Однажды, когда лорд Меридан был в отъезде, Люсинда решила обследовать дом. Именно тогда она и обнаружила эту дверцу. Она попросила ключ у экономки, и та объяснила ей, что горничным не разрешается пользоваться лестницей, которая идет за дверцей.
Действительно, за дверью Люсинда обнаружила потайной ход, ведущий на первый этаж. Люсинда спустилась вниз и оказалась в небольшой, очень милой комнатке, которая сначала показалась ей дамской туалетной. Но более тщательный осмотр показал, что она ошибается. В комнате за книжными шкафами находилась потайная дверь, открывающаяся в библиотеку. Позже Люсинда разобралась, что при постройке дома живший в то время лорд Меридан велел соорудить эту лестницу, чтобы соединить свою гостиную и библиотеку и избежать обхода по главной лестнице.
Люсинде не было известно, считает ли нынешний владелец дома эту лестницу удобной, но зато ей удалось выяснить, что отсюда можно было услышать все, что говорилось в библиотеке.
Осторожно двигаясь по комнате, освещенной последними лучами заходящего солнца, она подошла к потайной двери в библиотеку и услышала, как Чарльз довольно громко говорил:
— Ради всего святого, Себастьян, объясни, в чем дело! Зачем вся эта комедия? За тобой, что ли, гонятся кредиторы? Тебя вызвали на дуэль? Это, может быть, единственная причина, почему ты испортил Люсинде вечер и оставил бедняжку наверху в одиночестве, пока мы тут вдвоем проводим военный совет…
— Когда приедут остальные, я все объясню, — многозначительно произнес лорд Меридан.
— Тогда ответь мне на один-единственный вопрос, — попросил Чарльз, — от кого это письмо? Из-за чего весь переполох?
Поколебавшись, лорд Меридан ответил:
— Ты помнишь Ивонну де Бозоль?
— Эту актрису?! — воскликнул Чарльз. — Как я могу забыть ее! Я стоптал не одну пару сапог, мотаясь в течение двух месяцев по Парижу, когда ты увивался вокруг нее! Неужели ты хочешь сказать, что после столь долгого молчания она написала тебе?
— Дело не в письме, — ответил лорд Меридан. — Она в беде.
— Что с ней? — поинтересовался Чарльз.
— Она в плену у Бонапарта, — сообщил лорд Меридан, — а мы — ты, Чарльз, и я — должны вызволить ее из беды.
У стоявшей за дверью Люсинды вырвался тихий стон. Себастьяну может угрожать опасность! Ее сердце замерло при этой мысли, и перед глазами заплясали слова: «Опасность, опасность!»
Глава 10
Кингсклер подобрал вожжи. Черные лошади сдали назад, замерли на мгновение и рванули вперед, громко стуча копытами по дороге. Люсинда почувствовала, как теплый ветерок ласкает ей щеки.
Она взглянула на Кингсклера, сидевшего перед ней и невозмутимо смотревшего на дорогу. Люсинда понимала, что, несмотря на молчание, его охватывает не меньшее возбуждение. Это была скачка наперегонки со временем, и они оба не имели права проиграть.
Около полутора часов ушло у Люсинды на то, чтобы вызвать Кингсклера, собрать багаж и проскользнуть незамеченной через заднюю дверь конюшни.
Там, в потайной комнате, она задержалась только для того, чтобы выяснить все подробности замышляемого предприятия.
— Моя яхта стоит в Брайтхелмстоуне, — говорил лорд Меридан. — Мы сможем добраться туда на рассвете и отплыть под прикрытием тумана.
— Мой дорогой Себастьян, ты же не сунешься прямо в лапы военных кораблей Бонапарта? — дружески увещевал его Чарльз.
— Я не так глуп, как ты считаешь, — холодно заметил лорд Меридан. — Мы поплывем на запад и будем двигаться вдоль побережья Нормандии, прижимаясь к берегу.
— Довольно разумно, — согласился Чарльз, — но как же мы доберемся до конечной точки?
— Мы составим план, когда перейдем границу.
Полагаю, вчетвером мы способны что-нибудь придумать.
— А как ты намереваешься добраться до Брайтхелмстоуна до рассвета? — поинтересовался Чарльз.
Люсинда представила, как он бросил взгляд на каминные часы.
— Мы сменим лошадей в Меридане, — услышала она ответ мужа. — Пока что рекорд принадлежит принцу — он скакал до Брайтхелмстоуна четыре с половиной часа! У нас появляется возможность обставить его! Можно записать пари на тысячу гиней в книге у Уайта!
— Как мы поедем? — спросил Чарльз.
— Мы с тобой поскачем верхом, а остальные — в моей двуколке. Пока они приедут, у нас будет время поднять матросов и подготовиться к отплытию.
После этих слов Люсинда побежала наверх. Сэр Энтони Хоуксли и лорд Куртней еще не появились, что давало Люсинде небольшое преимущество во времени. Она позвонила горничной и послала служанку, прибиравшую комнату, за Кингсклером. Люсинда молила бога, чтобы Кингсклер оказался на месте, и когда через несколько минут ей сообщили, что он ждет ее в будуаре, она вздохнула с огромным облегчением. Она уже успела переодеться, сменив свое великолепное вышитое платье на изумрудно-зеленое.
Сверху она накинула отделанную серебряным шнуром дорожную пелерину из дорогого бархата в тон платья. Туалет дополняла шляпка с пером. Люсинда выглядела так, будто собиралась проехаться по парку, а не отправиться в опасное путешествие к побережью.
— Мы должны прибыть в Брайтхелмстоун раньше его светлости, — понизила голос Люсинда. — Вы знаете, что он с полковником Холстедом поскачет верхом?
— Как раз перед уходом из конюшни я получил приказание, — медленно произнес Кингсклер.
— Два других джентльмена последуют за его светлостью в двуколке, — продолжала Люсинда, — но мы должны их обогнать. Вы знаете, где стоит яхта его светлости?
— Да, миледи, знаю, — ответил Кингсклер.
— Тогда доставьте меня туда раньше всех, — приказала Люсинда. — Это возможно? — с тревогой спросила она.
К ее великому облегчению на лице Кингсклера появилась улыбка.
— Сделаем, миледи.
Казалось, прошла целая вечность, пока пришли лакеи и сообщили, что коляска готова. Горничная приказала им снести багаж по черной лестнице. Люсинда последовала за ними. Она спускалась по узким каменным ступеням, так не похожим на широкие, застланные коврами лестницы, по которым привыкла ступать.
По вымощенным каменными плитами коридорам она добралась до крытого перехода, по которому они с Чарльзом шли в день ее свадьбы. Переход вел в конюшню, где уже ждал Кингсклер. Лошади нетерпеливо били копытами и встряхивали головами, будто знали, какой путь им предстоит.
Багаж закрепили в задней части коляски, где обычно стояли лакеи, так что нашлось место для тяжелого чемодана и кожаной шляпной коробки.
Люсинда перехватила взгляд Кингсклера и догадалась, что он с нетерпением ждет, когда же будет покончено с этими дамскими пустяками. Но Люсинда, только недавно осознавшая важность красивого туалета, не могла пожертвовать своим внешним видом даже в таком опасном путешествии.
