словами король Фавор отвернулся. Голгофяне встали и зазвенели своими колокольчиками в знак уважения. Один из слуг повел короля в проход в левой части зала, и когда престарелый монарх ушел, Фрателло объявил, что телеги готовы отвезти гостей обратно на пристань для возвращения на их судно.
На этом пир закончился. Островитяне остались стоять и звонить в колокольчики, чтобы почтить гостей, прибывших из чужого для них мира, называемого Англией. Фрателло проводил посетителей к повозкам во внутреннем дворе, члены экипажа так крепко налегли на вино, что теперь пошатывались и напевали неприличные морские частушки, пока неодобрительный взгляд ДеКея не заставил их замолчать.
В мерцающем свете факелов под огромной панорамой звезд повозки были загружены.
— Что бы ни случилось, — шепнул Хадсон Мэтью, прежде чем они поднялись по небольшому пандусу, — просто знай, что я сделаю все возможное, чтобы выбраться. Слышишь?
— Слышу, — ответил Мэтью. Его чувства были напряжены до предела: побег Хадсона был близок, и это было опасно.
Упряжки лошадей тронулись с места, колеса повернулись, и телеги выехали обратно на главную дорогу, ведущую к морю. Час был поздний. Мэтью видел, как несколько островитян прогуливаются с масляными фонарями. В некоторых окнах домов еще горел свет, но в остальном город погрузился в сон.
— Что скажешь, дядя? — поддел ДеКей Фэлла, который завернулся в свой халат, как в саван. — Тебе не идет дуться.
Бывший гений преступного мира не поддался на провокацию.
— Корабли. — ДеКей кивнул в сторону Мэтью. — К чему все это было? Зачем вы о них расспрашивали?
— Такова уж моя природа, — ответил Мэтью. — Неужто вам совсем не интересно, почему эти два судна находятся здесь? И почему голгофяне, не имея ни одного морского судна, не попытались сохранить их в целости?
— Может, они и пытались, — возразил Брэнд. — Мы этого не знаем.
— Они хотят, чтобы их оставили в покое, — пожал плечами ДеКей. — Любопытно другое. По какой-то причине сюда прибыл брошенный корабль, без экипажа на борту. К слову, они могли опасаться подниматься на борт корабля, экипаж которого был заражен опасной болезнью.
— К тому же снять судно со скал не так уж просто, — согласился Брэнд. — Я бы сказал, это не по силам людям, живущим на этом острове.
— А я бы сказал, что мне понравилась их еда, — заметил Фалькенберг. — Но я за то, чтобы убраться отсюда с первыми лучами солнца. Все это… не знаю… не кажется частью реального мира.
— У них нет ни солдат, ни оружия, ни войны, — буркнул Хадсон. — Да уж, они точно не из реального мира.
Некоторое время прошло в молчании. Затем ДеКей заговорил:
— И это интересный момент, сэр. Он заслуживает внимания. Островная страна, очевидно, богатая ресурсами, имеющая свои сельскохозяйственные угодья, виноградники и Бог знает, что еще, составляет свою самодостаточную нацию… но без армии. Или, если уж на то пошло, без любой другой защиты. Как вы думаете, сколько потребуется людей, чтобы… скажем так… управлять такой нацией?
Вот, в чем дело, — подумал Мэтью. ДеКей отправился сюда, чтобы после вернуться со своей армией и вторгнуться на этот маленький остров, захватить все богатства, которые производит это место, или попросту стать его богоподобным королем.
Мэтью покачал головой.
— Я сомневаюсь, что в их казне достаточно денег. Ваша маска стоит больше, чем корона Фавора.
— Но вы не знаете, что скрывает эта корона, — последовал вкрадчивый ответ. — Я полагаю, что здесь кроется нечто большее, чем видно на первый взгляд.
— Взгляд каким глазом? Фальшивым или настоящим? — спросил Фэлл с кислым выражением лица. — В любом случае, оба они одинаково невменяемы.
— Я сделаю вас своим шутом, Профессор. — ДеКей наклонился вперед и криво ухмыльнулся Фэллу. — Колокольчики у этих островитян уже есть, осталось подобрать вам подходящий головной убор и найти обезьянку, чтобы сидела у вас на плече.
Брэнд и Фалькенберг рассмеялись. Хадсон уставился в никуда. Мэтью опустил взгляд вниз, готовясь к тому, что должно было произойти.
Повозки остановились у освещенной факелами пристани, где их ждала лодка. Сердце Мэтью бешено заколотилось, потому что он понял, что момент настал. И он не ошибся, потому что, когда пассажиры спускались по трапу, Хадсон пьяно споткнулся, ударившись о Брэнда. Капитан повернулся, чтобы поддержать его, и в этот момент левая рука Хадсона разорвала его жакет. В воздух поднялся вихрь золотых пуговиц, а правая рука Великого схватила пистолет, спрятанный под ними.
Хадсон встал на причале спиной к городу, готовый направить дуло пистолета на любого, кто осмелится бросить ему вызов.
— Правда, Хадсон, — убаюкивающе произнес Фалькенберг, — это так необходимо?
— Я не собираюсь возвращаться на корабль, — ответил Хадсон, переведя пистолет на ДеКея. Мэтью увидел, как на лбу Великого выступили капельки пота. — Есть вопросы?
— Да, — спокойно ответил ДеКей. — Кто сказал, что мы хотим, чтобы вы вернулись на корабль?
— Что?
— Какие-то проблемы? — спросил Фрателло, обходя первую повозку.
— Этот джентльмен решил остаться с вами, если вы его примете. Я и так собирался предложить ему это сделать, поскольку мы больше не нуждаемся в его услугах. Но, предупреждаю, он вспыльчивый.
— Я не понимаю, — сказал Фрателло, переводя взгляд с пистолета на Хадсона, затем на ДеКея и обратно.
— Мистер Грейтхауз хочет стать четыреста восемьдесят девятым гражданином Голгофы, — ответил ДеКей. — Оружие вам не нужно, мистер Грейтхауз. — Он сделал два шага вперед, его правая рука поднялась и отвела пистолет в сторону. — Сделайте
