Король Иоанн вошел в объятия Владычицы Озера, ее текучее тело сомкнулось вокруг него, смывая маску Шамана по мере того, как он растворялся в ней. Владычица в последний раз улыбнулась всем вокруг… и особенно — сэру Вивиану. А затем ее водяная фигура взорвалась, превратившись в туман из крохотных капелек, которые повисели в воздухе и испарились. Шаман и Владычица Озера, король Иоанн и королева Элеанора ушли, и многие годы с тех пор никто не видел их.
— Нам с Изабель тоже пора, — произнес Хок после приличествующей случаю паузы. — Мы сделали все, за чем приехали сюда. Больше никому не нужно знать, кто настоящий убийца Харальда. Это только усложнит дело. Валите все на Магуса. Все равно ему никто не доверял.
— Вы могли бы остаться, — внезапно предложил Ламент. — Трон по праву престолонаследия ваш. Фелиция и я уйдем ради короля Руперта и королевы Джулии.
— Да, — поддержала Фелиция. — Кто мы такие, в конце концов, чтобы тягаться с легендарными героями?
Фишер мельком поймала ее взгляд. Энтузиазма королеве явно недоставало.
— Нет, — ласково ответила она. — Мы давным-давно могли надеть короны, если б захотели.
— Я всегда знал, что сделан не из того теста, из какого лепят королей, — добавил Хок. — И всегда опасался, что отцовское наследие проснется и во мне. У вас это получится гораздо лучше, король Джерико.
— Все равно оставайтесь, капитаны Хок и Фишер.
— Нет. Меня все время будет тянуть вмешаться. Лесному королевству важно начать с чистого листа, без напоминаний о бурном прошлом. Правда о нас скоро распространится, а я никогда не чувствовал себя уютно в роли легендарного героя.
— Верно, — подтвердила Фишер. — Приходится все время следить за речью.
Герцог Арлик неловко откашлялся и шагнул вперед. Фишер повернулась к нему.
— Я был не прав, — решительно произнес Старлайт. — Очень немногие слышали от меня эти слова. Прости меня, Джулия.
— За то, что твои люди избили нас до полусмерти, или за то, что отправил меня умирать в драконьей пещере тринадцать лет назад? — ледяным тоном уточнила Фишер.
— Я думал, что должен подать пример. Ты великолепно справилась, Джулия. Можешь вернуться со мной обратно в Герцогство под горой.
— Нет. Мы через неделю вцепимся друг другу в глотки. Мы слишком похожи, чтобы ужиться.
— Да, — согласился герцог. — Что есть, то есть. Ты всегда была дочерью своего отца.
Фишер взглянула на восседающую на троне Фелицию.
— Что ж, Флисс…
— Ну, Джулия… Приятно снова видеть тебя блондинкой. Черный никогда тебе не шел.
— Присматривай за нашим папенькой.
— Разумеется. Грязная работенка, но кто-то же должен ее делать.
Они покивали друг другу, улыбнулись и отвели глаза, довольные, что все кончилось. У них и раньше не находилось общих тем для разговоров.
Хок прощался с сэром Робертом и Эннисом Пейджем.
— Не давайте Джерико спуску по части реформ, — наставлял он старых друзей. — Ради его же собственного блага.
— Разумеется, — отвечал сэр Роберт. — Ты уверен, что он больше не Гнев Божий? Очень не хочется вдруг заболеть чумой или порасти чирьями.
— И последнее, — объявил Сенешаль, церемонно выступая вперед. — Не все изменилось к лучшему. Черный лес по-прежнему с нами и представляет опасность для страны. Исходя из этого, капитан Хок, я вынужден официально потребовать оставить Радужный меч у нас.
Хок медленно расстегнул перевязь и ощутил на ладони тяжесть Радужного меча. Он понимал, что Сенешаль прав, но все равно ему казалось, что он предает старого друга, только что обретенного вновь.
— А топор свой ты оставил в Грезе, — подлила масла в огонь Фишер, — Последний дар Верховного мага.
— А, черт с ним, — высказался Хок, передавая меч Сенешалю. — У меня теперь опять два глаза. Я всегда найду себе новое оружие.
— Именно, — подтвердил Сенешаль. — И поэтому Лесное королевство вручает тебе прощальный дар. — Он протянул Хоку меч в ножнах, которые принес с собой в тронный зал. — Я нашел его в старом арсенале. Это клинок первого Лесного короля. Уверен, тебе он понравится. Так что куда бы ты ни отправился, частица родины всегда пребудет с тобой.
Хок улыбнулся и пристегнул меч на пояс.
— Теперь припоминаю, почему в последний раз улизнул из замка втихаря. Ненавижу затяжные прощания.
— Итак, сэр Сенешаль, чем вы займетесь теперь, когда топография замка пришла в нормальное состояние? — поинтересовалась Фишер. — Вас заменят карты и указатели.
— Вот и отлично, — ответил Сенешаль. — Я давно устал гоняться за комнатами по этой помойке. Собираюсь возглавить команду по исследованию чудес и загадок возвращенного Собора. На мой век работы хватит с лихвой.
Хок и Фишер в последний раз оглядели тронный зал.
— Постарайтесь на сей раз сделать все правильно, — сказал, наконец, принц. — Ужасно не хочется снова возвращаться и разбираться с вами.
— Да уж, — подтвердила принцесса. — Легендарный герой — чертовски тяжелая работа.
Спустя некоторое время Хок и Фишер скакали прочь от Лесного замка. Они не оглядывались. Толпы провожающих не выстраивались вдоль дороги, потому что никто не знал, куда направились герои. А тем только того и надо было. Стояло теплое, ласковое утро, солнце ярко сияло в чистом голубом небе. Воздух в зеленых лесах дышал свежестью.
— Итак, как ты хочешь называться теперь? — спросила Фишер. — Капитаном Хоком или принцем Рупертом?
— Думаю, останусь Хоком. Я давно выбрал этот образ. А ты по-прежнему счастлива в роли Изабель Фишер?
— Полагаю, да. Но в Хейвен я определенно не вернусь.
— Мы не вернемся, — поправил Хок. — Мы там сожгли все мосты.
Фишер рассмеялась:
— Мы там сожгли гораздо больше. Они нескоро нас забудут. По-моему, можно честно сказать, что мы причинили Хейвену столько добра, сколько он в состоянии вынести. Пора начинать сначала. Опять. — Она искоса взглянула на мужа. — И никогда не поздно подумать о детях…
— Да, — согласился Хок. — Они вроде бы славные ребята. Хотя нет никакой гарантии, что у нас получатся именно такие.
— Ну, разумеется. Никакой гарантии, что у нас вообще получатся дети. Но мы могли бы получить немало удовольствия в процессе.
Они обменялись широкими улыбками и дальше некоторое время ехали в дружеском молчании.
— Давай только выберемся в свет и посмотрим, что там творится, — сказал, наконец, Хок. — Снова отправимся за приключениями. Будем помогать людям, где сможем. Потому что это нам удается лучше всего.
— Звучит неплохо, — кивнула Фишер. — Кто знает? Вдруг мы по пути завоюем себе другой трон.
