— Мы зачистили все посты, которые обнаружили, — подтвердил Богдан. — Завтра будет много шума. Надеюсь, у них хватит ума понять, что могли зачистить всех.
— Надо послать к ним римма тех, кто остался в столице! Он самый высокий по чину, — ляпнула я и закрыла рот ладошкой.
— Интересная мысль, — поднял бровь Богдан. И надолго замолчал.
— Мы прошлись гравилокатором по местности, окружающей Дворец, и обнаружили две неоднородности, — сообщила Паола. — Возможно, это подземные ходы. Один соединяет Дворец и школу гвардии. Второй ведет от дворца к развалинам дома за оградой дворцового парка.
— Там раньше садовник жил. Давно, еще до войны, — припомнила я.
— Я сейчас поговорил со Владом, — очнулся от раздумий Богдан. — Он одобрил план Миу.
— Ты же сидел, молчал, рта не открывал, — удивился Шурр.
— А зачем открывать рот, если собеседник от тебя далеко-далеко? — сделал вид, что удивился Богдан.
Я вытащила планшетку и попросила показать компьютерные сети вокруг себя. Их оказалось много! Мой ошейник, мой доспех, доспех Шурртха, наши байки, два ноута, еще что-то из бытовой техники. И больше десятка закрытых узлов, о которых планшетка не могла сказать, что это такое. Нарисовала их в виде замкОв. Богдан наклонился ко мне и с интересом посмотрел на экран планшетки.
— Это мы с Паолой и наш корабль, — ткнул пальцем в замки на экране. — Паола, как считаешь, можно будет завтра ненадолго разбудить Владыку?
— Нельзя. Всего сутки после операции. А если швы разойдутся?
— Жаль. Кто же будет вести переговоры? Кто придаст им вес?
— Я могу позвать Главу Службы закона и порядка. Или дядю Трруда. Он римм дворцовой охраны, достоин говорить от имени Владыки.
— Лучше пригласить обоих, — решил Богдан. — Шурр, за победу! Пьем до дна!
— … Мне нужны люди, понимаешь? Вы с Паолой не в материале. Пока я вас готовлю, сам прилечу. Миу умница, но она одна на всю планету. Мне даже некого посадить связь наладить.
— А что не так со связью?
— Миу отключила мобильную связь, чтоб ей не смогли пользоваться опозиционеры. Нужно составить белый, серый и черный списки номеров. Чтоб наши могли пользоваться связью, а враги — нет. Сложность в том, что бунтовщики конфисковали мобилки у горожан. Включать номера в списки нужно после проверки личности владельца. Опознать его могут только Линда, Миу и Стас. Но Стас мониторит ситуацию, Линда дрыхнет в саркофаге, а Миу тянет на себе все. Поговори с Паолой, нельзя ли Линду перевести в ранг сидячей больной?
Доподслушивалась… Люди думают, что если до меня пятнадцать шагов, то я ничего не услышу. Это в тишине пещеры… И что мне теперь делать? Дальше притворяться спящей, или сделать вид, что проснулась? Столько вопросов к хозяину.
Делаю вид, что проснулась. Подхожу к пирамидке, здороваюсь с Богданом и хозяином.
— Здравствуй, Миу. Ты по делу, или так?
— По делу, господин мой, — мурлыкаю ласковым голосом, но, не удержавшись, зеваю.
— Излагай.
— Лекарь домой просится. Говорит, ему здесь больше делать нечего.
— Щедро заплати ему и отвези домой. Постой, где он живет?
— Во дворце.
— Бл…ин! Его там не убьют за то, что нам помогал?
— Нет, он же лекарь… Но деньги могут отобрать.
— Он сможет передать легионерам наше послание?
— Да, хозяин.
— Так и сделаем. Послание согласуй со Стасом. Еще дела есть?
— Стажерка думает вернуть жителей в оазис. Но надо, чтоб птицы Стаса днем и ночью следили, нет ли поблизости бунтарей. А компьютеров в поселке не осталось.
— Ясно. Ты мыслишь правильно. Стас и Мухтар помогут тебе наладить охрану. Компьютеры есть в каждой машине, а как связать их с орнитоптерами и настроить на охрану, Мухтар знает. Дальше.
— Надо показать дяде Трруду, что Владыка жив. Тогда он сможет поклясться любой клятвой перед легионерами, что видел живого Владыку.
— Привози Трруда и покажи ему Владыку. Детали согласуй с Паолой.
— Я по тебе очень соскучилась, господин мой.
— Мне тоже тебя не хватает. Береги себя, Пушистик.
— Почему ты называешь Влада хозяином? — спросил Богдан, когда экран ноута погас.
— Чтоб не забывал, что у него есть я, — грустно и доверчиво улыбнулась ему. — Потому что он самый лучший. И потому что мы здесь не одни, — показала глазами на спящего лекаря.
— Ты ему не веришь?
— Стас говорит, чего не знаешь, о том не сболтнешь. Во Дворце должны думать, что я по-прежнему рабыня Влада. Иначе будет, как у вас говорят, дипломатический скандал.
— Понимаю. Муж рабыни не может быть знатным господином.
— Да, как-то так. Но господин может иметь любимую рабыню. Это разрешается, это никого не удивляет.
Не могу уснуть. Пока не рассвело, решила разобраться, что за списки, о которых хозяин говорил. Оказалось, все просто. Черный список — это кому звонилкой запрещено пользоваться. Серый список — тебе звонки приходят, но сам позвонить не можешь. Белый список — администраторы. Им все можно.
Первым делом внесла абсолютно все номера в черный список. Это одной командой делается. Ставишь звездочку вместо номера — и готово! Потом внесла себя в белый список и убрала из черного. Включила программы связи на всех шести ретрансляторах. Вычеркнула Марра из черного списка и тут же ему позвонила.
Не сразу, но звонилка отозвалась. Ответил наставник Марра. Узнал меня по голосу, обозвал стихийным бедствием и велел в такую рань без дела не звонить. А лучше всего лечь и поспать. Извинилась перед ним, легла — и тут же уснула.
Как в добрые старые времена, утро началось с разнарядки. Хозяин поручил мне привезти для беседы дядю Трруда. Всем сказать, что на беседу с Владыкой. С каким — не уточнять. Остальных отправить в оазис. Охрану периметра оазиса Стас берет на себя.
Для солидности я надела самый дорогой ошейник и доспех цветов клана. Шурр решил меня сопровождать.
— Молодежь, можно мне с вами? — вскочил вдруг лекарь. — Засиделся я в этом подземелье. Хочется растрясти кости.
— Почему бы и нет? — хмыкнул Шурр, взглянув на меня. — Два байка — четыре седока.
— Тогда подождите чуть-чуть, я проверю раненых, — и смешной трусцой поспешил к кораблю иноземцев.
— Паола, к нам гость, — негромко произнес Богдан. И через миг проход в корабль раскрылся. Прронырра оглянулся на Амарру, вздохнул и снял куртку.
"Чуть-чуть" лекаря растянулось на полстражи. Я уже начала беспокоиться, когда проход распахнулся, и лекарь вышел под руку с Паолой.
— Мы бесконечно благодарны вам, что сохранили их жизни до нашего прихода. Их смерть легла бы несмываемым пятном на нашу репутацию спасателей, — объясняла Паола на нашем языке, но с жутким акцентом и паузами между фразами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
