долгую и светлую память…
Сергей проснулся среди ночи в отвратительном настроении. Рядом безмятежно спал Ульфиус. Лицо его было светлым, он чему-то улыбался во сне.
– Нет, он не может предать, – решил Сергей и вновь погрузился в тревожный сон.
После визита на кладбище и беспокойной ночи Белоусов собрал самых отъявленных головорезов, служивших в охранном бюро «Барса» или имевших к нему какое-то отношение, и поставил перед ними задачу:
– Журналистку найти, если она еще жива, привезти, опять же, живой. Парней, что были у нее дома, найти и доставить живыми или мертвыми. Лучше живыми. За ценой не постою…
Фотографии Наташи и Сергея Белоусов добыл. Подкупили коллег, узнали, кем был друг Соловьевой. Достать фото из личных дел на предприятиях, где они работали, – не проблема. Сложнее оказалось с Ульфиусом. Несколько бандитов, участвовавших в налете на квартиру журналистки, его видели, и их приставили к самым сильным группам. Остальным было приказано искать странно одетого человека с мечом.
– Без толку все, – бормотал про себя Белоусов. – Раскомандовались, твари черные… Здесь засаду надо устраивать. А то дали паршивого пса, которого днем с огнем не сыщешь, понарисовали кругов на полу и думают, что это кому-то поможет! Как же, видали таких умных…
Однако входить в круги Олег Семенович не решался, несмотря на горевшую на руке печать. Велел обходить нарисованные мелом линии и рабочим – Черные не велели, зачем зря их злить… Кое-кто за спиной директора крутил пальцем у виска.
Машина, по уверению технарей, была почти готова. Очкарик довольно потирал ручки, предвкушая Нобелевскую премию.
«Хрен тебе, – заметил про себя Белоусов. – Первый же килограмм золота получим – и сразу тебя в расход. В назидание остальным. Чтобы о славе и не мечтали. Будем золотишко потихоньку производить, да и все. Верное дело, хороший доход… Что еще нужно нормальному человеку? Во всяком случае, не Нобелевская премия…»
Одна мысль смущала Олега Семеновича. Если его гости из неведомых краев знают, как собрать такую замечательную Машину, зачем они от него золото требовали? Свинца у них, что ли, мало? Загрузили в Машину двести килограммов, получили золотишка, сколько нужно. Или запрещают золото в их мире производить и они его контрабандой отсюда возить собираются? Это было похоже на правду, но полностью Белоусова не удовлетворяло. Произвести-то, пожалуй, проще, чем нелегально ввезти. Любой контрабандист знает. Если, конечно, контрабандой не является конопля, которая на Северном полюсе не растет, или не олений мох ягель, который на экваторе никак не приживается…
А вообще, несмотря на свалившиеся нежданно супердоходы и завидное положение – сам мэр руку жал, директора крупных городских предприятий в приемной сидели, – Белоусов стал нервным и взвинченным.
«Надо бы алмазы скупать, – решил он. – Если золота будет, как грязи, за него и платить никто не станет… Опять же, может быть, и алмазы Машина получать сможет?»
Он вызвал к себе главного очкарика, мечтавшего о Нобелевской премии. Даже спросил у секретарши, как его зовут, для приличия. Оказалось, Михаил Львович.
– Вот что, ученый, – обратился он к очкарику. – Я так понимаю, золото мы сможем из свинца получать? Хороший доход будет? Или расходы других материалов и энергии большие?
– Что там золото, Олег Семенович, – довольно зацокал очкарик. Он уже понял, что в ближайшее время придется иметь дело с Белоусовым, и теперь считал начальником его. – Платина, иридий, чистый уран с любым номером, по выбору, радий. Любые редкие элементы. Золото – пыль. Есть металлы, в тысячу раз более ценные.
Белоусов слышал о том, что есть кое-что дороже золота и платины, но ему в это как-то не верилось.
– Золото будет – и хватит, – заметил он. – Нам хватит.
– После промышленного пуска нашей установки и заводов, оснащенных такими установками, золото перестанет иметь столь высокую ценность, как сейчас. Перестанет быть всеобщим эквивалентом. Оно станет обычным промышленным металлом, не дороже алюминия. Захотите, будете есть золотой ложкой, варить суп в золотой кастрюле…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
