Враг коротко рассмеялся — скрипучий, неприятный звук.
— Ты ничего не знаешь, ничего не понимаешь, человечишка! Мы ненавидим вас, потому что вы реальны. Человечество реально, и поэтому вы способны расти, меняться и развиваться, становиться больше, чем вы есть. Переходные Существа по природе своей обречены оставаться неизменными, запертые и ограниченные формой, которую вообразило себе ваше племя. Вечно сущие, вечно обреченные никогда не стать больше, чем мы были, когда человечество нас выхаркнуло. Но теперь вы открыли врата — неожиданный черный ход в реальность. И каждое Переходное Существо в Грезе наконец-то получило свободу и может отомстить вам. Мы выйдем в явный мир во всей нашей ужасной славе и великолепии, не нуждаясь более в том, чтобы нас призывали. Мы ждали долго-долго, и, наконец, наш час настал. Мы явимся в силе, опрокинем самонадеянный разум и растопчем тираническую науку. Логика и порядок, причина и следствие и все прочие ограничения нашей свободы будут сметены. Дикая магия снова завладеет всеми живыми тварями. Как только орбита Синей Луны пересечется с орбитой вашего спутника, мы перейдем в наступление и переделаем ваш мир по нашему собственному жуткому подобию. И все тогда превратится в хаос на веки вечные. Ох, какие страшные удовольствия доставит нам то, что некогда было вашим миром!
— Мы будем сражаться, — заявила Фишер. — Мы никогда не сдадимся. В прошлый раз мы тебя победили.
— Тогда я был один, — возразил князь демонов. — И опустошил все ваше королевство. Здесь нас больше, чем способно охватить людское сознание. А под негаснущей Синей Луной мы обретем истинное могущество. И в этом новом, созданном нами мире вечного хаоса ограничения самих Переходных Существ, возможно, будут преодолены. Все мы станем реальны и, наконец, обретем способность изменяться и развиваться. Какое творение не жаждет обратиться против своего создателя, стать более великим, чем его задумали, и, в конце концов, перерасти и обогнать собственного творца?
— А если у вас не получится? — спросил Ламент. — Если вы навсегда останетесь тем, что есть, — что тогда?
— Тогда мы покараем человечество, — ответил князь демонов. — И ад, который устроим ему мы, будет хуже, чем тот, в который он может удрать после смерти.
— Ты всегда неплохо управлялся со словами, — пробормотал Магус. — Но давайте не будем забывать, что все это сделалось возможным благодаря мне. Созданная мною Трещина в пространстве подняла уровень Дикой магии в явном мире и вновь пробудила к жизни врата. Трещина оказалась такой полезной игрушкой! Я знал, что они не устоят перед ней.
— Мы благодарны тебе, — холодно произнес повелитель мрака.
— Мы найдем способ остановить вас, — упрямо повторил Ламент. — Господь не допустит вашего торжества.
— Дикая магия — это магия Творения. Наверное, мы переделаем и Бога или создадим собственного. Под Синей Луной все возможно.
— Именно, — согласился Магус, и снова некие нотки, прозвучавшие в его голосе, привлекли все взоры к нему. — Все, что происходит сейчас, происходит только благодаря мне. Я веками готовил это, манипулируя смертным миром и отдельными полезными людьми, чтобы собрать всех нас в этом месте. Но, увы, не по тем причинам, о которых вы подумали. По правде говоря, я намерен закрыть врата, навек отделив реальность от Грёзы, и запечатать явный мир, сделав его недоступным для любого вида магии. — Он рассеянно улыбнулся, словно приглашая собеседников к комментариям, затем продолжил: — Я очень долго жил среди людей и наблюдал, как суеверие постепенно уступает место разуму. Я видел, как мир становился все более приятным местом, по мере того как люди обуздывали дикость и отказывались от нее. Я присутствовал при возмужании человечества.
Людям было бы намного лучше без магии, со всеми ее соблазнами и извращениями надежды и честолюбия! Переходные Существа морально устарели. Человечество больше в них не нуждается. Оно вырастает и оставляет свои детские игрушки. А мы на самом деле не более чем игрушки. Опасные игрушки, кусающие руки своих создателей. Просите, я кажется отвлекся, да? Суть в следующем я намерен перевернуть Собор обратно, чтобы он снова устремился в небо, и таким образом закрыть последние оставшиеся врата, сделав их бесполезными и бессильными на все времена. Видите ли, это самые последние врата. Потому-то Черный лес всегда проявлялся именно в Лесном королевстве.
Магус глубокомысленно кивнул и улыбнулся застывшему в грозном молчании князю демонов.
— Ох, как долго бродил я по миру людей, жил среди них как один из них и постепенно полюбил человечество. При всех его неоспоримых недостатках, оно обладает огромным потенциалом. То самое, за что вы их презираете, в скором времени сделает их куда более великими, чем мы. Поэтому я предал собственное племя и вернулся сюда, чтобы остаться с вами, навек изолированным от человечества. Ибо наше время кончилось.
Властитель тьмы вскочил и угрожающе навис над невысокой фигуркой Магуса.
— Прожив столько времени среди людей, ты спятил! Забыл, что мы существуем только здесь, в Грёзе, в период Синего полнолуния? Когда оно проходит, мы исчезаем, становимся ничем и меньше, чем ничем, — и остаемся пустым местом, пока нас не призовут в мир людей! Пройдя через врата и отобрав у людишек мир, мы станем вечны и получим власть над всем сущим!
— Мы не достойны этого, — возразил Магус. — Только дай нам мир — и мы просто сломаем его, потому что играем слишком грубо. — Он повернулся к Хоку, Фишер и Ламенту, вперив в них спокойный, неумолимый взгляд. — Постарайтесь понять то, что я сейчас скажу. Вся магия приходит из Грезы. Закрытие последних врат означает конец всей магии и волшебных существ. Не сразу. Потребуются столетия, чтобы израсходовать всю накопленную в мире магическую энергию. Но, в конце концов, ни чудес, ни кошмаров не останется. Место магии в человеческом мире полностью займет наука.
— Ни тебе драконов, — проговорила Фишер, — ни единорогов…
— Ни вампиров, ни оборотней, — добавил Хок. — Ни демонов.
— Именно, — подтвердил чародей.
— Последние врата, — медленно повторил Ламент. — Их создал Жареный, когда опрокинул Собор посредством кровавой жертвы?
— Нет, — терпеливо ответил Магус. — В ткани реальности всегда имелись щели и слабые места, сквозь которые просачивалась магия. Опрокинутый Собор просто обеспечил последним вратам четкую пространственную привязку. Я устроил так, что Томас Чэдбурн заключил договор с князем демонов и привел мой замысел в движение. Я убедил первого Лесного короля выстроить вокруг Опрокинутого Собора замок, таким образом изолировав и запечатав врата — до того срока, когда подходящее сочетание людей в нужном месте закроет их навсегда. Мне долго пришлось ждать этого момента.
