Я откашлялся, ожидая, пока все наконец-то обернутся ко мне.
– Давайте приступим.
Это была вполне рядовая встреча – я уже тысячи раз проводил такие. Я описал проект в самых общих терминах, никакой конфиденциальной информации, и, конечно, Гульотти сказал мне, что его ребята отлично с этим справятся. Познакомившись с ними, я пришел к тому же заключению. Мы запланировали еще одну встречу на завтра. Я должен был представить проект во всех деталях и официально передать им. Совещание продлилось не более четверти часа, и у меня еще оставалось полно времени до двухчасовой встречи. Я оглянулся на Хлою, вопросительно подняв бровь.
– Еда, – со смехом сказала она. – Давай поедим.
Остаток дня был продуктивным, но я работал на чистом автопилоте. Если бы кто-нибудь спросил меня, о чем именно говорилось на совещаниях, мне бы понадобилось немало времени, чтобы припомнить детали. Приходилось благодарить Хлою и ее привычку все дотошно конспектировать. Ко мне подходило множество коллег, и, вероятно, в течение дня я пожал сотни рук, но запомнил только ее прикосновения.
Она постоянно отвлекала меня, и больше всего меня беспокоило то, что правила игры изменились. Мы по-прежнему находились в рабочей обстановке, но все остальное было совершенно новым, и в этом новом мире мы могли играть любые выбранные нами роли. Желание обладать ею стало даже сильнее, чем тогда, когда требовалось держать дистанцию. Вечером, во время речи в честь открытия конференции, я снова безуспешно попытался переключиться на что-нибудь более полезное. Я сидел прямо у сцены, и более того, всего год назад я сам выступал на открытии конференции, и все же мне никак не удавалось сосредоточиться. Краем глаза я заметил, как Хлоя переменила позу, и рефлекторно оглянулся на нее. Когда наши взгляды встретились, все остальные звуки слились в монотонный шум, звенящий вокруг, но не способный пробиться в сознание. Не задумавшись ни на секунду, я наклонился к ней. Она наклонилась навстречу, и по ее губам скользнула озорная улыбка.
Я вспомнил сегодняшнее утро и очевидную панику Хлои. Я, напротив, был странно спокоен, как будто все, что мы сделали, вело именно к этой секунде, к осознанию того, как легко просто быть вместе. Звонок мобильника где-то за спиной вырвал меня из транса и заставил обернуться. Выпрямившись в кресле, я удивился тому, как сильно, оказывается, перегнулся через стол. Оглядевшись по сторонам, я замер. На меня смотрела пара незнакомых глаз.
Незнакомец понятия не имел, кто мы, и не знал, что Хлоя работает на меня, – он просто взглянул на нас и быстро отвернулся. Но в тот миг чувство вины, которое я столь тщательно подавлял, обрушилось на меня с двойной силой. Все здесь знали, кто я такой, но никто не был знаком с ней. Если бы стало известно, что мы спим друг с другом, предвзятое мнение в нашем кругу было бы обеспечено Хлое до конца карьеры.
Быстро покосившись на Хлою, я понял, что она заметила написанную на моем лице панику. Остаток лекции я смотрел только вперед, ни разу не взглянув на нее.
– Ты в порядке? – спросила она в лифте, нарушив тяжелое молчание, сопровождавшее нас все четырнадцать этажей.
– Да, просто… – Я почесал в затылке, избегая ее взгляда. – Я просто думал.
– Вечером я собиралась прогуляться с друзьями.
– Неплохая мысль.
– У тебя встреча со Стивенсоном и Ньюберри в семь. Мне кажется, вы встречаетесь в том суши-баре, что тебе нравился, в квартале Гасламп.
– Я помню, – ответил я, расслабляясь по мере того, как беседа переходила в привычное рабочее русло. – Напомни, как зовут их ассистентку? Она всегда приходит на встречи.
– Эндрю.
Я удивленно взглянул на нее.
– С каких пор «Эндрю» стало женским именем?
– У них новый ассистент.
Как, черт побери, она это узнала? Хлоя улыбнулась.
– Он сидел рядом со мной на открытии и спросил, буду ли я сегодня на ужине.
Я тут же подумал, не тот ли это глазастый незнакомец. Возможно, он спрашивал потому, что заметил, как я на нее смотрю? Я начал бормотать нечто невразумительное, но Хлоя быстро перебила меня:
– Я сказала ему, что у меня другие планы.
Мое беспокойство вернулось. Я хотел, чтобы она пошла со мной сегодня вечером. Скоро она уже не будет моей практиканткой. Смогу ли я тогда остаться ее любовником? И могу ли я сейчас оставаться ее боссом?
– Тебе бы хотелось пойти?
Она покачала головой, глядя в дверь. Мы уже доехали до тридцатого этажа.
– Я лучше займусь своими делами.
Недолгая поездка от ресторана до гостиницы прошла в тишине и одиночестве. Компанию мне составляла только безнадежная путаница в голове. Я пересек просторный холл, поднялся на лифте и автоматически направился в сторону номера Хлои, но тут сообразил, что мы вообще-то живем не вместе. Я не смог вспомнить, какая из комнат моя, и проверил три двери на этаже, после чего сдался, спустился в лобби и уточнил у портье. Только вернувшись, я понял, что мой номер находится по соседству с ее комнатой.
С виду он был зеркальным отражением номера Хлои, но и только. Этот душ не смывал с нас завесу условностей прошлой ночью; на этой кровати мы не спали в объятиях друг друга. Эти стены не слышали ее стонов, когда она полностью раскрывалась подо мной. Этот письменный стол не пострадал от быстрого утреннего секса. Проверив телефон, я обнаружил два пропущенных звонка от брата. Просто великолепно. В обычной ситуации я бы уже несколько раз переговорил с отцом и братом, рассказал бы им о встречах или о потенциальных клиентах, с которыми удалось пообщаться. Но пока что я так никому и не позвонил. Еще немного, и они точно поймут, что голова у меня на этой неделе занята чем-то другим.
Было уже одиннадцать вечера. Интересно, она все еще гуляла с друзьями или уже вернулась? Может, она лежала там, за стеной, без сна, мучаясь сомнениями так же, как и я? Инстинктивно я потянулся к телефону и набрал номер ее комнаты. Раздалось четыре гудка, после чего включился автоответчик. Я повесил трубку и позвонил ей на мобильный.
Она ответила после первого же гудка.
– Мистер Райан?
Меня передернуло, хотя чему тут удивляться? Она была с другими студентами и, конечно, не могла назвать меня Беннеттом.
– Привет. Я… э-э, я просто хотел удостовериться, что ты сможешь добраться до гостиницы.
В трубке раздался ее смех, заглушенный шумом голосов и громкой музыкой.
– Тут снаружи примерно семьдесят штук такси. Так что я просто возьму одно из них, когда соберусь обратно.
– И когда же это будет?
– Когда Мелисса покончит с этим бокалом и, вероятно, еще с парочкой. И когда Ким станцует с каждым похотливым самцом в этом клубе. В общем, до восьми утра точно управлюсь.
